Шаг из тьмы (СИ)

— Полно тебе, Волк Любомирович, перехвалишь мне парня, ему ещё работать и работать, — Путимир с удивлением узнал голос Алексея. Продрав глаза, увидел сидящего за столом ухмыляющегося боярина и наставника держащего рогатку на длинной ручке, которая и фиксировала его шею. Наставник весело подмигнул ему и убрал рогатку.
— В принципе, всё было неплохо, может даже хорошо, особенно с того момента, как ты оказался внутри дома, ни в одну ловушку не попался. Хотя, честно признаться, думал ведро на палке столкнёшь обязательно, а ты молодец, почувствовал. За это хвалю. А вот способ, каким ты во двор проник не одобряю, слишком шумный. Ты что, в тыне лаз пропилил — Путимир кивнул, Алексей неодобрительно покачал головой, — в следующий раз, возьми в арсенале порок, да разнеси ворота, чего огород городить.
— Да будет тебе, набросился на ученика, всё ты сделал правильно, — заступился за Путимира Волк, — единственное, в следующий раз, организуй какой-нибудь шум на улице. Гусляра посади, или детвору подбей в снежки поиграть, чтоб шум заглушить. Вот с сукой, ты хорошо придумал, а моя дворня — лентяи и олухи, выпорю по утру всех. Ладно, отрок, иди спать в людскую, а нам с твоим наставником ещё есть о чём перемолвиться.
  
Глава 33
 
Алексей
Деревяшки сталкивались с громким стуком, китайская глефа, которую Олег упорно обзывал алебардой, плела свою смертельную паутину вокруг Алексея. Ежедневные тренировки пока не сильно помогали, как и здоровенный щит, изготовленный по индивидуальному заказу. Менеджер во всю пользовался принципом армейского спецназа — не можешь сломать человеку руку, сломай ему палец. Не имея возможности достать подполковника укрывшегося за щитом и ловко маневрировавшего, он переключился на руку державшую меч. Пару раз чувствительно зацепил её, потом умудрился долбануть по шлему и чиркнуть деревянным лезвием переднюю ногу.
В конце концов, игра ему наскучила и он перешёл в решительное наступление. Крутанул глефу восьмёркой и атаковал одним из своих излюбленных ударов, под щит снизу вверх. Алексей попытался привычно сбить лезвие направо вниз с одновременной контратакой. Не вышло, лезвие скользнуло по краю щита, но не вниз, а вверх и врезалось в руку. Больно, даже через толстый стальной наруч. Меч вылетел из руки, но и Олег остался без оружия, от удара у его глефы отломилось лезвие. Однако, подобная неприятность не остановила его наступательный порыв, воткнув в землю обломок древка, подпрыгнул и используя его как легкоатлет шест, для дополнительного разгона, врезался двумя ногами в щит, — да как у него получается, — успел подумать Алексей во время своего короткого полёта.
— Господин полковник, смею доложить, у тебя получается всё лучше и лучше, — похвалил напарника Олег снимая шлем, — думаю, надо попробовать заменить тебе оружие. Наверное, двуручник подойдёт.
— Ну и что я с ним буду делать, манёвр ещё хуже чем у алебарды.
— Нет, тебе нужен европейский вариант, с возможностью перехвата на лезвии, а-ля немецкий цвайхандер. Очень оригинальное оружие, техника значительно разнообразней, чем у аналогичных восточных моделей. За счёт перехвата, оно достаточно манёвренное не смотря на размер, можно даже сражаться держа его наперевес. И ещё, я рекомендую тебе почаще тренироваться с будущим зятем или непосредственным начальником. Вот действительно мастера, остальные так, на голову ниже.
— Ага, будущий зять предпочитает проводить время в обществе будущей жены. Так что раньше ледохода из постели его не вытащить. Кстати, тебе как инженеру минус, в доме звукоизоляции ни какой, народ достал жалобами.
— Ха, а что вы хотели за эти деньги, бизнес класс как у посадника? Пусть уже забирает её к себе.
— До свадьбы нельзя, — развёл руками Алексей, — средневековая мораль.
— Нормально, значит у нас можно отжигать хоть всю ночь, а у него нельзя, видите ли мораль.
За такими беспредметными разговорами они поднялись в дом, избавились от доспехов и пристроились на кухне с горячими кружками травяного сбора. Не чай конечно, но хоть что-то. Глотнув обжигающего напитка, Олег приступил к главному.
 
— Слушай, большой начальник, устрой нам встречу с архиепископом.
— О, ты не слышал, что гордыня смертный грех, может тебе ещё и совет золотых поясов созвать на внеочередное заседание?
— Не, если б были нужны они, обратился бы к Зиме. Так что не отлынивай, организуй архиепископа.
— Ты малость не понимаешь местных раскладов. Это не наше время, с толстобрюхими попами утром завозящими в страну безналоговый табак и спирт, а вечером рассказывающие пастве о смирении и самоограничении. Архиепископ крупный феодальный владетель, здесь у него имеются даже собственные вооружённые силы. Если ты решил напарить его, как посадника со стеклом, то советую десять раз подумать.
— Скорей наоборот, решил подружиться. Я слышал, что он с большим неодобрением отнёсся к нашему основному бизнесу.
— Ты про зеркала? — Алексей усмехнулся, — колись, какие слухи до тебя дошли?
— Обозвал сатанинской придумкой, созданной дабы тешить гордыню смертных.
— Да, давай быстрей уже с газетой, надо брать слухи под контроль. Стоит прилюдно чихнуть, как завтра будут говорить о пандемии птичьего гриппа, — подполковник покачал головой, — архиепископ ничего против зеркал не имел, лишь вскользь упомянул о них в одной из проповедей, где касался красоты внешней и внутренней.
— О, не замечал за тобой интереса к церковной жизни. Или вы пасёте и святош?
— Мы пасём всех крупных игроков, — подполковник неопределённо пожал плечами — кстати, укороти язык своей кухарке. Непосредственное начальство презентовало мне донельзя интересное чтиво, в котором подробно описывается как ты общаешься с бесами, водяными, домовыми и прочими. Судя по тому, кто автор, копии лежат у посадника и в канцелярии архиепископа, — видя как напрягся собеседник, поспешил его успокоить, — расслабься, здесь подобные бумаги ещё долго будут спускать на тормозах, половина населения носит рядом с нательными крестами языческие обереги. И все поголовно оставляют молоко для домового и квас для банщика. Про наличие двух имён, уже сам столкнулся. Так что, про такие доносы — забудь. Возьмут на карандаш и не более того. Припомнят, если погоришь на чём-то крупном.
И вообще, понравиться здешним святошам довольно просто. На службе не стой с кислой рожей и морду не криви принимая благословение. А если монаха на одну доску со свиньёй не будешь ставить, то честь тебе и хвала. И последнее, судя по всему, архиепископ мужик думающий, ни грамма ни фанатик. Говорят, можно с ним вопросы решать. Лично у меня, от общения с ним остались только положительные впечатления.
— Это хорошо. А причём тут монахи со свиньями?
— Понятно, ты по меньше к шлюхам бегай, а по больше по сторонам смотри, — усмехнулся подполковник, — у местных встретить свинью или монаха дурная примета. Кстати, в нашем мире она дожила аж до восемнадцатого века.
— Прикольно, учту на будущее. Но собственно о делах, крупных, на чём можно погореть, для того и приехал. Мы готовы выпустить на рынок бумагу и начать издание газеты. Переходить дорогу теперешнему властителю умов в лице архиепископа считаю неоправданным риском. Если рассердится, и твоя близость к начальству не спасёт.
— Предлагаешь что конкретное?
— Поделиться технологиями. Сдать ему производство бумаги и технику печати. Обставить всё радением о распространении православия. Как думаешь, клюнет.
— Если подать под таким соусом, непременно клюнет, — Алексей задумался, — он сам из крещёных карел и похоже имеет пунктик по поводу не слишком успешного обращения своих соотечественников, да и с местными, как уже говорил, всё плохо. Меня смущает следующее, ты не боишься конкуренции?
— Наоборот, — Олег выразил своё отношение не то улыбкой, не то оскалом, — это будет наш самый крупный клиент. У нас полуавтоматическая линия и почти настоящий печатный станок, у него будут сушильные сетки и ручной пресс. Подсядет на технический прогресс, но за нами не угонится, будет вынужден размещать серьёзные заказы исключительно у нас. Мы в свою очередь, на его заказах сможем разогнать линию на полную, и на его деньги модернизируем своё производство.