Санитар (СИ)

— Что это было? — на большее меня не хватает, каша в голове не дает сосредоточиться.
— Оксид азота, веселящий газ или ты про саму ситуацию?
— Про нее самую.
— А ты хорошо держишься, не кричишь, не зовешь на помощь, не угрожаешь, не пытаешься задобрить и купить свободу. Еще не пришел в себя или это не первый твой подобный опыт?
— Ни то, ни другое. Помогал брату подготовиться к стажировке в ОДИН в качестве переговорщика, их как раз учат общаться с психованными уебками вроде тебя.
— Охо, и какого это иметь брата шакала? Подожди, не отвечай, кажется у нас пополнение. — я выворачиваю затекшую шею, чтобы окинуть взглядом очнувшихся соседей по несчастью.
Казах держит марку, без лишних телодвижений и звуков, спокойно осматривается. Ему в противовес, дерзкий сопляк возмущенно пыхтит и дергается, готовый рвать и метать. К его чести, несмотря на малый возраст, взгляд не затянут пеленой страха, а наполнен лютой злобой, направленной на нашего пленителя. И лишь студента пробивает сильная дрожь, заметная даже на расстоянии, а паника буквально выплескивается из каждой его поры. Кажется он готов вот-вот обоссаться.
— Еще раз для вновь прибывших, вокруг лес, в стенах шумка, кто орет получает ботинком в ебло. Вот такие простые правила. — заканчивает татуированный фразу и резким, привычным движением срывает скотч с лица Нурлана. — Ясно?
— Да. — хрипит казах пересохшим горлом.
— Ну все, писос тебе, хуепутало, я тебе такой анал-карнавал устрою, что ты заебешься бутылки из жопы пинцетом выковыривать…
— Оу-оу! Выдыхай. — татуированный лепит скотч обратно и матерный поток льющийся из уст сопляка вновь, как по мановению волшебной палочки, превращается в возмущенное мычанье. — А ты пока с заклеенным ртом посиди, а-то разревешься, скотч потом, хуй, обратно на мокрое приклеишь. — последняя фраза-камень в огород трясущегося, как осиновый лист, Алеши.
— Зачем мы тебе? — включается в диалог казах, после чего смачно отхаркивает густую слюну на бетонный пол ангара.
— А вот это хороший вопрос, четко и по делу, мне нравится. Ваши предположения, только никаких пятьдесят на пятьдесят и звонков брату-шакалу? — татуированный забавляется, его взгляд проясняется и за истончившейся мутной пеленой я замечаю искорки зарождающегося безумия.
— Я предполагаю, что кому-то пора принять дозу, психоз усиливается. — все встает на свои места, картинка в моей голове складывается. Олег удивленно таращится на меня, а затем, с явной неохотой, делает пару глубоких затяжек из ингалятора. Спустя мгновенье, поволока вновь застилает его взор, скрывая за собой, один из симптомов игро-психоза.
— Ну вот, теперь придется вас валить, на том свете можете дать пизды Витьку за то, что он дохуя догадливый.
Джи-псих неспешно, смакую ситуацию, подходит к студенту и приставляет к его трясущейся башке, футуристического вида, пистолет, извлеченный из-за пояса. Тело студента, пуще прежнего, начинает ходить ходуном, из зажмуренных глаз ручьями льют слезы, а надрывное мычание, вперемежку со скулежом, перекрывает шум работающего на всю катушку бензогенератора.
— ЖЖЖЖЖЖ! — пушка в руках Олега, мигает огоньками и издает звук работающей микроволновки. — Бля, да шучу я! Это игрушка, племяннику прикупил, правда, круто выглядит? Эй, ты че обоссался? Ну ты тип, Алеша, убирать будешь сам.
Я ощущаю как меня отпускает нервное напряжение, тело расслабляется и из легких выходит, запертый там на несколько секунд, воздух. Рядом также громко и с облегчением выдыхает казах, даже его проняло это представление. Наш маленький бунтарь тоже не остается безучастным и как-то утихомиривается, оставляя свои попытки освободиться или, на худой конец, избавиться от скотча, чтобы в очередной раз отхуесосить похитившего нас джи-психопата.
— Так, мальчики и девочки, повеселились а теперь к делу. Вы должны кое-что для меня сделать, но так как вы бесполезные уебки, да еще и обоссанцы, то вас нужно немного прокачать, бесполезные вы куски мяса. — Олег в очередной раз затягивается ингалятором, после чего недовольно им трясет. — Блядь, почти выдохся. У нас мало времени, если не хотите раскидать свои ебанные внутренности по всему ангару, слушаете меня и делаете то, что я говорю. Всем понятно? — срывает он скотч с, уже не такого борзого, сопляка и красного, покрытого испариной и мочой, студента.
 
— Да. — кивает казах под тяжелым взглядом психа.
— Да. — следую его примеру, пытаюсь оставаться спокойным, но внутри клокочет целый коктейль из негативных эмоций, который грозится вот-вот выплеснуться наружу.
— Да. — без признаков бунтарства произносит пацан. Осознание того, что нас похитил ни какой-то левый чувак, а реальный джи-психопат, спускает его с небес на грешную землю. Кому, как не представителю молодежной банды знать на что способны эти ублюдки.
— Да. — сипит, сорвавший голос, студент.
Олег куда-то отходит, ненадолго пропадая из нашего поля зрения, возвращается он с неприметной, обшарпанной сумкой. Из которой, немного покопавшись, извлекает виртшлем. Понимая к чему все идет, я начинаю паниковать. И не я один — Нурлан начинает подозрительно ерзать, чем привлекает внимание похитителя. Правда, короткий тычок носком ботинка под дых от Олега прерывает все поползновения казаха.
— Сиди смирно. — татуированный пытается надеть шлем на голову, но казаха такая перспектива не устраивает и он изворачивается как уж, отдергивая свою лысину. — Все, ты меня достал! — свободной рукой Олега хватает Нурлана за лицо и, с непринужденной легкостью, впечатывает того затылком в металлическую сваю. Пока Нурлан в гроги и не способен сопротивляться, Олег резко натягивает шлем на непокорного казаха. — Не выебывайся, лучше быть психом, чем инвалидом.
Пока в моей голове крутятся не реализуемые планы побега, похититель привычно протягивает от одного из системников шнур и втыкаеттотв один из разъемов на шлеме. Удовлетворенно хмыкнув, татуированный подходит к клавиатуре и начинает что-то печатать, изредка посматривая на казаха.
— Слушай меня, сейчас на шлеме будут запускаться короткие игровые сессии по десять-пятнадцать минут, игрушки будут идти вразнобой, в основном экшены, шутеры, рпг, файтинги и слешеры. — лампочки на шлеме мигают, знаменуя собой начало первой игровой сессии. — Твоя задача в это время не щелкать ебалом и ворон считать, а играть. В твоих интересах получить что-то полезное, иначе тебе пиздец, конкретный и окончательный.
Под мерный гул бензогенератора, мы молча и внимательно следим за мигающими индикаторами шлема. Я делаю это с затаенным страхом и ненавистью, дерзкий сопляк с каким-то нездоровым интересом, изгвазданный студент с покорной обреченностью, а наш похититель со смесью предвкушения и раздражения. Сессия сменяется сессией, раздражение Олега растет на глазах. Когда нервы наконец сдают и он порывается встать, чтобы простимулировать казаха еще одним пинком под дых, того пробивает резкая дрожь, словно от удара током. Она не отпускает его несколько секунд, а когда наконец покидает измученного Нурлана, тот, безвольной куклой, повисает на впившихся в тело цепях.
— Первый пошел! — довольно скалится Олег, стягивая с потерявшего сознание новообращенного джи-психа шлем. — Ну парни, кто следующий?
— Я! — взбудоражено восклицает сопляк, прикипая блестящим взглядом к шлему в руках Олега.
— О, мне нравится твой настрой. — подбадривает похититель, надевая шлем на голову возбужденного пацана.
Вновь тянутся гнетущие мгновенья ожидания и созерцания мигающих огоньков на поверхности шлема. Но в этот раз явление джи-психоза не заставляет себя долго ждать. Во-время второй сессии припадок накрывает Влада и мы вновь наблюдаем рождение очередного джи-психопата. Количество нормальных людей в помещении убывает с катастрофической скоростью, на очереди я и обоссавшийся студент.
 
Олег, успевший избавить сопляка от шлема, окидывает нас цепким взглядом, словно выбирая новую жертву. Внутренне я молюсь, чтобы выбор пал на зассанца, но его непрезентабельный вид и скверный запашок склоняют чашу весов в мою пользу. Злосчастный шлем приближается к моему лицу и я всем телом ощущаю нарастающую дрожь. Мне страшно становится тем, кого я ненавижу и презираю всем сердцем. Паника, словно лавина, погребает под собой здравый смысл и, не отдавая себе отчета, я, будто дикий зверь, вцепляюсь зубами в кисть похитителя. Солоноватый привкус во рту и болезненная затрещина от опомнившегося Олега немного проясняют сознание.