Добыча волка (СИ)
Решение пришло само собой, и казалось теперь единственно верным. Вернее, другого пути для оборотня, который всю свою жизнь прожил в черно-белом мире, а теперь вдруг обнаружил все краски мира на одном-единственном человеке, больше не было.
Джеймс снова бросил короткий взгляд на ведьму.
Белокурые локоны, струящиеся волнами, обрамляя румяное лицо, казалось, стали еще ярче после происшествия в полиции. Глаза…Джеймсу даже захотелось зажмуриться – настолько их наполненность, цвет выбивали дух из легких. Сияющие бриллианты под светом софитов, не иначе…
Волк внутри него заворочал, заворочался, так, что пришлось на него шикнуть – Джеймс держал его под контролем, по крайней мере, был в этом уверен до сегодняшнего часа…
Ведьма заставляла и его волноваться, проситься вырваться наружу, чтобы успеть оставить на ней свои отметины, присвоить себе. Он скулил и вилял хвостом, подвывал и демонстрировал звериный оскал. Близкое присутствие девушки обжигало кожу ожиданием прикосновения, и волку было все равно на то, что дотрагиваться до ведьмы для оборотня – табу. Две разные расы, разные способности…Чистокровный оборотень не может смотреть на ведьму такими глазами, представлять себе в голове такие картины, от которых кровь стремительно отливала от мозга в противоположном направлении.
Он чувствовал себя как голодный человек после многомесячного отказа от пищи, который оказался вдруг в комнате, полной горячей, сочной еды. От этого не только сводило зубы – весь рот наполнялся слюной.
Потому Джеймс старательно не смотрел назад, а только гнал машину вперед, да так быстро, что преодолевал милю за милей быстрее, чем когда бы то ни было. А когда свернул в лес, даже почти не снижал скорость – дорогу мог найти с закрытыми глазами, хоть и не был тут несколько лет.
Уже в течение часа на ведьму начнется облава, в которой примут участие все стаи волков, находящиеся поблизости в округе, и Джеймсу теперь во что бы то ни стало нужно спрятать ее, укрыть так, чтобы ни один волчара не нашел, не унюхал и следа. Ему самому нужно было разобраться – что за чертовской магией владеет девчонка, что заставляет весь мир в его глазах расцветать разноцветными красками?
А для этого…
— Эй, — Бьянка, наконец, окончательно пришла в себя. — Куда мы едем? Что происходит?
Он попыталась открыть дверь, но у нее ничего не вышло. Окно также не поддалось – Джеймс заблокировал все.
— Эй, охотник! Ты язык проглотил? Куда ты меня везешь? — она дотянулась и ткнула своим острым кулачком его плечо и тут же одернула руку – как будто ее током дернуло.
Приложила ладони к пылающим щекам.
— Ты…везешь меня в другое управление? Мы едем в полицию? — в ее голосе зазвенел страх и жуткое волнение.
Вместо ответа Джеймс присмотрелся, ловя все изменения в округе. Но лес все также хранил отпечатки дикого заповедника. С той поры, как он покинул это место, тут никого не было.
Он приглушил мотор, притормаживая.
И как только на глаза показался высокий железный забор, посмотрел на Бьянку.
Щелкнул брелком, открывая ворота, потом еще раз – снимая сигнализацию.
Девушка только округляла глаза по мере того, как перед ней открывалась заброшенная, оставленная жизнь Джеймса Брауна: огромный забор, высаженные по периметру пихты, заросшая травой гора, на которой красовался небольшой симпатичный дом. Как только машина припарковалась у крыльца, мужчина повернулся к девушке:
— Это мой дом. И здесь мы переждем погоню.
-5-— Это мой дом. И здесь мы переждем погоню.
Охотник быстро вышел из машины и в два счета оказался у крыльца. Обеими руками ухватился за край доски, прибитой к двери и резко потянул на себя. На сильных руках в открытой футболке вздулись ручьи вен, демонстрируя недюжинную силу, и огромная доска с неохотой, но поддалась. Я охнула – оборотень действительно обладал огромной мощью, он мог легко, как грецкий орех, расколоть мою голову, если бы захотел…Но вместо этого прямо сейчас смотрел на меня, показывая всем видом, что ждет, когда я выйду из автомобиля и проследую за ним.
Я нервно оглянулась назад, туда, где с лязгом закрывались железные ворота, отрезающие мне путь. По спине пробежал холодок. Оказаться в полицейском участке, где у меня могли выкачать вдруг приобретенную ведьмовскую силу было страшно, но еще страшнее…Отчего-то еще страшнее прямо сейчас было войти в дом и оказаться наедине с этим сильным, огромным мужчиной.
Никогда не общалась с оборотнями, видела их в городе, но всегда проходила мимо, как и многие ведьмы – ни к чему держать дружбу с теми, кто так или иначе действует против тебя, твоего племени. И вынужденное соседство с ним в замкнутом пространстве становилось еще более опасным.
Я некстати вспомнила тот жёсткий поцелуй у оврага, и по коже пробежали мурашки.
— Без глупостей давай, — бросил он и пропал в темноте дома. Совсем скоро оттуда донесся лязг и какие-то звуки, словно дом начинал жить обычной, повседневной жизнью.
Покосившись на забор, последовала вслед за ним.
Волк нашелся быстро – из огромного шкафа-купе на половину комнаты он вытаскивал ружья и бросал их на диван. Одно, второе. Упаковка, в которой перекатывались патроны, пистолет, еще один…
Поймав мой удивленный взгляд, пожал плечами.
— Что…что происходит… — руки враз стали влажными. — Ты куда-то собираешься? На войну?
На неловкую шутку поймала только мрачный взгляд. Оборотень не прерывал своего занятия: проверил несколько пистолетов, перезарядил ружье, аккуратно положил его на диван рядом. На него-то и упал мой взгляд.
Волк начинал немного пугать – какие у него планы? Почему он похитил меня, привез сюда, в свой дом? Чего он хочет? Да и оружия…патронов тут хватит на месяц интенсивной войны…
Медленно, чтобы не привлекать внимания к своей персоне, подошла ближе. Замерла только тогда, когда холодное дуло ружья уперлось в колено. У меня не было практики обращения с оружием, но, когда ты находишься в одном доме у черта на куличках вместе с охотником, надеешься, что инстинкты должны взять верх.
— Скоро сюда слетятся ведьмы…и оборотни, — наконец, глухо ответил он на мой вопрос. — Хочу быть готовым.
Мужчина снова дернул затвор второго ружья, и этот звук пробежал по натянутым нервам.
На меня снова накатила волна страха. Черт. Что же делать? Действительно, оборотни точно не простят такое – силой заставят завершить процесс, который я прервала своим внезапным пробуждением магии.
Я пощелкала пальцами, в надежде, что то самое ощущение детской радости и полета бабочек в животе оживет, и магия проснется, даст сил и я решу свой вопрос: во-первых, избавлюсь от охотника, а во-вторых, сбегу куда-нибудь подальше, чтобы волки не смогли отыскать меня.
Но все было тщетно.
Магия не просыпалась, я снова не ощущала в себе ничего.
Мои размышления прервал вой со стороны леса.
Волки.
Оборотень посмотрел на меня, усмехнулся, всем своим видом говоря, что он был прав. Я задрожала.
Боже, сейчас он волоком вытащит меня к своей стае. Все вместе они точно смогут сломить мое магическое сопротивление и уж точно увезут в полицейский участок…
Недолго думая, я быстро кинулась к дивану, ухватила ружье, навела его прицел на мужчину. Предохранитель был снят, и по глазам волка я поняла, что он тоже это знает. Одно движение моего пальца на курке – и одним волком станет меньше…
Между нами оставалось небольшое расстояние – как раз, чтобы пуля набрала скорость и выбила сердце этому чудовищу навылет.
По лицу мужчины пробежала ехидная ухмылка. Кончик губ дрогнул.
— Выстрелишь? — изогнул бровь он.
— Ты не оставляешь мне выбора.
— Выбор есть всегда, и ты это знаешь. — голос его звучал спокойно и уверенно, совсем не так, как должен говорить человек, который смотрит в глаза своей смерти. И это ужасно нервировало. Я нервно облизнула сухие губы.
