Каратели (СИ)

  
Леона Хард
 
Каратели
   
Глава 1
 
POV Диана
Я плюхнулась тяжелым кулем на белый песок и спрятала лицо в коленях. Пальцами схватилась за пряди волос на затылке, стремясь вырвать с корнем. Голову припекало от яркого солнца, а от песка веяло жаром на обнаженные ноги.
Вонь от жженой куртки витала вокруг и беспокоила больше всего. Как я ни старалась сжечь жучок — не получалось. От чувства беспомощности опускались руки и болтались по песку.
Я механически повторяла движение -- собирала песок в кулак и просеивала. Белые хрусталики сыпались сверху вниз. Песок и есть святая земля, которой мы молились и просили о помощи, но сегодня моя мольба не была услышана. На остров надвигалось страшное цунами в лице Карателей.
Даже если Гектора разорвало взрывом, та сцена в зале дала понять... Каратели знали о плане Гектора. Те, кто видел на свидании в аквапарке. Никто не удивился моему признанию. Значит, и каратель с бородкой, и Андрей, и девушки знали, что Гектор «брал» меня лишь бы получить информацию.
- О! Святая земляяяя...
Я согнулась на песке, перехватила руками живот, жутко затошнило от мерзкой мысли. Как нагло и с удовольствием меня поимели. И так бы имели и дальше, а я бы, наивная, думала, что нравлюсь мужчине. Я же поверила, что не безразлична Карателю. Он не признавался вслух, но я наивно подумала.
Какая же глупая...
Жучок сейчас на острове не работал. Спутник с человеческой земли не фиксировал остров, но то дерево в лесу (пространственная дверь), где переход в наш мир, Каратели могли засечь. Там потерялась связь с жучком на моей куртке. И даже если Гектор мертв, то остальные Каратели знали о слежке.
В любом случае, наше место обитания рассекречено.
Ты молодец, Гектор, правда, молодец! Не устаю повторять.
Ты всего добиваешься, любых целей! И не важно какими способами, по чьим трупам предстоит пройтись для достижения результата. И мой труп перешагнешь, лишь бы добиться желаемой цели.
***
По площади остров невероятно огромный, занимает примерно четверть округа Приам. В центре -- гора, по серпантину которой вилась линия домов Клейменных. На вершине острова -- открытая площадка, где проводились занятия у детей, иногда спортивные игры, а по вечерам собрания для взрослых Клейменных.
С одной стороны острова -- большой песчаный пляж, там же дерево-переход в мир людей. В центре горы было несколько углублений. В одном из них, устланном зеленой травой, готовилась еда в огромном черном котле. Там же что-то напоминающее общественную столовую. Три постоянных женщины-поварихи, известные мне с детства, готовили еду для маленьких Клейменных. Правда иногда женщины брали выходные и уходили в людской мир, сейчас стало понятно, что для подпитки эмоциями.
Вдоль тропинки той ночью гуляли трое постовых. Так уж повелось с давних времен — охранять остров от возможного нападения со стороны океана. Отовсюду ждать беды, прятаться, тихонечко дышать, боясь привлечь вражеское внимание. Только со временем Клейменные осмелели и начали выбираться с острова в людской мир.
В последние годы постовые занимались присмотром за молодыми Клейменными, огораживали мальчиков от девочек. Никакого общения между противоположным полом наедине быть не должно, только под присмотром старших.
Я автоматически поздоровалась со взрослым Клейменным, проходя по песчаной дороге по направлению вверх. Дежурно улыбнулась, вымучив эмоции. Постаралась тем самым спрятать испуг, в особенности нервную дрожь тела. Максимально замаскировать, чтобы мужчина не догадался о надвигающихся проблемах. Не стоило сразу поднимать панику, необходимо посоветоваться с Артемом.
- Доброй ночи, Диана! Далеко собралась, уже поздно? - поинтересовался дядя-охранник. - Ай-ай-ай! Запрещено гулять в темноте!
Я улыбнулась, но шагу не сбавила, только развернулась и пошла спиной вперед по тропинке.
- На нас не распространяется! Мы совершеннолетние. Нам можно! - гордо ответила и по-детски показала кончик языка.
 
Клейменный не обиделся, продолжал улыбаться. Стоял на месте, готовый в любой момент продолжить путь-осмотр вниз по склону. Охранники постоянно двигались, то поднимались, то спускались с острова во время патруля.
- Все такой же сорванец? В людском мире не нашла приключений?
Попал в цель с одного удара. С жесткого и максимального четкого в самую сердцевину. Рана вновь заметно закровоточила от воспоминаний.
- Как вам сказать... - равнодушно пожала плечами. Улыбка покинула лицо, и я поспешно отвернулась, быстрым шагом поднимаясь к ветхому дому Артема. Спрятаться, прижаться к Клейменному в поисках защиты.
Пусть лучше считают сорванцом, ребенком или как еще называли. Бестолковой, непослушной и еще много прекрасных слов. Но не хочу, чтобы видели мои эмоции, как будто голая находишься перед народом. А те видят и смеются, тыкая пальцами. Мои эмоции принадлежат только мне, а когда ими делишься — другие пользуются для своего блага, не замечая твоей боли, стонов, мольбы. Это правило доказали почти все в человеческом мире за исключением Эли, тети и Артема.
При мыслях об Артеме коже стало теплее, ночной ветер перестал холодить.
Я постучала в дверь знакомого бревенчатого дома Артема, но ответа долгое время не доносилось. Не было шагов, странных звуков. Тихо и спокойно, будто дом пустовал. Решительнее застучала, словно в преддверии беды. Ощущала ее спиной, лопатками, ягодицами. Какое-то зловещее дыхание преследовало по пятам.
- Эй! Артем! - голос повышать не стала, но кулаком активнее застучала по деревянной двери. Та покорно задребезжала от ударов.
Не получив ответа, сама открыла дверь и вошла в темное помещение. При входе располагалась одинокая кухня: деревянный стул, стол, и небольшой шкаф. Клейменные не знакомы с роскошью.
***
Я долго сидела, подставив под щеку ладонь, и наблюдала за окном, как покачивались на ветру стебли высоких растений. Очень зловеще выглядели. Острые, как копья наклонялись то влево, то вправо. Поглощали мое внимание. Гипнотизировали, успокаивали, отвлекали.
Я вздрогнула от резкого удара в оконное стекло.
Спрыгнула со стула, схватилась за футболку возле сердца, не отрывая внимания от окна. Чаще задышала. Стук по стеклу повторился. Еще более громкий, чем прежде заставил вздрогнуть и вцепиться пальцами в деревянный стул. Будто деревяшка могла дать спасение.
Птица ворон клювом щелкала по стеклу, просила впустить внутрь. В светлое помещение дома. Ко мне. Один на один.
Я не видела воронов на нашем острове, в человеческом мире - обитали, но здесь нет.
Птица с остервенением стучала по стеклу. Сильнее и сильнее.
Тук тук. В такт моему рваному биению сердца. И не понятно то ли птица стучит, то ли сердце в груди.
Я, как под гипнозом, наблюдала за Вороном. Его черные, зловещие бусинки глаз приковывали. Манили.
Очень плохое предчувствие напало в тот момент. Со лба по носу скатилась маленькая капелька холодного пота.
Дверь противно заскрипела, как раненная.
Я завизжала в полноту легких на весь древесный, маленький дом, выходя из состояния транса. Прекратила визжать, закусила губу, которая подрагивала от накатившей паники.
Артем удивленно рассматривал мой облик и, замерев в одной позе — с раскрытой на половину дверью, молча недоумевал. Потом заговорил тихим голосом:
- С ума сошла? Я тоже едва не завизжал, как девчонка? - Артем поплотнее прикрыл входную дверь, а когда развернулся я уже повисла на нем.
Вцепилась в крепкую шею и прижалась к теплому Артему, пахнущему, как любимый, свежий океан. Как я могла забыть его запах? Променять на Гектора? Как могла забыть, насколько приятно прижиматься к его массивному телу, вновь ощущать нервную дрожь от его близости? Как приятно, когда его руки сомкнулись на ягодицах в замок. Поплотнее прижали к себе, погладили как нечто свое.
- Очень теплый прием, - раздался смешок на ухо, а я, положив подбородок на плечо Артема, смотрела на дверь. Деревянную защитную конструкцию. Нас ничто не спасет. И никто. И всё благодаря мне.