Степные цветы умеют прятаться (СИ)

Дуэль взглядов резко прекратилась! Мужчины одновременно прислушались к чему – то. И вновь посмотрели друг на друга.
Мгновение! И в кабинете осталась только тишина…
***
Проректор ЕВКУ Олаф Свенссон шагнул в центральные двери Корпуса Биоэкологии и Энвайронментологии. Огляделся. И быстрым шагом прошёл к лестнице, проигнорировав лифт. Поздоровался со встреченными на пути сотрудниками Корпуса и вошёл в контакт с Искином университета.
— Здравствуйте, проректор Свенссон! — прозвучал синтетический мужской голос из саймфона Олафа. — Разрешите перейти на закрытый канал связи?
— «Разрешаю», — мысленно ответил проректор. — «ХОРС, записи фиксирующей сети наритов о моём пребывании в Корпусе БИЭ уничтожить без возможности восстановления! Записи о пребывании на территории университета господина Салеха уничтожить без возможности восстановления! Его допуск аннулировать! Кодовое слово – Яррас!»
— «Кодовое слово принято, проректор Свенссон!»
Олаф вошёл в длинный тихий коридор. В отличии от Центрального Корпуса, это здание было построено из современных материалов. Пружинящий под ногами светлый пол полностью поглощал звук шагов. Подсвеченные изнутри тёплым мягким светом экопластовые стены сохраняли нужную температуру и влажность воздуха. Неплохо для мира четвёртого уровня! Но сейчас проректор думал не об этом.
Он вошёл в кабинет профессора Головиной очень вовремя! По кабинету уже поплыл насыщенный аромат степных цветов! Стало как – будто темнее…
Проректор почувствовал всплеск удивительной силы Анны и увидел, как от стены, полностью заросшей разного вида мхами и вьющимися растениями, к господину Салеху медленно потянулся слабенький на первый взгляд вьюн. Но только на первый…
«Это снотворное или яд, Аня?» — с заинтересованностью учёного попытался понять процессы, происходящие в растении, проректор.
Ничего не понял. Моргнул. И посмотрел на Анну.
«Анна Дмитриевна! Но нельзя же быть такой загадочной и желанной!»
Сидящая за своим большим рабочим столом Анна удивлённо оглядела кабинет. Задумчиво прикусила губу. И вновь обратила внимание на так не вовремя решившего нанести ей визит господина.
«Ты меня чувствуешь?» — восхитился проректор и тут же брезгливо поморщился. Господин Салех распалялся всё больше и больше. От него несло грязной похотью, злобой и плохо контролируемым желанием причинить боль!
Вьюн подобрался к нему почти вплотную.
— Я пришёл к тебе сам! Такой чести ещё не удостаивалась ни одна женщина! Я предложил помощь! Ты хоть понимаешь, что это значит?
Господин Салех вскочил из стоящего напротив кресла и навис над Анной, уперев кулаки в стол.
Практически коснувшийся его шеи вьюн на мгновенье замер и продолжил движение к своей жертве, зацепившись шевелящимися усиками за спинку кресла.
— Я вас не просила ко мне приходить! И помощи у вас я не просила! Орать и брызгать слюной на документы вы будете в своём кабинете! Здесь, в конце концов, университет! А не рыночная площадь! — холодно посмотрела на мужчину Анна.
— Что?! — взревел потомок пустынного народа. — Ты приползёшь ко мне сама! Ты будешь…
«Ну хватит!»
Анна вздрогнула и с удивлением посмотрела на вышедшего, как ей показалось, из ниоткуда Олафа Свенссона.
— Господин Салех! Профессор Головина вам уже несколько раз повторила, что не желает принимать вашу помощь! Обуздайте свои желания! Вспомните, что вы мужчина! И покиньте территорию университета!
Вьюн резко выбросил выросшие за доли секунды отростки. Ухватился за собранные в короткий низкий хвост волосы господина Салеха и прикоснулся острыми листиками к загорелой шее.
Мгновение! Человек бы не увидел, как прикрытая её силой миссия маленького зелёного диверсанта закончилось полной победой!
Анна посмотрела в глаза Олафу. Он сделал вид, что ничего не видел, и перевёл взгляд на «укушенного» господина.
Господин Салех дёрнул шеей. Хлопнул ладонью по затылку и резко обернулся. Но маленький смелый воин уже вернулся под прикрытие зелёной стены.
— Ты хоть представляешь, на кого сейчас тявкнул щенок?! — оскалился Салех, опознав в вошедшем проректора.
 
У него в голове странно зашумело. Стало жарко. Или холодно? Или всё – таки жарко?
— Господин Салех, там, откуда я родом, мужчины выясняют отношения в честном бою! Вы хотите вызвать меня на бой? Нет? Тогда прошу покинуть территорию университета!
— Свенссон! Я отправлю тебя на другой континент! В самую дальнюю заштатную школу для сирот! Будешь там директорствовать до конца жизни!
Проректор внимательно следил за Салехом.
«Не снотворное… Яд? Нет. Тогда что, Аня?»
— Встаньте в очередь, господин Салех! — усмехнулся Олаф.
Незваный гость шагнул в сторону выхода. Хотел плечом оттолкнуть стоящего на пути проректора, но отлетел от него, как – будто врезался в каменную стену!
Он болезненно поморщился. Выругался на древнем языке предков. Ударом ноги свалил большое напольное кашпо с пышным апельсиновым деревом и выскочил из кабинета. Предупредительно отъехавшая створка двери с шипящим звуком вернулась на место. В кабинете повисла тишина.
Проректор вернулся взглядом к Анне. Она грустно смотрела на поваленное буйным посетителем дерево. Маленькие зрелые апельсины раскатились по кабинету, как круглые жемчужины с порванной нитки бус.
— Анна Дмитриевна…
— Простите, Олаф! Теперь у вас будут неприятности! — вздохнула Анна и с сожалением на него посмотрела.
«Аня! Не смотри на меня так… Что же ты со мной делаешь?!»
— Анна Дмитриевна, поверьте! Угрозы этого господина для меня ничего не значат! Это не заслуживающая внимания пустота. А вот ваш урожай! — он аккуратно поднял кашпо с деревом и поставил на прежнее место. — Апельсины ведь съедобные?
— Олаф! Господин Салех, сын члена Планетарного Правительства! Я…
Анна вздрогнула. Закрыла глаза и потёрла подрагивающими пальцами виски.
— Анна Дмитриевна! Обещаю! Я не буду вас ни о чём спрашивать! Позвольте мне сегодня взять на себя смелость и пригласить вас в какое – нибудь тихое место. Поужинаем. Выпьем по бокалу вина. Вы успокоитесь. Улыбнётесь. И я доставлю вас домой! Не отказывайтесь! Прошу вас!
— Да я и не волнуюсь! — устало посмотрела на него профессор Головина. — Вы знаете… Просто после общения с такими людьми, как господин Салех, у меня начинает жутко болеть голова! И так каждый раз! Представляете? И ещё этот запах… — очень тихо прошептала Анна.
Он сделал вид, что не услышал последнюю фразу.
— Проводить вас в Медицинский Корпус?
— Нет! Нет! Всё хорошо! Олаф! Вы любите сладкие апельсины?
— Да! Я люблю добавлять дольки апельсина в воду со льдом, — улыбнулся проректор.
— Вот и замечательно! Тогда давайте соберем разбежавшийся по кабинету урожай, и у вас будет запас сладких и очень сочных апельсинов!
— Анна Дмитриевна! Ресторан. Ужин. Беседа. Улыбка. Дом.
— Я вроде бы всё успела, — достала из встроенного шкафа небольшую плетёную корзину Анна. — А вы расскажете мне о нововведениях в программе старших курсов?
— И не только об этом! — улыбнулся и положил в протянутую корзину собранный урожай мужчина.
— Ещё три под столом и парочка по – моему укатилась в коридор, — посмотрела на корзину в мужских руках Анна. Вы, наверное, правы, Олаф! Надо куда – нибудь слетать! Может быть к морю?
— Договорились! Я знаю подходящее место! Уверен! Вам понравиться! — широко улыбнулся проректор.
Поздно ночью Анна проснулась.
На маленькой уютной кухне загорелась подсветка. Она заварила себе чай и вернулась в спальню. Захотелось вдохнуть прохладного осеннего воздуха. Анна завернулась в вязаный плед и вышла на террасу. Что – то потревожило сон. Но что? Тайна молчала.
Прохладный ветер растрепал распущенные волосы. Чай с мёдом закончился. Потянуло в сон.
Анна вернулась в спальню. И ей вдруг показалось, что в кресле у окна сидит мужчина. Высокий. Крупный. Темноволосый.
Но она не успела испугаться! Кто – то мягко коснулся висков и затылка прозрачными пальцами и выключил сознание.