Второй сын (СИ)

— Ты уверен? Видел собственными глазами Берхарда?! — настойчиво спрашивал мужчина.
— Видел. Но у меня не вышло даже похоронить его — на запах крови летел рой кровавых пчел. Так что…
Плечи мужчины поникли.
— Спасибо, что рассказал. И… — что хотел еще сказать десятник, так и осталось непроизнесенным, потому что в итоге он не договорил, махнул рукой, и молча ушел.
  
Глава 13
 
Секция для культиваторов второго ранга выглядела гораздо презентабельнее, чем для первого. Их ждали отдельные дома, с небольшим, но принадлежавшим исключительно им участком. Сами строения тоже были уютными — традиционная изогнутая к краям крыша, множество разноцветных деревянных барельефов и украшений, привлекающих внимание добрых духов. Перед каждым домом создан крохотный водоем, а обязательные густые бамбуковые заросли по периметру участка добавляли атмосфере уединенности.
… В доме номер шестнадцать сегодня было шумно. Группа из семи культиваторов отмечали новоселье одного из них.
— Брат Каспар! Пью за тебя! Поздравляю с новым рангом! — невысокий, лысый культиватор с роскошными, длинными усами и холодным взглядом серых глаз первым поднял пиалу с вином.
После его короткого тоста остальные поспешили присоединиться, поднимая и свои пиалы:
— И я!
— Молодец Каспар!
— Так держать!
— Ха-ха, а я знал, что ты не так прост!
Польщенный Каспар тут же отреагировал:
— Благодарю, господин Фалко, Руди, братья… мы же не чужие — не нужно формальностей! Для меня это тоже честь!
Выпив первый раз, и хорошенько закусив, разговор пошел бодрее:
— Хорошее вино… Где ты такое достал, брат?!
— Это я принес, — пожал плечами полноватый культиватор, самодовольно ухмыляясь. Дождавшись, пока на нем сойдутся взгляды всех за столом, спросил: — Понравилось?
— Еще бы! Господин Руди, если вы готовы меня поить таким каждый день — я согласен заменить вашего слугу…
Громкий хохот далеко разнесся.
— Ну уж нет! Тебя легче прибить, чем прокормить. А про вино вообще можно не вспоминать — ты словно бочка без дна…
… После того, как со стола убрали три пустых кувшина, и хозяин, и гости были изрядно навеселе — хорошее алхимическое вино обладало редким качеством пьянить даже культиваторов. Хватало всего пары-тройки пиал.
— Нас теперь стало больше, — взгляд Фалко остановился на Каспаре. Машинальным жестом пригладив усы, он продолжил: — Теперь уже девять культиваторов второго ранга поддерживают меня. Можно сказать, что большая часть высокоранговых братьев крепости разделяют наши взгляды. Следующий комендант почти неминуемо будет один из нас! И вот тогда ресурсы будут делиться по-честному, а не как сейчас! Богатство королевского дворца, спокойствие жителей всего королевства — это все выстроено на нашей крови, на жизнях и здоровье братьев! И что мы за это получили?! Ничего!
— Это точно! — поддержал его Руди. — Даже культиватор первого ранга в королевстве имеет гораздо больше, чем мы!
— При этом они могут быть слабаками, не сформировавшими ни одной печати, не обладая знаками стихий и не владея техниками, — влез со своими комментариями еще один культиватор. — Даже таким стража платит по десять золотых в месяц, а аристократы — до пятнадцати. А мы…
— А мы получаем всего по два золотых — культиваторы первого ранга, и шесть — второго. Это же настоящая насмешка! При этом они живут сытой жизнью, лишь изредка напрягаясь, а мы постоянно сражаемся с монстрами.
— «Это ваш долг, вы — воины королевства, его опора, щит и меч! Поэтому смело сражайтесь и дохните просто так», — один из культиваторов неплохо спародировал любимую фразу коменданта.
— Ага! Ему-то все равно — как только кто-нибудь доберется до третьего ранга, так теплое местечко в гвардии короля уже его ждет… Не нужно отрабатывать сорок лет, как остальным культиваторам. А на нас ему плевать, несмотря на его речи!
— Ничего-ничего… рано или поздно — мы все изменим. И вот тогда наступил лучшая, справедливая жизнь. За братство!
— За братство!
 
Семь пиал синхронно взметнулись вверх…
Три недели для Эрвина пролетели, словно один миг. Не обращая внимание ни на что, он культивировал, погрузившись в это занятие полностью, до предела. Сознание настолько привыкло к постоянной боли от роста энергоканалов, что в какой-то момент юноша почти перестал замечать ее. Она стала несущественной. И, конечно, по мере того, как росли энергоканалы, расыпались прахом ядра силы. Сначала первое, потом второе, третье… десятое… тринадцатое… Казалось, уже давно должно было все закончится… но почему-то энергоканалы, чем ближе к коже — тем медленней росли, потребляя на все то же расстояние больше и больше энергии. В какой-то момент Эрвин начал боятся, что ему не хватит ядер силы. И он так и не сделает последний, решительный шаг. Его тело все еще не выздоровело, так что рассчитывать на него, для продолжения классической культивации не стоило. В последние несколько дней даже началось ухудшение и так неважного самочувствия — стало еще тяжелее двигаться, периодически появлялись волны боли в костях, тяжесть в голове, а сердце начинало стучать, будто сумасшедшее. Юноша, и до того не отличавшийся плотным телосложением, начал стремительно худеть, появились синяки под глазами, отчетливо выступили вены. Очевидно, силы, которые Эрвин тратил на культивацию, оказались «последней соломинкой», отобрав у него шансы на естественное излечение. Обитатели лечебницы втихую уже делали ставки, через сколько дней Эрвин умрет. На его выздоровление никто даже не рассчитывал…
… Пятнадцатое, последнее ядро силы уже изрядно потускнело. Энергоканалы в районе туловища, и головы, давно проросли к коже. В ногах и руках — тоже. Оставались последние несколько миллиметров, чтобы довести их в пальцах рук и ног — как самые дальние от даньтяня. Жалкие крохи!
Тряпка под спиной Эрвина полностью пропотела, да и одежда была мокрой. Тело юноши периодически сотрясала дрожь. Несколько человек, увидев это, малодушно отвернулись — мало кто хочет смотреть, как умирает человек…
Последние миллиметры энергоканалов соединились с кожей в конечностях. Эрвин, задыхаясь, открыл рот. Тяжелое дыхание с трудом успокаивалось. Немного отдышавшись, юноша в последний раз погрузился в работу с аурой. Сейчас все решиться — и зависит это от последнего шага. Он или станет настоящим культиватором, или умрет, потому что организм уже не выдерживал…
Глубокий выдох. Разноцветные, едва заметные прожилки энергии сплетались в фантастические узоры, точно повторяя контуры тела — картина, к которой Эрвин привык давным-давно. Теперь все это еще и пронизывалось едва заметными энергоканалами, начинавшимися из даньтяня, расходясь по всему организму.
Вдох. Одновременно с этим Эрвин потянул сквозь новообразовавшиеся энергоканалы внешнюю энергию, которая витала в воздухе. В этот момент вокруг юноши начал искажаться воздух, и повеяло каким-то холодом.
Старик-лекарь пораженно замер, уставившись на Эрвина. Постепенно все, кто в этот момент находился в лечебнице, бросили свои дела, и уставились на происходящее.
— Что… что происходит?
— Парни! Смотрите!
— Что это?!
В этот момент старик-лекарь противно захихикал. После чего вполне отчетливо пробормотал:
— Впервые в жизни вижу такого идиота. Если выживет — очень везучего идиота. Так вот почему он не выздоравливал…
Покачав головой, он продолжил свой путь куда-то наружу. А больные все еще наблюдали:
— Эй! Так что с ним?
Старик повернул голову, не останавливаясь:
— Этот дурень пытается стать культиватором. Прямо сейчас.
Услышав это, больные взорвались эмоциями:
— Охренеть! Так вот как это выглядит! Никогда не видел, как становятся культиваторами.
— Парень-то хитрюга! Мы все думали, что он вот-вот загнется, а он…
— Азартный какой. Я бы так не решился…
— Это же сколько он здоровья отдал, чтобы попытаться стать культиватором?!