Отпрыск рода Орловых. Том 4 (СИ)

— И что же это за причина? — вернул меня из мыслей Анатолий Сергеевич.
— Она довольно банальна: я женат.
Сказал и мысленно поежился. Надеюсь, мне за это ничего не будет, ведь Юсупов на слово не поверит, придется предъявить благоверную, причем не простую девчонку без «рода и племени», а ту, которая имеет уважение в обществе, и за спиной которой стоит значительная сила, чтобы граф даже рот раскрыть не посмел.
Эх, можно было назвать Алинку, но к сожалению, она не подойдет.
Судя по виду Юсупова, он настроен серьезно, а из этого следует, что он может пойти на довольно рискованный шаг и попробовать освободить меня от «действующего брака» вполне неординарными способами. Если решится на подобный шаг, могут возникнуть проблемы. Убить мою подругу не так-то просто — замучается, но это чревато раскрытием тайны «бессмертия», чего допускать ни в коем случае нельзя, но даже не это самое главное: Юсупов просто не поверит, ведь документов подтверждающих брак нет, да и причина, по которой я скрывал свое женатое положение, не должна быть надумана, а наоборот — отдавать правдоподобностью.
— Женаты, не смешите меня! — расхохотался в голос Юсупов, — Я наводил справки, у меня на вас целое досье и про брак, ничего сказано не было.
— Сомневаюсь, что там вообще много сказано, — усмехнулся в ответ и сделал глоток коньяка.
— Хм-м, тут вы правы. О вас почти ничего не известно до момента появления в Рязани. Предполагается, вы что путешествовали по Европе вместе со своим воспитателем, но лично у меня есть другие сведения.
Блефует или все-таки нет?
— Вот видите, всех нюансов моей жизни вы знать не можете.
— Не Юлите, Максим, — более жестко произнес Юсупов, — Вы мне нужны, и вы окажетесь в моем клане, женитесь на дочери и станете делать то, что я вам велю.
— Откуда такой интерес к моей персоне?
Анатолий Сергеевич чертыхнулся.
— Ладно, сказки кончились. Я знаю, кто ты такой. За тобой давно приглядывают, и смею сказать — ты произвел на меня впечатление впечатление. Уже сейчас я мог бы совершить один-единственный звонок, и ты оказался в застенках Внутренней Службы Империи, но, я окажу тебе одолжение и не стану этого делать.
— С чего такая честь?
Внутри у меня все похолодело. Я застыл изваянием, не представляя, что последует дальше. Понять бы, о чем именно вел речь Юсупов: о моем бессмертии или о моей настоящей фамилии, а может обо все сразу?
Тогда зачем был весь этот спектакль? Решил, сцука, проверить на вшивость? И как теперь себя с ним вести?
Подобрался, готовясь отразить атаку, если она последует. Нужно было как-то выкручиваться. Предположим, я одолею Анатолия, но… У него в особняке наверняка полно охраны. Без жертв не выбраться, а устраивать бойню — не вариант. После этого одна дорога — в Сибирь на рудники или в штрафные разломные отряды.
— Не напрягайся. У меня нет цели тебя убить, Максим Александрович.
Хе-х, не Евгеньевич, а значит — одна тайна точно раскрыта.
— Как вы узнали? — спросил глухо, — И почему тогда предлагали брак с дочерью? Стрижнев — всего лишь маска, брак оказался бы недействительным.
— Не имеет значения. Брак оформили бы на настоящее имя. Галина, когда надо, умеет молчать. Стрижнев так и остался прикрытием. Видишь ли, наша структура не может себе позволить упустить такого как ты. Мы обратили на тебя внимание при аварии поезда. Неплохая там была заварушка. Тебя и твоих друзей вели, хоть и с переменным успехом, поэтому в курсе твоих способностей. Не представляю, каким образом у молодого пацана получается предугадывать направление заклинаний и выявлять их природную структуру еще до активации, но это дорогого стоит. Если бы не знал, что такое невозможно — сказал бы, что ты видишь чужие плетения.
Внутри все замерло, но я постарался сохранить нейтральное выражение лица и ничем себя не выдать.
Надо же, не думал, что проколюсь на такой простой вещи. Хорошо, что Юсупов не имел понятия о моих способностях Инкуба, и самое главное — о «бессмертии».
Так, стоп, а про какую структуру он говорил? Неужели о ЧДР?
 
Юсупов подтвердил мои догадки.
Осталось понять, что именно они от меня хотят?
Вот ведь, засада. Взяли в оборот, теперь не выпустят. Нужно вытянуть как можно больше информации, а потом… Км-м, а ведь у меня есть что им противопоставить.
Мысленно потер руки.
Не все так плохо, как кажется на первый взгляд, но посмотрим, пока делать выводы рано.
— Прижали, нечего сказать, — хмыкнул раздраженно, — Я могу понять, что понадобился вашей организации, но в род-то зачем тащить? Только чтобы женить?
— А сам не догадываешься?
Я, естественно, предполагал, почему Юсупов это делал, но хотел послушать, что скажет лично.
— Может и догадываюсь, но это ведь только мои предположения. Не просветите?
— Запросто. Я, видишь ли, занимаю не последнюю должность в ЧДР, у меня много завистников, много недоброжелателей. Хочется усились свою позицию и не только свою, а позицию…
— Рода, — кивнул я.
— Да. Кровных родственников в ЧДР стараются не брать, исключения только за выдающиеся заслуги или необычные способности. К сожалению, у меня таких людей нет и это осложняет задачу, но благодаря тебе — я упрочу свое положение, а там… Впрочем, остальное тебе знать не нужно.
— А вы уверены, что я вас не подставлю, не убью… как своего отца и брата?
— Полно, Максим. Любой здравомыслящий человек сразу скажет, что ты не виноват. С твоими мозгами действовать настолько глупо и топорно… Не смеши меня. Я подставу за километр чую, а тут именно она и есть, правда доказать твою невиновность практически невозможно, но… при должном везении и хороших связях, вполне реально, но вот в чем загвоздка: я сделаю это только в том случае, если ты согласишься на мои условия.
Не люблю, когда меня шантажируют… Очень не люблю и идти на поводу у шантажиста не собираюсь.
Подойди ко мне Юсупов, поговори по-человечески, предложи должность в ЧДР без всех манипуляций и запугивания, может и подумал бы пойти на службу, исключая женитьбу, естественно.
— Анатолий Сергеевич, вот вы умный человек, говорите: должность высокую занимаете в Частном Департаменте, в аналитике наверняка неплохо разбираетесь, дело мое изучили, но так и не поняли, что на меня нельзя давить, мне нельзя указывать что делать и уж точно — меня нельзя шантажировать.
Я почувствовал в груди жгучую ярость, глаза заволокло темной пеленой, тело само собой поднялось из кресла и шагнуло в сторону сидевшего напротив Юсупова.
«СТОП! СТОП! СТОП!» — мысленно заорал я, понимая, что это чужие эмоции.
Я, конечно, злился, но не настолько сильно, чтобы мой разум заволокла красная пелена, а в мозгах забило набатом:
— Убей! Убей! Разорви!
— Хей, подруга, притормози. Я понимаю, что ты хочешь помочь, но убийством мы ничего не добьемся.
— Он посмел угрожать, посмел ставить условия, — прозвучал у меня в голове голос Смерти.
— Эй, я тоже зол, но, если мы его сейчас грохнем, наживем неприятностей, а после этого вряд ли найдем возможность добраться до Крючконоса. Не кипятись, просто доверься мне.
— Хорошо, — нехотя согласилась Смерть, — но если у тебя не получится, я сама уничтожу Юсупова и сотру с лица земли весь его род.
— Это уже перебор, но да ладно, если ничего не выгорит, делай как хочешь. Кстати, ты заметила, что стала довольно легко со мной общаться? Раньше подобный диалог вызывал трудности.
— Ничего странного, я побывала на Земле первый раз за несколько столетий и как бы это сказать — заземлилась, да и связь наша окрепла. Теперь, думаю, ты без проблем сможешь мысленно со мной связаться. Отвечу, если буду не занята. Ладно, не стану вмешиваться, но понаблюдаю. Решай проблему.
В следующее мгновение злость ушла, пелена перед глазами рассеялась, и чужое присутствие почти полностью исчезло. Если бы не знал, что Смерть подсматривает, ни за что бы не догадался о ее присутствии.
Резко остановился и сделал шаг назад, показывая, что не имею агрессивных намерений, ибо Юсупов уже был готов отразить нападение, сформировав прочный щит и одновременно создав плетение воздушного лезвия. Кроме того, несколько предметов, в том числе и ополовиненная бутылка коньяка подвисли в воздухе и при первой же команде полетели бы в мою сторону, но даже это не спасло бы Юсупова. Против Самой Смерти у Анатолия не было ни единого шанса.