Мой бывший темный (СИ)

Заставить меня смог телефонный звонок.
«Виктор!» — пронеслось в воспаленном сознании, я вскочила на ноги, не глядя, схватила телефон и поднесла к уху.
— Алло!
— Приезжай срочно, — голос был хриплым и незнакомым.
— Виктор? Это ты? — я неуверенно посмотрела на экран телефона — номер был мне не знаком.
— Да, я. Знаешь ведь, где я живу. Приезжай туда, — человек на том конце провода закашлялся.
— Это точно ты? — неуверенно протянула я. На линии слышались какие-то помехи, может быть, в этом дело? — Уверен, что мне безопасно куда-то ехать? Почему ты звонишь с другого номера?
— Главное, вали с квартиры, там скоро обыск будет, — мужчина снова закашлялся.
— Виктор? Какой обыск? Алло! — но в трубке уже была тишина.
Да что это такое-то?
Снова набрала номер, с которого мне сейчас позвонили. Он был не знакомым, да еще и с тремя восьмерками в начале.
«Телефон вызываемого абонента…»
Черт! Ненавижу! Что за ерунда происходит?
— Так, без паники. У меня два варианта, — сказала я сама себе, даже не замечая, что говорю вслух. — Либо это звонил Виктор, и мне действительно надо сваливать с квартиры, либо не Виктор, и меня, наоборот, хотят выманить.
Ну и какой же вариант выбрать?
Первым делом кинулась перебирать вещи с работы в поисках того, что мне могло понадобиться. На всякий случай, сунула в карман пачку таблеток.
Взяла телефон, что оставил мне Виктор, надела пуховик, сапоги, шапку, взяла пакетик с кошачьим кормом и, вздохнув, вышла на улицу.
Если кулон меня и правда защищает, то лучше все-таки хотя бы на время уйти. Кроме того, у меня ведь с собой ключи от коттеджа бывшего.
Если мне звонил кто-то посторонний, он этого знать не мог. А если действительно звонил Виктор и ему нужна моя помощь?
Невольно вспомнился дурацкий сон, где на него напали волки и розовая.
Консьержка не обратила на меня внимания, сидя на своем диванчике, и я поспешила выйти на улицу, которая встретила меня снегопадом. Зимой у нас темнело рано, и сейчас на город стремительно опускались сумерки. Зажигались фонари, машины ярко светили фарами.
Год назад, когда мы с Виктором познакомились, погода была примерно такая же.
Он отвозил меня домой после спектакля, валил снег…
Сглотнула тугой ком в горле и ускорила шаг. Летучая мышка нагрелась, придавая мне уверенности.
Достав телефон, я позвонила в городское такси, назвав адрес соседнего дома с тем, куда я направлялась. Береженого Бог бережет, как говорится.
Через пару минут приехала серая отечественная машина с шашечками наверху.
Юркнув на заднее сиденье, я назвала адрес:
— Кто здесь? — водитель вздрогнул и обернулся, словно бы только заметил, что я села.
— Здравствуйте. Мне на Сиреневую улицу, — повторила я.
— Ага, да. Сейчас, — водитель тут же потерял ко мне интерес и завел машину.
А я не смогла скрыть победную улыбку. Все-таки мышка работала!
Не прошло и получаса, как мы оказались на месте. Точный адрес я называть побоялась. В доме Виктора могла быть засада: полиция или даже караулящие его оборотни. Я попросила остановить неподалёку, сунула деньги и поспешила выйти из машины.
— Зачем я сюда приехал?.. — это было последнее, что я услышала, прежде чем захлопнула дверцу автомобиля.
Когда таксист уехал, я какое-то время еще потопталась на месте. Может быть, не стоило сюда приезжать?
Но раз уж приехала…
Вокруг была частная застройка. Этот район города считался элитным. Красивые дома, большинство трех- и четырехэтажные, с эркерами и башенками, изогнутыми крышами. На фоне всего этого великолепия дом Виктора просто терялся.
Вдобавок ко всему, лужайки перед домом, в отличие от остальных местных коттеджей, как таковой не было. Стоял закрытый кирпичный гараж, примыкающий к дороге, а все остальное пространство было засажено вишней. За ней никто не ухаживал, она росла дичком, но неизменно цвела весной и затем опадала, покрывая белыми лепестками траву.
С дороги дом было даже не видно.
Раньше я думала, что это от того, что он сам по себе очень аскетичный и не любит помпезность, излишнюю показуху. Мне это нравилось в нем.
 
После того случая в баре, полгода назад, я решила для себя, что скромность здесь не при чем, просто в тени легче проворачивать преступные делишки. И только теперь я действительно осознала причину такой уединённой жизни.
На всякий случай, обогнула улицу и вышла к дому с обратной стороны, где и дороги-то никакой толком не было. Но на первый взгляд перестраховка
была лишней. Ни спереди, ни сзади никто не караулил. Открыла ключами квартиру, заходя внутрь.
Кулон-летучая мышка на мгновение обожгла грудь, я дернулась, сдавленно ойкнув, но жжение тут же прекратилось.
В ноги что-то ткнулось, я испуганно взвизгнула, запнувшись.
— Что за… — несколько ругательств все же сорвалось с моих уст, когда я ударилась коленкой об пол. — Блин!
А всего в шаге от меня сидела маленькая беленькая кошечка. Она вылизывала переднюю лапку, будто бы была здесь совсем не при чем. Заметив, что я смотрю, на мгновение остановилась, смерила меня презрительным взглядом, а затем снова принялась себя вылизывать.
— Почему у меня чувство, что ты специально меня уронила? — прошипела я, искоса поглядывая на кошку. Затем наконец поднялась, потирая ушибленную коленку, закрыла за собой двери.
Вот только когда я обернулась, кошки уже нигде не было.
«Надеюсь, эта породистая засранка не выбежала на улицу», — у меня никогда не было собственных животных, и какого-то трепета я к ним никогда не испытывала. Никогда не умилялась кошечкам, собачкам и прочим друзьям человека. Хотя в детстве я мечтала завести попугайчика, даже пообещала себе купить его, как только получу свое жилье.
Надо ли говорить, что в итоге единственной птицей, которую я когда-либо покупала в своей жизни, была курица, и та уже мертвая и ощипанная.
В доме все было так же, как я помнила. Та же мебель. Угловой диван в гостиной, шкаф, полки. Тот же коврик в прихожей, плотные портьеры на окнах. Вряд ли Виктор затеял бы здесь за полгода грандиозный ремонт. Насколько я его знала, он не очень любил перемены. Но вот у меня от этой обстановки невольно потеплело на сердце.
«Как дома».
— Виктор? Ты тут? — позвала я негромко, но никто не ответил.
Обошла дом. Пусто.
Остановилась рядом со стационарным телефоном, стоящим в коридоре на маленькой тумбочке, рассматривая многочисленные бумажки, лежащие рядом.
«А если все-таки выбежала?» — мелькнула досадная мысль, и я невольно обернулась.
Нет, сейчас заниматься сбежавшими кошками было совсем не время. И, тем не менее, чтобы хоть как-то успокоить совесть, достала из кармана принесенный пакетик с кормом. Вскрыла его, надорвав так, чтобы кошке было удобно кушать прямо из него, и положила на пол. Если она дома, то обязательно прибежит.
— Кис, кис, кис… — вот спасут Виктора его братья, а он потом предъявит мне счет за его «девочку с родословной».
Не найдя никаких зацепок на тумбочке, решила отправиться на второй этаж. Там было две спальни. Одна где спал Виктор, вторая для гостей. В спальне Виктора должен был стоять письменный стол, на котором он иногда работал за ноутбуком.
Невольно улыбнулась, вспомнив, как спрашивала его, зачем ему спальня для гостей, если гостей у него почти не бывает. Не лучше ли переоборудовать ее в кабинет? А он смеялся и утверждал, что лучше две спальни, чем рабочая обстановка прямо дома.
Стол обнаружился там же, где и стоял всегда до этого, а вот ноутбука, который использовал Виктор при мне, — не было.
Достала телефон, еще раз попыталась набрать последний звонивший мне номер.
«Аппарат вызываемого…»
Внизу хлопнула дверь, раздались мужские голоса. Я замолчала, убирая телефон от уха и пытаясь запихнуть его в карман. Сердце рухнуло вниз, спина моментально взмокла.
Кто это пришел? Друзья? Враги?
Снизу раздался грохот, а затем протяжное кошачье мяуканье, сменившееся отборным матом.