Возрождающая 1 (СИ)

Она не понимает, в сознании ли он. Ариэль в этом не разбирается, но надеется, что с ним все будет хорошо.
- Жалкое зрелище, - говорит откуда-то издалека Царь птилаков. – Ну что убедилась? – обращается он явно не к ней.  Ариэль почему-то уверена.
Туман в голове постепенно отступает.
*
- В чем? – спрашивает Владыка у ПиткКарРу враждебно, убеждаясь в том, что это представление, действительно, было организован для неё.
- В том, что твой Араон Земли не заслуживает спасения, как и вся его никчемная раса. В том, что они абсолютно ничем не отличаются от птилаков.
Владыка перевела взгляд на склонившуюся над Араоном трясущуюся Ариэль.
- Мне жаль, Царь птилаков, но это абсурд, - заговорила Владыка. – Ваши отличия неоспоримы. Кронов создала Богиня. Вас создала Владетельница. Богиня создала кронов из любви. Владетельница создала вас из жажды власти и смерти, генетически закладывая жестокость. Максимально пытаясь вытеснить всё светлое, свойственное живой Душе. Как следствие, птилак причиняет боль другому существу из наслаждения. Крон… - она повела рукой в сторону плачущей Ариэль.
Глаза Царя горели злостью:
- Ты бы не рассуждала так, зная, что они с нами делали.
- Да, Ариэль, не самый лучший пример, - согласилась Владыка. – Я бы сказала, что она скорее исключение. Возможно, потому, что ещё слишком юна. И кто знает, кем бы она стала, проживи ещё не одну сотню лет. Среди кронов тоже хватает чудовищ – это закон Жизни. Случайный. Контролируемый Богами. Жизнь не может существовать без Смерти. Свет не может существовать без Тьмы. У птилаков, наверняка, есть какое-то своё предназначение, раз вы всё же появились. Я не верю, что хоть одна Душа может явиться в этот мир без участия Богини. Это же доказывает благословенный поцелуй Богини на твоём челе. Но. Вас. Создали. Чудовищами, ПиткКарРу. Всех! Кронов  - нет. Ваши отличия всегда будут колоссальны.
Он молчал, застыв, как один из барельефов на сводах своего царственного харрт.
Пугающее зрелище.
Птилакам не нужно дышать с такой же частотой, как остальным видам. Иначе они не смогли бы питаться нелинами, находящимися в не пригодных для жизни слоях атмосферы.
ПиткКарРу и не дышал. Лишь ярость во взгляде выдавала то, что это живое существо, а не один из величайших шедевров гениального скульптора.
Опасен и прекрасен.
- Какая участь ожидает парня и девушку? – попыталась она сойти с опасной дорожки.
 - Не знаю, - не сводя с неё взгляда, ответил Повелитель авантюриновых земель. - Сок'Кхарр любит девчонок оставлять себе…
- Отдай их мне, - испугалась этих слов Владыка.
- Нет, - холодно отозвался Царь.
За пределами пещеры послышались многочисленные крики птилаков.
Смертоносные хищники, сидевшие до этого на своих местах, в одно мгновенье оказались на отвесе у входа в харрт Царя.
Владыка освободилась от цепей и поспешила к ним.
Глава 4. Возрождающаяся.
Стена дождя мешала, но позволяла ей рассмотреть свирепствовавшего внизу огромного червя.
Поглощающий нелин, питавшийся радиацией под землёй и попутно взрыхляющий и обогащающий её кислородом.
Сейчас он пришел за Владыкой.
Его ненависть к ней настолько велика, что разум более не в состоянии воспринимать и жаждать чего-то иного, кроме смерти.
Страшно представить более жестокую и ужасную участь для нелина, нежели заточить его во тьму и замкнутое пространство, лишить солнца и луны.
Все нелины знали, что её участие в возрождении планеты велико, но этому было всё равно.
Плевать на планету.
Оно знало, что со смертью Владыки закончится его мука. А пока оно рвало, заглатывало и переламывало своим весом всё живое, что попадалось ему на пути.
Едва Царица появилась на отвесе, гигантский червь приподнял переднюю часть тела, словно принюхиваясь. Не имея ни глаз, ни носа, оно каким-то образом чуяло её.
Огромное бескостное создание пыталось взобраться на скалу, но его тело не было для этого приспособлено. Преодолев какое-то расстояние, оно срывалось, распарывая плоть об острые выступы.
 
Владыка чувствовала его боль. Так же явно, как и смертельную решимость. Именно смертельную. Он готов был даже умереть в попытках достать её.
Владыка-Царица сорвалась со скалы и полетела вниз. Червь застыл. Она опустилась достаточно низко, чтобы он её учуял, и полетела прочь от обитаемой части авантюриновой цепи.
Ей необходимо было увести его от птилаков.
 «И что дальше?», - задалась она вопросом, чувствуя Поглощающего позади.
С ужасом ощущая, как от непривычной нагрузки мышцы спины стали ныть, и грозили судорогой.
Червь двигался гораздо медленнее неё, но всё же...
Владыка сократила расстояние между собою и землёй, на случай… Вовремя! Крылья отказали и Владыка рухнула на землю.
Больно. Но нужно подниматься. Что она и сделала, поворачиваясь лицом к опасности.
Осмотрелась по сторонам. Вырвала воздушным арканом из земли мертвое дерево и…  бессмысленно уставилась на него.
Что она делает?
Что она собирается сделать?
Убить Поглощающего?
Владыка перевела взгляд, на ползущую на неё огромную израненную измученную омерзительную тушу.
Посмотрела на себя.
Свои изящные белоснежные, горящие изнутри золотым свечением руки. Отметила глаза, которыми она может всё это видеть. Солнце, которым она может наслаждаться каждую минуту своей жизни…
Вырванное её силой дерево упало. Она закрыла глаза, совершенно готовая…
Возмущенной сиреной по цепи прокатился возглас Царя птилаков.
Сверху на червя попадали птилаки, рассекая тело Поглощающего боевыми когтями.
- Нет! – отчаянно закричала Владыка, сметая птилаков с червя, раскидав их в разные стороны. - Нет! – яростно повторила она, глядя на поднимающегося Царя птилаков.
Вокруг неё с умирающей тушей образовался смерч.
Никто более не мог к ним подобраться.
«Прости меня», - прошептала ново-обретённая Душа Владыки, пока крохотные ручки отчаянно пытались обнять необъятное тело Поглощающего.
«Ничтожная физическая оболочка!»
В своей истиной ипостаси она бы могла его полностью окутать.
И не только его.
Глаза заволокло что-то, что мешало видеть, но лучше бы она не чувствовала.
Владыка пыталась залечить его раны, но они открывались вновь, будто Боги хотели, чтобы оно умерло. Поглощающие не возрождаются.
«Прости меня, – шептала она его сознанию. – Прости за все. Я виновата. Одна лишь я. Мне жаль, что вы должны расплачиваться. Я бы изменила это, если бы смогла. Понесла бы любую кару. Вынесла бы любую боль».
К сожалению, Поглощающий не дал Владыке ответ. Не мог.
Или же не хотел?
Его тело таяло в её руках, превращаясь в воду. Ставшая прозрачной, физическая оболочка, лопнула.
Владыку смыло с места несколькими тоннами воды. Смерч исчерпал себя.
Дождь стекал по её щекам вместе с солеными горными ручьями бурным потоком.
Владыка не плакала. Оно ревело, как мать, утратившая дитя.
Так глупо.
Вода из её физических глаз ничего не изменит, но онА не моглА остановиться. Боль в груди, её неодолимый излишек, словно изливался, не давая сжечь Владыку изнутри. Она не могла это контролировать.
Владыка подняла глаза к небесам и замерла, обнаружив вокруг себя птилаков. Целое море. Тысячи. Они были везде - на земле, на скалах, в воздухе.
ПиткКарРу стоял ближе всех. Почти рядом. Глядя на неё, как на забавную зверушку, которая изрядно удивила хозяина.
- Ты хотела позволить ему себя убить? – спросил он.
- Это меньшее, что я могла для него сделать.
- И что потом? – полюбопытствовал он. – Думаешь, он бы затем, довольный, пополз обратно в ту дыру, из которой вылез?
- Не знаю, - вновь поникла Царица.
Царь возмущенно фыркнул:
– Спасибо, что упростила мою жизнь.
Она подняла на него недоумевающий взгляд.