Властный (ЛП)

— У меня есть все, Гарантия. Будет лучше, если ты, наконец, осознаешь, на чьей стороне сила. Все их будущее в моих руках. Видимо, им нужно напомнить об этом.
Она протянула ко мне руки. Ее прикосновение было похоже на прикосновение раскаленного железа, обжигающего душу. Я чуть не отпрыгнул назад от этого контакта… почти. Я никогда за всю свою жизнь не испытывал подобного. Каждый раз Торрин выводила меня из равновесия.
— Пожалуйста, — умоляла она. — Только не моя сестра! Я сделаю все, что захочешь, останусь здесь столько, сколько потребуется, но не причиняй вреда моей сестре!
Вопреки желанию тела, я отдернул ее руки, словно те были грязные. Она была готова отдать мне все, но я не хотел. Не так. Не так я хотел вести эту игру. Честно говоря, не ожидал уступчивости Торрин.
— Обувайся, Гарантия, прокатимся, — скомандовал я, направляясь к шкафу. Я надел черную футболку, черные ботинки и черную бейсболку. Торрин пялилась на меня с широко открытым ртом. Я прочел смесь желания и ненависти в ее глазах. Прямо сейчас не было времени разбираться с этим дерьмом. И маленький танец, который мы сейчас станцевали, был опасным. Между нами ощущалось напряжение и притяжение. Противостояние, которое бушевало внутри, закончится для Торрин Макалистер не очень хорошо.
Я взял ее за руку, мы вышли из спальни и быстрым шагом спустились по лестнице. У дверей гаража я подобрал связку ключей и повел Торрин за собой. Она последовала без колебаний или вопросов, отчего я задумался о том, что же происходило у нее в голове.
Я схватил два шлема и протянул один ей. Стоя у «Харли Дэвидсона», я обернулся, чтобы убедиться, что девушка надела его. Я снял бейсболку и надел свой.
— Надеюсь, ты не спрыгнешь во время поездки. Будет очень больно, Гарантия.
— Что ты собираешься с ними сделать? А со мной?
Я не ответил ей. Вместо этого перекинул ногу через байк и завел двигатель.
Я преподам урок семье Ланье, самым жестоким образом, черт возьми.
  
10
 
ТОРРИН
Дрожащими руками я обхватила властного мужчину, сидевшего спереди. Того самого, который всего несколько минут назад легко и непринужденно отрубил человеку пальцы, будто отрезал кусок мяса для обеда в День благодарения. Оникс не объяснил ничего, кроме того, что мы направлялись к моей сестре, и это вселяло в меня сильный страх. Увидев, как он вел свои дела, я поняла, что моей сестре следовало держаться от него подальше, предпочтительно жить в другой стране. Черт, я даже не была уверена, что и этого было бы достаточно. Интересно, а можно жить на другой планете? Слышала, что NASA рассматривали возможность обитания на Юпитере в будущем. Навряд ли космический шаттл стоил слишком дорого.
Мотоцикл громко ревел, и каким-то образом мое тело знало, в какую сторону наклоняться на поворотах. На самом деле поездка на байке была в моем списке желаний. У меня не было возможности осуществить ее, и к тому же я считала подобную затею опасной. Но все было не так, как я себе представляла. Хотя, сложилось ощущение, что я попала в торнадо, в котором кружилась и кружилась, не имея возможности остановить происходящее.
У моей сестры было всё. У нее был любящий муж, прекрасный дом и деньги. Она всегда говорила, что хотела бы когда-нибудь съездить на Гавайи, но Оникс не был похож на турагента. У Малкольма и Кеннеди были друзья, с которыми они регулярно виделись, но никто из них не был связан с Ониксом.
На ум ничего не приходило, и я боялась, что узнаю что-нибудь плохое, когда мы приедем. И это будет очень хреново.
Оникс должен был понимать, что я буду защищать сестру всем, чем смогу. Я даже готова буду броситься под нож или словить пулю. Может, таков и был его план — убрать нас всех, чтобы больше не иметь с нами дел. Он так и сказал, что моя сестра и зять знали слишком много.
С каждой секундой страх в глубине живота разрастался, распространяясь по всему телу.
Надежда на то, что мы пропустим поворот к их дому, быстро угасла. Как только мы оказались на их подъездной дорожке, к горлу снова подступила желчь, но я смогла сдержаться. Я была шокирована, когда Оникс наклонился и набрал код открытия ворот. С кем, черт возьми, мы связались? Казалось, Блейк знал все. Что делало его еще более опасным.
 
Я должна была быть сильной ради своей сестры. Как бы тяжело мне не пришлось, никто не посмеет причинить Кеннеди боль. Я сделаю все необходимое, чтобы она не пострадала.
Оникс шел передо мной длинными и уверенными шагами. Я изо всех сил старалась не отставать. Постучав в дверь, он не стал дожидаться ответа. Вместо этого ворвался внутрь, а я поспешила за ним. Дверь ударилась о стену, и где-то вдалеке послышался шум от упавшей картины.
Мистер Блейк прошел через весь дом как раз в тот момент, когда Малкольм вышел из-за угла и побелел, словно призрак.
— Оникс!
— Торрин! Ты в порядке? — Кеннеди подбежала к мужу, заметила меня и сделала шаг в мою сторону, но Оникс что-то рявкнул, отчего сестра остановилась на полпути.
— Вы! — Оникс указал на них, источая тихую ярость. Повинуясь инстинкту, я встала перед ним с поднятыми руками. Оникс не вел себя так, даже когда перед ним стоял мужчина, который проник в его дом сегодня утром. Он умел подчинять себе всех присутствующих. И обычно, когда я видела его в этот момент, Оникс контролировал себя. Однако, та энергия, которая исходила от него прямо сейчас, была чистейшей яростью.
Дикой яростью.
— Пожалуйста, не надо. — мольбы не помогли, но попробовать стоило. Оникс даже не посмотрел на меня; вместо этого он сосредоточил свое внимание на моей семье, глядя на них поверх моей головы.
Он схватил меня за руку, притянул к себе и оттолкнул. Это было грубо, но не настолько сильно, чтобы причинить вред. Его намерением было убрать меня со своего пути, и он это сделал. Оникс был поглощен гневом, но все еще заботился обо мне? Каждое следующее движение Блейка приводило меня в еще большее замешательство, чем предыдущее.
— Гребаная сделка отменяется! Меня это, нахрен, достало!
Кеннеди побледнела, и Малкольм схватил ее за руку, пытаясь предотвратить падение, но не смог. Сестра упала на пол, сотрясаясь в рыданиях. Отойдя от Оникса, я бросилась к ней и села рядом, обняв. Шепча Кеннеди ободряющие слова, я умоляла ее успокоиться.
Ее рыдания превратились в истерику, слезы катились по ее лицу. Будто мир сестры разрушился из-за Оникса. Она что-то бормотала, но я не могла разобрать слов. Было невозможно что-либо понять из-за рыданий.
Кеннеди раскачивалась взад-вперед, руки бесконтрольно тряслись. Я пыталась успокоить ее, но безуспешно. Я чувствовала, как что-то внутри нее ломалось, и это убивало меня.
— Ты осмелился послать человека ко мне домой? Ты тупой ублюдок! — прорычал Оникс Малкольму, полностью игнорируя нас с сестрой. — Вы заплатите за это! — от яда в его голосе у меня по спине пробежали мурашки.
Моя сестра стала качать головой, на этот раз слова звучали четче:
— Этого не может быть… Этого не может быть… Этого не может быть… — снова и снова повторяла она, и я ужасно за нее боялась.
— Все в порядке, Кеннеди. — я старалась сильнее обнять ее, как в тот момент, когда мы узнали, что наша мать умерла. Я не особо верила собственным словам, но не теряла надежду, что все закончится хорошо. Мы смогли пережить это один раз, сможем и сейчас.
— Кеннеди переживала за свою сестру. Вот почему мы так поступили. Просто чтобы убедиться, что с ней все в порядке, — спокойно ответил Малкольм, и мне захотелось дать ему подзатыльник. Неужели он не знал, когда нужно заткнуться к чертовой матери? Оникс установил здесь правила, и мы должны были их соблюдать. Возможно, я не знаю этого мужчины или правды о том, что происходило, но я знала, что Оникс никому не позволит взять бразды правления в свои руки.
— Это было ошибкой, — вот и все, что сказал Оникс.
Малкольм посмотрел на нас сверху вниз, затем снова на Оникса.