Королевская пешка (СИ)

Мой «жених» заскрипел зубами, а его пальцы больно сжались на моем плече. Пришлось аккуратно освободиться из захвата. Но он, казалось, этого даже не заметил. О прошлом «уроке» я спросить не решилась, хотя было любопытно. Гаяр это понял:
— Ему было двенадцать. Мне – двадцать один. И он проявил некоторую... неучтивость. Я на нее ответил.
Я кивнула, принимая такое объяснение. Изящный ход, на мой взгляд. Он лишь обозначил удар. А ведь мог высмеять какую-то детскую выходку княжича. Хотя, кичиться тем, что ты в двадцать был умнее и сдержанней двенадцатилетнего подростка довольно странно.
Хотя окоротил своего соперника шахди мастерски. Талиец в бешенстве, а поделать с этим ничего не может. Не поднимать же из праха конфликт десятилетней давности?
— Возможно, вы передумаете и присоединитесь к нам, Энираду? – Гаяр был сама любезность.
Не знаю, что меня пугало сейчас сильнее: напряжение, которое скользило между мужчинами или мои явные симпатии по отношению к одному из них. Грозы, которая непременно грянет, если они еще хоть сколько-нибудь времени проведут рядом, я решила не дожидаться. К тому же, если межу ними не будет находиться «яблоко раздора», может страсти поутихнут?
Встала. Отступила на несколько шагов в сторону, чтобы оказаться подальше от княжича – мне совсем не понравилась его манера хватать меня. Пусть найдет себе другую игрушку-антистресс.
— Господа, вынуждена вас оставить. – Могу собой гордиться. Мой голос не дрогнул. — Я обещала матушке зайти к ней. Гаяр, благодарю за интересную партию. Энираду, надеюсь мы сможем поговорить с вами позже. Хорошего дня, господа.
Отправилась я, конечно, не к Императрице, а в свои покои. Лера Эн-Рин сама притащит меня на аудиенцию к талийцу, если это, действительно, будет необходимо.
Мне не хотелось с разговаривать с княжичем. И дело совсем не в симпатии к Гаяру. Просто Энираду вел себя со мной, как последний придурок. Не поздоровался даже, хотя видел меня впервые в жизни, а с ходу начал бодаться с соперником.
Фразу: «Чувствуйте себя, как дома» нужно читать следующим образом: «Помните, что вы в гостях, а хозяева вам не очень-то и рады». Княжич или забыл это, или наша с ним свадьба – вопрос, действительно решенный.
Весь день я пыталась хоть что-то узнать о предполагаемом женихе в сети. Не преуспела, если честно. Краткая биография: родился, учился, служит во флоте. Пара пропагандистских документалок о том, какой Энираду классный парень. И все!
Пересмотрела кучу его фотографий. В везде у него такое лицо, будто он только что целый лимон съел вместе с кожурой и косточками. Даже, когда талийский наследник улыбался. И эта постная мина с каждой минутой вызывала у меня все большее раздражение. Понимание того, что я не хочу иметь с ним ничего общего росло и крепло.
А вот Гаяр нравился все больше. И выбросить его из головы не получалось, хотя и понимала, как это глупо. Мне нельзя в него влюбляться. Я ведь тогда на Энираду даже смотреть не смогу. А ведь именно его женой мне предстоит стать. Конечно, есть вероятность, что Император все переиграет, но она ничтожно мала. Не похож мой папочка на человека, готового отступать от первоначальных планов. Что очень и очень плохо.
Потому что по его задумке, если я ее правильно поняла, нас с Энираду женят, договор мирный подписывают, а потом со мной случается милый несчастный случай с фатальными последствиями. И защитить меня сможет только муж. Если захочет, разумеется. Поэтому я обязана хотя бы попытаться поладить с ним.
Умирать не хочется.
Жить, если честно, тоже. Перспективы будущего существования, скажем так, не вдохновляют. Но папа взял с меня обещание – никогда не опускать руки. Может, на самом деле княжич не такой уж и отмороженный?
Я решила забыть о нашей первой встрече и взглянуть на него максимально непредвзято. Полагаю, Энираду, тоже, от меня не в восторге. Брак этот ему навязан. Каноны красоты у них другие. Я в их понимании довольно страшненькая. Там в моде золотые волосы, высокий рост, тонкие, почти дистрофичные фигуры. Половой диморфизм минимальный. На фоне талийцев я буду смотреться, в лучшем случае, экзотично – как пион среди ирисов. А кто сказал, что ему такое нравится? Да и не знает он меня совсем.
 
Будь у меня время я, наверное, убедила бы себя в том, что княжич – славный малый. Но он все испортил, заявившись ко мне в покои.
Конечно, меня о госте предупредили. И я даже успела переодеться в шифоновое непотребство под бдительным взором камер-фрейлины. Волосы мне убрали в гладкий пучок и припудрили золотистыми блестками. А после того, как Энираду показался на пороге, дамы дружным строем покинули мои покои. Я и пискнуть не успела про то, что это неприлично – оставлять нас наедине.
Он снова не озаботился приветствием. Без единого слова подошел с сервированному столику и опустился на обитый тканью стул. Повторила его действие, расположившись напротив. Сидим. Смотрим друг на друга. Молчим.
Вот принесла же его нелегкая. Зачем, спрашивается. Напоминаю себе, что хотела дать ему шанс. Поэтому наполняю два бокала золотистым вином. Других напитков тут нет. Предлагать ему фрукты или канапе, которые прямо перед ним стоят, как-то глупо. Изобразить-то радушие надо. Наверное.
В свою улыбку я стараюсь вложить столько искренности, сколько могу. У него красивые глаза. Чужие, нечеловеческие, но есть в них какое-то необъяснимое очарование. И я улыбаюсь этому удивительному взгляду.
Его ответная реакция меня... нет, не удивила. Понимаю же, что скорее всего вызываю у него не самые светлые чувства. Но зачем же свою антипатию так открыто демонстрировать?
Он вздернул подбородок, а его губы дрогнули в презрительной усмешке. А за такой взгляд в нашем детском доме били морду.
Все мои благие намерения полетели в бездну. Сидит тут, ухмыляется. На меня свысока смотрит. А по какому праву? Может, внешне этот золотой мальчик меня тоже не впечатлил. Дистрофик-переросток с манией величия.
— Почему мне навязывают вас?
И голос у него противный. Не сам голос, конечно, а манера речи. Как будто с букашкой говорит. Желание отвесить ему хотя бы пощечину с каждой минутой становилось все сильней.
— Спросите у тех, кто это делает. Лично я не имею желания вам навязываться.
— И мне скажут правду?
Пожимаю плечами и сделаю глоток вина. Зря, наверное. После материных попоек меня от алкоголя воротило. Не могла я его пить. Накатывала слабость, тошнота, а вместе с ними раздражение. И лишь потом приходила апатия. Но сейчас именно тот случай, когда лучше потерпеть немного, зато все оставшееся время в компании Энираду ничего не чувствовать. Иначе скажу ему что-нибудь резкое. Потому что он одним своим видом меня бесит.
— Почему я должен выбрать именно вас? Зачем мне цветная стекляшка, когда можно получить бриллиант? Я всерьез задумываюсь над тем, чтобы потребовать в жены вашу красавицу-сестру, как и было обещано.
— Бог в помощь.
— Принцесса религиозна? – На его идеальном лице проступило брезгливое выражение. Делаю еще один глоток, второй, третий. И понимаю, что не помогает. Раздражение бурлит в моей крови и уже готово вырваться наружу потоком колких фраз. Делаю глубокий вдох и усилием воли заставляю себя успокоиться. Нельзя затевать с ним ссору. Это мне ничем не поможет. Но благие намерения летят в бездну, стоит лишь встретиться с взглядом.
— Вы говорите таким тоном, словно бы угрожаете, что выберете Ланиссу. Только не понимаю, с какой целью? Выказать пренебрежение? – позволяю себе злую усмешку. — Меня не трогают ваши убогие попытки уколоть. Хотите в жены мою прекрасную сестру? Так идите к Императору и требуйте, что хотите. Я-то тут причем? Еще раз повторяю. Не имею желания вам навязываться.
— Мне посмеют отказать, если я попрошу руки Ланиссы?
— В самых изысканных выражениях и со всем подобающим почтением. А потом мягко предложат присмотреться ко мне получше. Видите ли, моя сестра не совсем здорова и совершенно невменяема. Вас это не смущает, кстати?