Бастард 2 (СИ)

— Во главе со мной вы будете искать Святой Грааль и некого Орландо ди Креспо.
Среди рыцарей поползли перешёптывания, полный радостного воодушевления. Один выпрямился в кресле и стиснул кулаки. Терц перевёл на него взгляд и спросил:
— Вы чем-то недовольны, южный барон Борсл?
— Нет, сэр. — Прогудел рыцарь. — Просто я встречался с ним, до того как узнал… полное имя.
— Вот как? И что можете сказать об этом Орландо?
— Я не хотел бы встречаться с ним, как враг.
— И не надо. — Сказал Терц, поднимая заляпанную кровью руку, сжал кулак до сочного хруста костяшек и медленно разжал. — Он мой и только мой.
— Как пожелаете… господин. — Ответил Винченцо Борсл, мысленно благодаря Господа, что шлем скрывает лицо.
  
Глава 10
 
Орландо уснул, убаюканный бурей, шелестом и свистом песка. Сказалась и усталость, травма выпивает силы по капле, но с каждым днём всё быстрее. Снилась ему Луиджина и светловолосый мальчик с пронзительно синими глазами, совсем как у него. Девушка близко, а ребёнок в отдалении и за спиной маячит тёмная фигура женщины. Орландо сделал к ним шаг, остановился и тяжко вздохнув пошёл в сторону не оглядываясь. Луиджина живёт своей жизнью, а ребёнок… какой смысл его искать? Что Орландо сможет дать ему, как отец? Ничего. Остаётся надеяться, что ведьма не лгала и юный Ролан получит отличное воспитание и заботу. В той же степени, как настоящей заботы не получал сам Орландо.
Пусть у него будет другой отец и настоящее детство.
Образы смазались и сменились на мертвецов с клинками, а затем на огромную чашу, полную крови. Багряной и бурлящей, выплёскивающей через край, как кипяток. Покойники припадают к ней, обрастая плотью, жадно лакают и не могут остановиться. В зыбкой дымке над ними проступают очертания многокрылой твари состоящей из огненных колец и тысяч глаз.
В какой-то момент мертвецы, превратившиеся в Серкано и Гаспара, оторвались от чаши. Схватили Орландо и подтянули к ней, стараясь окунуть лицом в бурлящую кровь…
Парень очнулся от собственного крика и цепких пальцев, впившихся в плечо. Глянул на Краса, бледного в свете полной луны, как снег несмотря на загар. Мальчишка молча указал на подножие скалы. Ветер унёс песок, обнажив руины, изъеденные временем до дыр. Рухнувшие башни и широкие здания с развалившимися куполами. Скала поднимается из мощёной площади, обнесённая высоким бортиком из чёрного гранита. Орландо с холодком осознал, что «скала» просто огромный, причудливый фонтан.
Стоит тягучая тишина и только эхо вопля затухая мечется среди руин. Орландо утёр лицо, помассировал глаза указательным и большим пальцами. В пещеру задувает холодный воздух, Крас кутается в плащ и затравленно выглядывает наружу.
— Долго я спал? — Просипел Орландо.
— Несколько часов…
Мечник ещё раз глянул на оголившиеся руины и пробормотал:
— Видимо, ветер очень уж сильный был.
— Нет, песок сам отхлынул, стоило показаться куполу вон той башни. — Пояснил Крас.
Голос мальчишки дрожит от страха и холода. Одной рукой крестится, а другой вычерчивает причудливые символы. Бормочет под нос, что-то про деву Марию и некого Сварога. Орландо вгляделся вниз, прикидывая варианты. Город выглядит довольно древним и явно был возведён до Распятия. Даже больше того, внутренний голос нашёптывает, что пески пожрали эти улицы задолго до рождения Христа или Яфета.
— Песок просто исчез? — Спросил Орландо.
— Н-нет… растёкся в стороны, за полчаса где-то… я сначала не замечал…
— Ясно.
Рапира с тихим шелестом покинула ножны, клинок сверкнул в лунном свете. Орландо хмыкнул, увидев горящий алым сердечник и блёклое сияние от остального металла.
— А вот это точно неспроста.
— Ты же не собираешься туда спускаться?! — Выпалил Крас, вцепившись в каменную стену.
— Собираюсь. Можешь остаться здесь.
Орландо выбрался из пещеры и не оглядываясь пошёл вниз, по проточенному водой каналу. Хватаясь за выступы и кустарник. Крас длинно выругался на языке славян, вставляя словечки степных народов, последовал за ним.
 
— Это очень плохая идея!
— Привыкай, я полон их. — Не оборачиваясь, ответил Орландо.
— Это совершенно безрассудно!
— Я не настолько стар, чтобы слушать рассудок.
Древняя брусчатка зазвенела под сапогами, как керамическая плитка. Орландо шагает оглядывая тёмные зевы проломов в стенах домов, подёргивает ноздрями. Мальчишка идёт за ним, так близко, что почти бьётся носом в поясницу. Стискивает кинжал и судорожно озирается на любой шорох. Рапира в руках Орландо сияет ярче, будто облитая горящим спиртом. Свечение кровавого сердечника расползается к лезвию и острию. Кажется, ещё немного и на брусчатку упадут алые капли.
Фехтовальщик остановился у входа в приземистое, круглое здание с уцелевшей покатой крышей и золотым шпилем. Склонил голову, исподлобья глядя в мрачный проём. Внутри попарно зажигаются красные огоньки. Слышен шорох и стоны, костяное клацанье…
Темнота выплюнула тощие фигуры в обрывках одежды и с длинными космами цвета высохшего мха. Их можно принять за измученных людей, но глаза горят адским пламенем, а белые губы раздвинуты клыками с палец взрослого мужчины.
Чудовища порываются кинуться на людей, но словно бьются о невидимую стену и рыча отступают. Расступаются, освобождая путь новым и история повторяется. Вскоре тварей набралось несколько десятков и на свет показался некто, едва похожий на человека. Огромный, с длинными руками, обтянутыми жёлтой кожей. На плечах сохранились обрывки одежды, а голову венчает истлевший тюрбан. Лицо, вытянутое, как у паса, украшает серая борода, а пасть не закрывается от обилия изогнутых внутрь клыков.
Существо застыло, подойдя ближе всех. Вытянуло лапу и ткнула в Орландо тонким пальцем, увенчанным чёрным когтем.
— Ты… кто ты?
— О! — Сказал Орландо, чувствуя, как в спину вжимается перепуганный Крас, и странным образом черпая из этого уверенность. — Говорить умеете и даже по-человечески.
— В Корз-Гатор забредают гости, а кровь есть знание. — Проскрипело чудовище. — Кто ты?!
— Это неважно.
— Важно. Ты благоухаешь Кровью Бога! — Рыкнула тварь, порываясь вперёд и отскакивая, как пёс от ткнувшегося в морду факела. — Но ты не мы! Ты… не благословлён!
— Тут ты прав. — Сказал Орландо, поднимая руку со шпагой и нацеливая острие в монстра. — Сложно не запачкаться, когда потрошишь, тех кто пьёт эту дрянь и тех, кто ею сочится. Можешь подойти ближе и учуешь ужас в этой крови, в своей тоже.
— Этот клинок… да, он убивал полубога… — Почти скуля выдавила тварь, нервно бродя туда-сюда вдоль невидимого барьера. — Ты не врёшь… Отдай мальчишку и уходи!
Крас дёрнулся и сильнее вцепился в одежду Орландо, а тот криво ухмыльнулся и приглашающее качнул рапирой.
— А ты возьми.
Чудовище вновь шагнуло и отскочило, остальные переглядываются и щерят желтушные клыки. Больше напоминая гиен, нарезающихся напасть на льва.
— Страшно? Ну чего вы! Мне так скучно убивать обычных людей! Повеселите меня, хоть немного! Ну давайте, все разом! Хочу размяться перед сном!
— Риск не стоит Вечности. — Наконец прорычала главная тварь, пятясь к входу в здание.
— Стоять. — Рявкнул Орландо и чудовища покорно застыли, не спуская взглядов с рапиры. — Говори, кто ты и почему мой клинок так реагирует на вас. Отвечай честно и я, возможно, отпущу вас.
Мечник умолк, чувствуя, как в груди от напряжения рвутся тончайшие волокна, а кровь вскипает. Момент истины, чудища или решаться атаковать или отступят…
— Моё имя, Сализ ибн Ахмад. — Прорычало чудовище, склоняя голову. — Султан жемчужины пустынь, града Корз-Гатор!
 
— Ваша жемчужина давно не сверкает. — Подметил Орландо, хмелея от собственной наглости.
— Да, это так. — Сказал султан-демон. — Однако, мы живы! А твой меч… он чувствует подобное. Этот металл помнит, как пил Кровь Бога, разбавленную в сыне человеческом. А мы помним, как посланники старших богов спускались в мир и одаряли смертных женщин… Прошу, пощади нас! Мы были наглы, самоуверенны и слишком голодны! Мы не узнали истинного человека, прости нас!