Ермак. Революция (СИ)

— Джон, Вы считаете, что Хабибулла-хан объявит нам войну?
— Если он хочет остаться на троне, то другого решения ему принять нельзя. Вы же знаете, что его дядя Мухамед-Исхак-хан или его сына Исмаил-хан являются прямыми наследниками трона. Кроме того, есть информация, что в Дрош прибыл посланник Белого царя, так пуштуны называют императора Российской империи, — полковник пыхнул сигарой, делая паузу.
— Кто он? — заинтересованно спросил Китченер.
— К сожалению, пока этого узнать не удалось. Но он уже встречался со старейшинами и пообещал поставки оружия. А пуштуны за винтовки и патроны к ним будут готовы на многое. Оружие для них всё.
— Значит, мы должны быть готовыми к полномасштабным боевым действиям против афганцев?
— Боюсь, что так, сэр.
— Чёрт побери, Джон, Вы принесли ещё одну плохую новость за сегодня. Боюсь, мы ввяжемся в войну, которую не сможем выиграть имеющимися силами. Видимо, придется задействовать дополнительный план по введению наших войск в Персию, — генерал замолчал, набрал в рот дыма сигары и медленно выпустил его.
  
Глава 14. Мир.
 
— Дедушка, а ты уверен, что мой отец захочет меня признать? — спросила Мэй, глядя на своё отражение в зеркале.
— Не уверен, внучка. Столько лет прошло. Честно говоря, я даже боюсь возвращаться в королевство, точнее в империю. Особенно сейчас, — старик, сидя за спиной девушки, смотрел перед собой пустым взором.
События двух последних дней и резкое изменение окружающей обстановки сильно сказалось на душевном состоянии Ли Джунг Хи. Прошлое, как из бездны посмотрело на старика, заставив потерять покой.
Вчера около полудня русский броненосец «Император Александр III» в сопровождении вспомогательного крейсера «Лена» вошли в порт Токио и бросили якоря. Посмотреть на эту картину собралось много народу. Основная масса собравшейся толпы была настроено агрессивно по отношению к своим победителям. То, что в Токио прибыли победители уже никто не сомневался, но большинство городского населения Японии готово было воевать дальше, до последнего подданного микадо, с чем многие японцы, особенно проживающие в сельской местности, были не согласны.
Ли в порт привело любопытство, а также та информация, которая стала ему известна на тренировке офицеров Третьего отдела Генерального штаба Императорского флота Японии, к которым в «гости» заглянули англичане со шхуны «Бремерхафен», выдававшие себя за германцев.
Из отрывков услышанных разговоров Джунг Хи понял, что они собираются взорвать русский броненосец с братом русского императора на борту и сорвать русско-японские переговоры, заставив Японию продолжить войну.
Такая ситуация не устраивала старика, так как вероятность остаться в живых ему и внучке значительно уменьшалась. Слишком много узнал Ли за то время, пока японская разведка готовила его для внедрения в ближайшее окружение императора Кореи. Да и на тренировках японские офицеры из морской разведки позволяли себе некоторые откровенности, которые были явно не для ушей старого корейца. Как пример, последняя информация о подрыве русского броненосца. Чтобы сохранить эту тайну, его и внучку не пожалеют. Не поможет и заступничество Хигассионна Итиро, который неровно дышит к Мэй. Для него долг перед империей превыше всего.
Именно поэтому, Ли решил дождаться схода не берег кого-нибудь из русских офицеров, чтобы передать ему сведения о намеченном подрыве броненосца. Какого же было удивление, когда в одном из представителей русской дипломатической миссии он узнал Тимофея Аленина, который почти двенадцать лет назад спас его и Мэй от рук китайских солдат, которым поручили убить старика с внучкой.
Только теперь это был не молодой казак, а целый генерал-майор Свиты Его Императорского Величества с кучей наград на своём мундире. Если бы не знакомая, им же поставленная пластика определенных движений, возможно Ли и не узнал бы Ермака, потому что просто бы не поверил, что за такой короткий срок можно дослужиться до таких чинов и наград из простых казаков.
 
Потом была встреча с Тимофеем в ресторане «Рамен», бой против японских офицеров и побег на русский корабль, где Ли и Мэй представили Великому князю Михаилу Александровичу и его свите. Для того чтобы привести себя в порядок им выделили отдельную двухкомнатную каюту, весьма приличную, для бывшего военного транспорта, переделанного потом во вспомогательный крейсер.
Вчерашний вечер закончился поздним ужином, на котором присутствовали и Ли с внучкой. Причем, все, включая и Великого князя Михаила Александровича обращались к Мэй, как к принцессе Корейского дома, что удивляло и несколько напрягало старика. Ведь, кроме слов никаких доказательств у него о том, что Мэй дочь императора Коджона не было. Тем не менее, русские приняли эту новость, озвученную Ермаком, как правду. И вообще, Ли во время ужина заметил, что Тимофей пользуется большим уважением у представителей дома Романовых, причём всех без исключения.
Сегодняшнее утро началось с сильных взрывов, которые заставили корабль сильно закачаться на волнах, причем настолько, что и Ли, и Мэй не удержались на ногах. Потом Великий князь Михаил Александрович в сопровождении Тимофея убыл на встречу с микадо. Перед этим бывший ученик успел отдать распоряжение, чтобы для Ли и Мэй закупили необходимые вещи для дальнейшего проживания на корабле, выделив на это денег. Благо вокруг корабля крутилось много лодок, с которых торговали всем, что только можно было заказать.
Завтракали в кают-компании, куда их пригласил Великий князь Александр Михайлович, при этом его брат Сергей, как и за ужином, оказывал Мэй более пристальное внимание, чем остальные участники приема пищи. И это тоже вызывало напряжение у старика. Великий князь, внук императора Николая I и дядя Николая II. Не женат. Но слишком несопоставимо их социальное положение. Непризнанная ещё отцом принцесса и Великий князь.
— Дедушка, ты о чём задумался? — произнесла Мэй, поправляя ворот белой рубашки, которую в составе корейского хонбока привезли и передали на борт корабля вместе с другой одеждой и разной женской мелочью.
— Да так, внучка. Как-то всё неожиданно и быстро произошло. Раз и старый аптекарь с внучкой в окружении представителей царствующего дома Романовых. Наш с тобой спаситель — молодой казачок стал генерал-майором, доверенным лицом Российского императора. Мы на борту русского крейсера, за тобой ухаживает Великий князь Сергей Михайлович, — старик на пару секунд замолчал, а потом продолжил:
— Есть о чём задуматься, Мэй. Тем более, Великий князь Михаил Александрович очень быстро вернулся с переговоров с японским императором и проследовал на броненосец. Туда же срочно отправились все великие князья. Что-то там произошло серьезное и это не только утренние подводные взрывы.
— А что, Великий князь Сергей Михайлович, правда, за мной ухаживает? — повернувшись к деду, спросила девушка и мило покраснела.
— Со стороны это выглядит, как ухаживание мужчины за женщиной, — с улыбкой ответил Ли.
— У него говорят, в Санкт-Петербурге есть любовница — балерина по имени Матильда, — девушка улыбнулась, — а фамилию её я не смогу произнести.
— И откуда ты это узнала?
— На корабле, представляешь, есть несколько женщин из дворцовой полиции. Одна из них по имени Маша, которой Тимофей поручил присмотреть за мной, много чего рассказала. Она прекрасно говорит по-корейски и по-японски. Представляешь, дедушка, Маша имеет труднопроизносимый чин в полиции, который соответствует лейтенанту японского флота, награждена за спасение русского императора, когда тот был ещё цесаревичем золотой медалью «За храбрость», а также орденами Святого Станислава и Анны 3-й степени. Единственная женщина в Российской империи, кто имеет такие награды. За что её орденами наградили, она не рассказала. Государственная тайна! Её, кстати, Тимофей на службу принял, когда возглавлял охрану цесаревича, — произнеся последние слова, Мэй грустно вздохнула.