Ермак. Революция (СИ)
Строительные фирмы хотят получить заказ на строительство за счет бюджета — дороги, мосты, гидроэлектростанции. Есть люди, которые хотят получить какое-то назначение в государственной системе для самоутверждения. И такое случается. Тщеславие считается одним из проявлений гордыни, которая является одним из семи главных смертных грехов, называемых в Священном Писании греховными страстями.
Есть люди, которые, как в сложившейся сейчас обстановке, заинтересованы в том, чтобы президент пролоббировал их интересы в международной политике. Лоббизм в Америке, можно сказать, в последнее время превратился в систему узаконенной и всеобъемлющей коррупции, которая, как ржавчина разъедает страну.
Рузвельт тяжело вздохнул. Сегодня ему придётся отбиваться от Моргана, Рокфеллера и двух Ротшильдов, Натаниэля Ротшильда II из Англии и Эдуарда де Ротшильд из Франции, которые, судя по всему, уже в «сердечном согласии». Антанта, мать их!
Джон Дэвидсон Рокфеллер — «Отец трестов», создавший нефтяную компанию «Стандард ойл», которая за тридцать лет подчинила себе почти все другие нефтяные компании США. Ей принадлежат, помимо нефтеносных участков, тысячи километров нефтепроводов, сотни океанских пароходов, складов, доков и такое прочее не только в Америке, но и в других странах. Овладев нефтью, трест принялся подчинять себе газовую и электрическую промышленность, медные, свинцовые и другие предприятия Америки.
Банкир Джон Пирпонт Морган — основатель «Стального треста». Помимо многих крупных металлургических предприятий, его трест владеет значительной частью железорудных богатств области Великих озер, железными дорогами, пароходными обществами, угольными шахтами и прочее, прочее, прочее. Только на его шахтах, рудниках и на заводах работает больше двухсот тысяч рабочих.
По последним данным, представленным министром финансов в аналитическом меморандуме, Морган и Рокфеллер контролируют больше ста банков железнодорожных, страховых и других компаний, капиталы которых превышают десять миллиардов долларов.
Эти двое были теми, кто провёл основное финансирование выборной компании Мак-Кина, и теперь готовы выделить ещё больше денег, чтобы Рузвельта переизбрали на второй срок. Но для этого Теодор должен отправить в Жёлтое море семь американских броненосцев и больше пяти тысяч славных американских парней, чего очень хотят Ротшильды.
И есть большая вероятность, что назад корабли не вернутся. Англичане и японцы за десять месяцев боевых действий против русских потеряли кучу броненосцев, крейсеров, истребителей, миноносцев, вспомогательных кораблей. Потеряли сухопутную армию в Корее. Почти сто тысяч японских солдат попали в плен. Японская империя потеряла остров Хоккайдо. И теперь английские джентльмены хотят, чтобы за Японию пролилась кровь американцев.
«А надо ли это американцам? Надо ли мне самому? — подумал Рузвельт, смочив коктейлем губы. — Демократы в Конгрессе против отправки кораблей по ленд-лизу, даже многие соратники по республиканской партии против. В прессе появились статьи, которые осуждают саму возможность отправки кораблей на войну с русскими. И народ поддерживает эти взгляды. Помогут ли мне деньги на выборы, если я всё же продавлю передачу японцам броненосцев⁈ Если парни и корабли погибнут, то второго срока мне точно не видать! Есть ли смысл так рисковать⁈»
С куда бы большим удовольствием Теодор бы выступил посредником в заключение мира между Российской и Японской империями. Мысль о том, что президент демократической страны окажется в роли миротворца между двумя императорами, приводила Рузвельта в состояние эйфории.
Да, в Японию было немало вложено денег, но основные интересы Соединённых Штатов лежат в другой плоскости — в странах Латинской Америки. Необходимо решать вопросы с Панамским каналом, Венесуэлой, Никарагуа, испанским наследством, а его толкают в откровенную авантюру с Россией, а возможно и с Тройственным союзом. Эти мысли уже неоднократно возникали в мозгу президента.
Рузвельт передёрнул плечами и одним глотком допил оставшееся в стакане спиртное. Сегодня даже камин и любимый «Сухой мартини» не сумели помочь расслабиться и приобрести душевное равновесие. Предстоящая встреча занимала все мысли президента, заставляя нервничать.
«То, что Ротшильды нашли согласие с Рокфеллером и Морганом, говорит о том, что еврейский капитал Штатов и еврейский европейский капитал достигли договоренности не только по русско-японской войне, но, судя по всему, и по ряду других вопросов», — подумал Рузвельт и грустно улыбнулся.
Система власти в Североамериканских соединенных штатах, в отличие от Российской Империи, Германской, Японской и Австро-венгерской империй отличалась тем, что делилась по двум центрам силы. Первой силой была публичная власть — Президент, Конгресс, Верховный суд, губернаторы штатов. Они издавали некие законодательные акты, претворяли их в жизнь и следили за их соблюдением. Считалось, что президент САСШ является одним из самых влиятельных людей в мире, что в его власти объявлять войны и заключать мир, принимать решения о будущем страны — и прочее, и прочее, и прочее…
На самом же деле, Рузвельт понял не так давно, что реальной властью в Америке обладает тайный центр силы. Это несколько десятков крупных финансовых институтов, кредитующих экономику и принадлежащих через длинную и непонятную цепочку фирм и трастов — совсем небольшой группе людей. И четыре человека, которые скоро придут на встречу, входят в эту небольшую группу мировой тайной власти.
Причём двое из них обеспечивали в Штатах некий уровень благосостояния народа, гораздо более высокий уровень благосостояния его избранных во власть представителей и регулярно давали деньги на «демократические выборы». А ещё двое проделывали то же самое в Англии и Франции.
Как рассказал министр финансов Лесли Шоу — приверженец золотого стандарта в международной экономике, в последнее время в банковской среде усиленно муссируются слухи о необходимости создания в Штатах Центрального банка. Основная задача этого банка — осуществление контроля работы других национальных и коммерческих банков страны.
Кроме того, Центробанк будет иметь возможность без одобрения президента САСШ и других органов исполнительной и законодательной ветвей власти принимать решения о кредитно-денежной политике, включая эмиссию денег и ценных бумаг. Форма собственности капитала Центрального банка предполагается акционерной с особым статусом акций. И кто будет основными акционерами Центрального банка догадаться не трудно. А это очень серьёзно.
«Кто управляет деньгами страны, является абсолютным хозяином всей промышленности и торговли», — сказал в своей инаугурационной речи президент Джеймс Абрам Гарфилд. При таком Центральном банке не трудно предположить, кто станет хозяином всей промышленности и торговли Америки, и кто будет диктовать законы государства.
А Томас Джефферсон, третий президент США, автор Декларации независимости заявил: «Если американский народ когда-нибудь позволит частным банкирам контролировать эмиссию денег сначала через инфляцию, а затем — дефляцию, банки и корпорации, которые расплодятся вокруг них, лишат народ собственности в такой мере, что дети окажутся бездомными на земле, завоеванной их предками».
Рузвельт встал с кресла, подошёл к столику и налил в стакан одного джина, наполнив емкость наполовину.
«Чёрт, как же тяжело принять решение! — Подумал он и сделал большой глоток. — В атаку под огнём противника на Кубе идти было проще, чем сейчас. Да и так ли мне нужен этот второй срок⁈ У меня прекрасная семья, которая практически не видит меня. Деньги есть».
Президент поставил стакан с недопитым джином на стол и подошел к камину. Он принял для себя решение, что не будет тем президентом, который отправил на гибель американских моряков.
* * *— Что скажите, Хабибулла-хан? — Главнокомандующий британскими войсками в Британской Индии генерал Китченер уставился немигающим взглядом в глаза эмира Афганистана, как бы требуя немедленного ответа.