Бывшая жена драконьего военачальника (СИ)

— О, Джослин, знала бы, что ты здесь, попросила бы покормить слизней вместо меня, — раздался за моей спиной жизнерадостный голос Катарины.
— Так и не пачкайся, я сама. Всё равно пропахла реактивами, — я обернулась к девушке и поняла, что задорные нотки в её словах не соответствуют её состоянию.
Нильс была бледна, на лбу блестели капельки пота. Светлые волосы будто сильнее потускнели.  
— Снова плохо? — забеспокоилась я.
— Нормально. Я привыкла, — сконфуженно рассмеялась она, подходя ко мне. — Что делаешь?
— Попросили провести анализ крови, — пояснила я, продемонстрировав полупустую пробирку.
— Что ты выяснила? — внезапно хриплым голосом поинтересовалась она и сделала неверный шаг от меня.
— Ты в порядке? — её поведение обеспокоило и озадачило.
— Зачем тебя попросили проверить эту кровь? — спросила Катарина, проигнорировав мой вопрос.
— Подозревают отравление. Я знакома с редкими травами, надеялись, что мне удастся найти примеси.
— И ты нашла?
— Нет, — покачала я головой грустно, но подозрительно присмотрелась к девушке.
Она морщилась, ей будто было больно.
— Кровь отравлена мглой, — тихо произнесла она вдруг.
Её заявление ошеломило, и почти минуту я просто смотрела в полные сомнений тусклые глаза девушки. Вспомнилось, как Итан испытывал боль при приближении порождения и открытии портала. Он ощущал мглу. А Нильс без анализов определила, что с кровью не так.
— Ты тоже отравлена мглой, — догадалась я. — Поэтому не позволила мне провести диагностику?
— Нет, ты что? — глупо рассмеялась она, отступая от меня ещё на шаг.
И видимо, переволновалась, споткнулась и неловко упала на пол.
— Прости, что напугала, — отложив пробирку, я подбежала к девушке, протянула ей руку и помогла подняться. — Тебе ничего не грозит, я никому ничего не скажу. Ты очень помогла. Теперь я знаю, что делать. Возможно, ты спасла чужую жизнь.
— Правда? — спросила она несмело.
— Да, — уверенно кивнула я. — Мне надо отправить лекарство, но потом мы поговорим. Хорошо?
— Хорошо, — коротко кивнула она, опуская взгляд. — Правда, никому не расскажешь? — всё же уточнила она вновь.
— Поверь, ты не первая отравлена мглой. Мне незачем тебя выдавать.
Она несмело кивнула и улыбнулась. Убедившись, что с девушкой всё в порядке, я схватила свою сумку и побежала в жилое здание к себе в комнату. А по пути попыталась связаться с Шейном. Он, судя по всему, был в небе, но мне удалось достучаться до Делаилы. Она внимательно меня выслушала и пообещала тут же сорваться к академии на машине, чтобы я могла передать ей мунну. Вскоре всё было сделано. Лекарство понеслось к Августу. Оставалось надеяться, что оно ему поможет. А мне предстояло пообщаться с Нильс.
До комендантского часа оставалось немного времени, но девушка ждала меня в лаборатории. Сидела на стуле и очищала одежду от слизи. Похоже, покормила питомцев. Я присела на соседний стул и создала вокруг нас сферу безмолвия.
— Я чувствую мглу, поэтому мне становится плохо здесь, — произнесла она, начиная сложный разговор.  
— Тебя укусили? — предположила я.
— Нет, всё сложнее, — блекло улыбнулась она и приступила к рассказу: — Я же наполовину феникс. Альвиан находится в окружении скал, их порода имеет магическую особенность. Днём она золотит воздух, а ночью поднимается тёмным туманом, что влияет на их жителей. Поэтому фениксы делятся на тёмных и светлых. Они подстраиваются под особенности породы мест, где живут. А я родилась вдали от Альвиана, но не нейтральной, а с предрасположенностью к тьме. Вдали от родины всех фениксов я не могла получить подпитку. Это меня убивало. Чтобы спасти мою жизнь, мама отрезала мне крылья. Это позор среди фениксов. Перед поступлением в военную академию они отрезают одно крыло, но когда нет обоих крыльев... Таких, как я, называют падшими.
— Но это не помогло? — предположила я.
Мы в закрытой стране. Обычаи фениксов не столь важны, когда стоит вопрос выживания. Наверняка и мама Катарины так решила, несмотря на то, что сама выросла в Альвиане.
 
— Помогало некоторое время, но организм всё равно требовал тьму. Поэтому родители рискнули использовать мглу. Она поддерживает меня, не даёт погибнуть. Мгла не несёт в себе зла, Джослин. Она нейтральна и способна возвращать жизнь в умершее, поддерживать погибающие ткани. В умелых руках она становится не проклятием, а даром.
— Но для всех мгла несёт только зло, — потянувшись к Катарине, я сжала её подрагивающие пальцы в ободряющем жесте. — Поэтому ты занимаешься этим экспериментом? Хочешь доказать, что мгла может быть полезна?
И поэтому Итан её поддержал? Знает ли он о проблемах Нильс или дело в том, что это исследование важно для него?
— Да, — кивнула она. — Мгла многие годы поддерживает во мне жизнь. Я хочу это доказать.    
— Уверена, у тебя получится, — улыбнулась я ей. — Ты не одна. Я постараюсь помочь.
— Спасибо, Джослин, — выдохнула она с облегчением. — В клирике Вилдбэрне ведь тоже мгла? Поэтому ты так легко догадалась обо мне?
— С чего ты взяла? — уточнила я осторожно, боясь выдать своей реакцией правду.
— Чувствовала. Я чувствую мглу. Даже в тебе. Но её мало. Ты ведь жила в Мглистом Лесу. Все, кто живёт в чёрной и серой зонах несут частичку мглы.
— Про Итана никто не должен узнать, Катарина. Ты же понимаешь?
— Конечно, — кивнула она уверенно. — Клирик Вилдбэрн… идол, нельзя пачкать его светлый образ тьмой.
— Да, нельзя порочить его образ.
Итан живая легенда, сильнейший маг страны, но дело не только в этом. Он реальный, бьётся плечом к плечу с другими военными, не ставит различий между драконами и людьми. Именно поэтому за ним идут, поэтому ему и пророчат роль императора нового режима. Вот только все забывают, что он смертный, и у него есть слабости. Все, кроме его врагов.
— Расскажешь мне, как использовать мглу для лечения?
— Конечно, — оживилась она. — С радостью. Может, твой опыт поможет расширить методику.
Мы проговорили ещё несколько часов, забыв о начале комендантского часа. К счастью, преподаватели эти дни не придирались к рекрутам, потому нам удалось избежать выговора.
Ночь прошла спокойно. А на следующий день появилось новое расписание с учётом выбывших преподавателей. Висело на общей доске и ещё одно объявление. По приказу ректора Рамси формировалась элитная группа рекрутов первого курса для тестирования новой методики обучения. В которую вошла и я.
/Итан Вилдбэрн/ 
— Литис и Дрез эвакуированы полностью. Первая защитная линия активирована, — Адам провёл пальцем по проекции местности, указывая на красный пунктир, отражающий расположение магических меток. — По предположениям учёных, это не Разлом, а лишь прореха, небольшой портал. Если он останется в спящем состоянии, то первая линия выдержит от пяти дней до недели. Атакующая линия уже возводится.
— Возможно ли ускориться? — уточнил я, присматриваясь к карте.
Мы расположились вокруг стола в палатке, окружённые тройной сферой безмолвия. Присутствовали только военачальники, маги высшего ранга, не раз доказавшие свою верность идеалам страны. Проблема состояла в том, что политика Совета как раз уходила от них. Нам поступил приказ удерживать оборону любой ценой. Пока что расположение портала в низине позволяло избегать прямых столкновений. Но если прорыв перейдёт в активную стадию, ценой удержания позиций станут тысячи жизней военных, которые уйдут в никуда. Боевое столкновение просто истощит нас, но ни к чему не приведёт. Альтернатива есть — оборонительные магические линии, но они предполагают размещение радиусом в сотни километров. Вокруг нового Разлома сформируются свои чёрная и серая зона, последняя из которых охватит и столицу.
— Подкрепление прибывает, вполне, — мрачно кивнул Адам.
— Но стражи, заклинатели и жрецы на пределе, если не успеем, они будут не в состоянии поддерживать возможный отход, а отряд клириков малочисленный, — напомнил о моменте риска Стивен Саммерс, задумчиво проведя ладонью по тёмной бороде.