(Не) случайный малыш от босса (СИ)

Успеваю только глаза прикрыть и помечтать о том, как завтра наконец помочу ноги в настоящем океане, когда дверь в комнату неожиданно открывается, и на пороге появляется недовольный Громов в одних трусах.
— Ты что тут делаешь? — резко подрываюсь и прикрываюсь одеялом по шею.
Хорошо, что в комнате горит только ночник, и он не видит моих огромных глаз и красного лица. Зато мне хорошо видно его звезды и то, что ниже тоже!
— Спать пришел! — заявляет мой босс и преспокойно ложится с другой стороны кровати.
— В смысле спать?!
— В смысле с закрытыми глазами. А ты думала, я буду спину себе насиловать на том диване?
— Я думала, что ты… джентльмен, — бормочу себе под нос.
— Шутишь?
— Вообще-то нет.
— Это называется не джентльмен, а идиот. И я не он, так что дай одеяло, дорогая, я не люблю спать не укрытым.
И на этих словах эта мускулистая скотина реально выдёргивает у меня кусок одеяла, которым я прикрывала грудь и накидывает на себя.
— Ну ты и…
— Кто?
— Никто! Спокойной ночи, — дёргаю на себя свой край одеяло, поворачиваюсь к Громову спиной и закрываю глаза, изо всех сил пытаясь представить, что его нет рядом.
Только вот сделать это у меня не получается, потому что спустя какое-то мгновение, я слышу шевеление, а ещё через секунду чувствую, как Громов прижимается к моей спине.
***********************************************************************************************************
Ох, что сейчас будеееееет) Как думаете? Есть предположения?)
 *** 
***
Ощущаю его горячее дыхание на своей шее и хорошо знакомые мурашки мгновенно покрывают всё тело.
Спокойно, Марина… Главное не терять голову. Только не терять голову…
— Тебе своей половины мало или ты лунатишь во сне? — шиплю недовольно, сильнее зажмуриваясь.
— Не то и не другое. Просто хочу поговорить.
— О чём?
— О том, что было в бассейне.
— Если ты снова о том мужике белозубом, даже не начинай. Я…
— Ты ревнуешь к Юле? — перебивает.
— А ты ко всем мужчинам? — выпаливаю ядовитым тоном.
— Ну… скажем так, мне не нравится, когда рядом с тобой кто-то ошивается.
— Да что ты такое говоришь?! Мне тоже много чего не нравится. Например, когда ты флиртуешь с Юлей. Она жена твоего брата. И пусть её саму это мало волнует, но ты-то должен понимать, что своими действиями делаешь ему больно!
— А ты действительно за Костю волнуешься? Или все-таки за меня? — его тихий и тотально спокойный тон просто бесит! Потому что меня саму буквально разрывает изнутри от злости.
— Успокойся.
— Я спокойна.
— Я вижу, что нет.
— А ты что у нас ясновидящий что ли?! Да я вообще само спокойствие! Ясно?
— Ясно. Кричать только перестань, а то нам скоро соседи уже в стенку долбить начнут, — усмехается. — Я не флиртую с Юлей. Если я с ней разговаривал, это ещё не значит, что у меня с ней что-то есть. Она подплыла и спросила, какие у нас планы на завтра. Я не могу шарахаться от неё как от прокажённой. Это как минимум будет выглядеть неадекватно, учитывая, что мы приехали в совместный отпуск. Но если тебе будет от этого спокойнее, то я её не люблю и вообще ничего не чувствую к ней больше.
Оу… вот этого признания я однозначно не ожидала…
Наверно поэтому вместо ответа просто молчу, тупо не зная, что сказать. Только сердце грохотать начинает в три раза быстрее.
Матвей тоже молчит и в какой-то момент мне даже начинает казаться, что он уснул. Но в следующее мгновение его рука вдруг неожиданно ложится на мой живот.
Сказать, что я сейчас в шоке — это ничего не сказать. Даже не знаю, как реагировать. Просто замираю, как мышка, и кажется даже не дышу. Хотя правильнее бы наверно было его оттолкнуть. Но я почему-то этого не делаю…
— Как думаешь, кто там? — неожиданно спрашивает.
— Я… не знаю. Не думала об этом, — шепчу. И ловлю себя на мысли, что до этого момента действительно почему-то не думала о поле ребенка. А теперь Матвей спросил и мне вдруг стало так невыносимо интересно узнать.
— Я тоже не думал. Мне как будто и все равно, кто там. Не вижу разницы между мальчиком или девочкой. Главное, чтобы этот ребёнок родился в хорошей и любящей семье.
 
Размышления Громова правильные, но такие далекие от происходящего между нами…
Только сказать этого я уже не успеваю, потому что засыпаю буквально через несколько минут, так и не убрав руку Матвея со своего живота.
Так и спим, такие чужие и одновременно соединенные общим ребенком.
***
На следующее утро просыпаюсь одна. Громова нет, а часы показывают девять утра. Зато радует неожиданное отсутствие токсикоза. Сразу появляется желание съесть чего-нибудь вкусненького… и желательно побольше.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Только вот я даже из под одеяла не успеваю вылезти, когда дверь в комнату открывается, и на пороге появляется Матвей во всей красе, а именно — в одном полотенце на бедрах. Так и замираю, медленно разглядывая его тело, а сам Громов, будто ничего и не произошло, начинает доставать из чемодана вещи.
— А ты не мог одеться в ванной комнате? — спрашиваю из-под одеяла.
— А чего мне стесняться? — кидает на меня беглый взгляд. — Ты вроде и так уже все видела.
Вот… сволочь! И сказать ведь нечего!
— И что?! Это… не даёт тебе право разгуливать здесь голым!
— Да я не голый, — хмыкает и хватается за полотенце. Уверена: он без проблем может его снять, и тогда я за себя не ручаюсь! А еще за гормоны, которые как-то неправильно бьют в мою голову…
— Хватит! — восклицаю и все-таки выбираюсь из-под одеяла. Хватаю сумку с вещами и исчезаю за дверью ванной комнаты.
Упираюсь ладонями в раковину и смотрю на своё отражение в зеркале.
Да, Марина… Это полный и безоговорочный провал…
Если бы не знала слишком хорошо Громова, то подумала бы, что он меня соблазнять собрался…
А может так оно и есть? Ну ведь он же ревновал меня вчера к тому инострацу белозубому в бассейне! И ночью сам ко мне прижался…
Да и вообще… логично, что живя на одной территории и проводя ночь в одной постели у него может вспыхнуть ко мне интерес. Я в конце концов женщина, а Громов мужчина и гормоны ещё никто не отменял…
А мне в таком случае, что делать? Поддаться или обороняться?!
После душа эмоции немного утихают, а еще Матвей наконец надевает футболку и шорты. Направляемся на завтрак вместе, но молча. Не знаю о чём думает Громов, но я никак не могу справиться с мыслями, которые все лезут и лезут в голову.
За завтраком к нам присоединяются “счастливые” молодожёны, и мое настроение резко скатывается ниже плинтуса. Юля в своем репертуаре, даже говорить не хочу. А вот Костя кажется подавленным. Неужели поссорились?
— Какие планы на сегодня? Плавать и загорать? — спрашивает Юля, попивая коктейль.
— Мы с Мариной собираемся на берег. Если хотите можете составить нам компанию, — отвечает Громов.
— Ой нет, я пас. Ветер, волны, ноги застревают в песке, — кривится эта мымра. — Мне и в бассейне неплохо. Правда, дорогой?
— Ага, — отвечает Костя. — Вы идите, а мы здесь останемся.
Нет, ну в принципе, я рада, что эта зараза стервозная не будет мешать нам отдыхать, но меня немного напрягает, что Костя выглядит каким-то унылым. Я как-то привыкла видеть его всегда на позитиве. А тут… явно что-то произошло.
После завтрака мы с Матвеем покидаем отель и направляемся на берег. Мои ноги вязнут в теплом песке, и это чистый, неподдельный, ни с чем не сравнимый кайф!
Когда приближаемся к воде, на мгновение замираю. Никогда в жизни не видела океана. Только в кино или на картинке. Даже не думала, что в живую это зрелище настолько меня потрясёт. Он просто… необъятный! Как будто там целый отдельный мир внутри. И мне хочется, и одновременно страшно в него вступить.