Дамир. Любой ценой (СИ)
– Диночка, понимаешь я много думал обо всём. Ты безусловно права. Тот факт, что Дамир – биологический отец Саньки, – он намеренно подчеркивает слово «биологический», – затрудняет ситуацию, но!.. Ничего не меняет. Я влюбился в тебя с первого взгляда, а когда ты позволила стать ещё ближе, то совсем потерял голову.
– Не продолжай, – цежу сквозь зубы. – Ты же обещал, что будет ужин без намёков.
– Обещал, а ещё мы договаривались обо всём говорить откровенно. Я честный перед тобой, Дина, и я холостой, в отличие от него!
– Холостой, – глотаю тихий смешок. – Кстати, интересно почему? Почему никогда не был женатым? Всё-таки тридцать лет и вот ни разу.
Он ухмыляется. Складывает руки в замок, кладя их на стол.
– Официально? Нет. Но речь сейчас не об этом. Дин, не отходи от темы. Откровенный разговор, хорошо?
– Ладно, – киваю головой. – Я тоже буду с тобой честной. Чтобы ты себе не думал, я не собираюсь возвращаться в прошлое. С Дамиром всё кончено, с тобой – тоже!
– Посмотрим, – возражает и это начинает меня злить.
– Что посмотрим? Я говорю тебе «нет». Ты слышишь меня, Давид? – повышаю голос.
– Конечно, слышу. А ещё... – вздыхает. – Я прекрасно вижу, как ты реагируешь на мои прикосновения. Ты можешь отрицать, но тебя тянет ко мне и это нормально.
– Не тянет.
– Правда? – игриво улыбается. – Дин, если у тебя не сложилось с Дамиром, то, значит, не судьба, но я не понимаю, почему ты отталкиваешь меня? Я же люблю тебя и предлагаю будущее. То будущее, которое он никогда не даст.
– И не надо! Я хочу порвать этот дурацкий круг. Мне надоели эти качели. Осточертели до нельзя. Я хочу спокойной жизни. Хочу воспитывать своего сына и не думать, что завтра может не настать.
– Я гарантирую тебе спокойную и счастливую жизнь. Только... Давай начнём всё сначала? Дамир, Анита, мой папа, – вздыхает, – их не было. Просто представь.
– Но они были, есть и будут!
– Ладно, попробую иначе. Мы были с тобой вместе полгода. Я сделал тебе предложение, и ты согласилась стать моей женой. Ты доверяла мне, Дина. Доверяла настолько, что готова была прожить со мной всю жизнь, родить общих детей и до конца своих дней носить мою фамилию. Что изменилось?
– Не понимаешь? Ты правда ничего не понимаешь?
– Я, как раз, очень хорошо всё понимаю. Дамир – твоя первая любовь, первый мужчина, отец Саньки, но... Жизнь не остановилась. Нужно идти дальше. Что будет с тобой через несколько лет? Ты об этом подумала? Дамир тебя не оставит в покое. Он с ума тебя сведёт, Дина. Очнись!
Я не выдерживаю. Этот откровенный разговор переходит все границы. Злюсь, ощущая, как по венам растекается ярость. Давид не прав, чертовски не прав!
Поднимаюсь со стула, кладу на стол тканевую салфетку и делаю несколько шагов назад. Давид тоже поднимается. Минует разделяющее нас расстояние слишком быстро.
– Стой! – выкрикиваю. – Не подходи ко мне.
– Почему? – удивляется.
– Опасно.
– Дин, – ухмыляется. – Давай закончим ужин. Вернись за стол.
– Я закончила. Спасибо!
Разворачиваюсь и ухожу. Миную зал быстрым шагом. Не оглядываюсь. Глаза щиплет солёной влагой, но я не плачу. Дура! Ты, Малиновская, настоящая дура! Как могла согласиться на весь этот цирк? «Откровенный» разговор? Да кому он был нужен, кроме тебя?
Подхожу к двери, дёргаю за ручку, но… Закрыто!
Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с чёрными глазами. Давид стоит напротив. Осанка ровная, плечи широко раскинуты в стороны, а руки засунуты в карманы брюк. Он смотрит на меня пронзительным взглядом, искривляя губы в подобие улыбки.
– Диана, вернись за стол. Мы ещё не закончили, – произносит слишком спокойно в то время, как у меня внутри бушует цунами.
Глава 84
Дина
В этом году ноябрь выдался тёплым. С самого утра шёл небольшой дождь, но к полудню погода становится ясной, на небе ни одного хмурого облака. Я бегу в больницу со всех ног, боясь получить нагоняй от руководства за опоздание. Нужно было уладить несколько вопросов с субсидией на коммунальные услуги, вот я и потратила весь обеденный перерыв, задержавшись больше положенного.
Миную центральные ворота и неожиданно натыкаюсь взглядом на знакомую женскую фигуру. Невысокая брюнетка, одетая в меховую жилетку и обтягивающие джинсы, громко разговаривает по телефону, зажав его плечом.
Возможно, в любой другой день я бы прошла мимо, но до меня доносятся обрывки фраз, среди которых я отчётливо узнаю его имя.
– Папа, мне всё равно как ты это сделаешь. Я не знаю... Найди самых лучших врачей. Да! – ненадолго замолкает, тянется рукой к своей сумке, а затем подносит к губам сигарету.
Сердце пропускает мощный удар. Неожиданно мне становится трудно дышать, будто воздух пропитался ядовитым газом. Горло сдавливает невидимыми оковами, а за грудиной безжалостно болит.
Анита завершает вызов. Затягивается сизым дымом и, выпустив изо рта кольца дыма, чертыхается себе под нос.
Я стою на месте, не шевелясь. Руки, ноги не слушаются, словно онемели. Не могу сделать шаг, не могу промолвить даже слово! Я в ступоре, сражена наповал.
Сколько проходит времени? Не знаю. С того момента, как увидела Аниту, а потом услышала разговор, я перестала ориентироваться в пространстве. Жизнь, как на репите, крутится в голове, отматывая плёнку назад. Ещё буквально недавно он приезжал ко мне в деревню. Говорил про угрозы Эрнеста Юсуповича, предлагал уехать заграницу. Я отказалась, посчитав его трусом, слабаком.
На глаза накатывают непрошенные слёзы. Видимо я слишком громко всхлипываю, потому что Анита резко оборачивается и, увидев меня, становится белой, как мел. Мы смотрим друг на друга не моргая. Её чёрные глаза впиваются в моё лицо и скользят снизу вверх, останавливаясь на припухших от слёз веках.
Губы дрожат, руки – тоже. Я храбрюсь как могу, но ничего не выходит! Это же он, мой Дамир. Как бы я не злилась на него, как бы не старалась прогнать, он всё равно в моём сердце, душе, сознании.
Анита оказывается смелее. Берёт себя в руки, швыряет на асфальт недокуренную сигарету и, криво улыбнувшись, произносит спокойным тоном:
– Привет, а ты, что здесь делаешь?
– Работаю.
– Ах, да, – театрально вздыхает, – забыла. Ты же это... Как там называется?
– Медсестра, – подсказываю я.
– Да, да. Точно!
– Что с ним? – спрашиваю я, застав Аниту врасплох.
Девушка удивляется или просто делает вид, но в любом случае, тёмные брови ползут вверх, а глаза приобретают некий прищур. Она обдумывает мой вопрос, будто не веря собственным ушам.
– Что? – выдаёт после всего.
– Дамир, – подсказываю я. – Я слышала твой разговор. Что случилось?
Ухмыляется, глотая тихие смешки. Делает в мою сторону шаги, но вскоре останавливается.
– Тебе какое дело? Ты медсестра? Вот иди и работай, – кивает на фасад больницы.
Качаю головой. Нет. Не сдамся. Возможно, сто раз пожалею потом, но оставаться равнодушной или играть, как она, я точно не смогу.
Пусть будет больно, неправильно...
– Хватит. Ты прекрасно знаешь, кто я такая.
– Знаю, – смеётся, – серая мышка, возомнившая себя чёрт знает кем! Ди-на, – произносит моё имя по слогам с такой интонацией, словно говорит какую-то ругань, – исчезни с моего пути. Сделай так, чтобы я никогда тебя не видела и не слышала. Если ты ходишь по этой земле и ровно дышишь, то только потому что это я позволила.
– Правда? Высоко же ты себя несёшь. Вся в отца, увы...
Звонкая пощёчина приводит меня в шок. Я не могу понять, как именно это произошло, но отпечаток ладони жжёт мою щеку настоящим огнём.
Глава 85
Дина
Я прикладываю к щеке ладонь, тихо шмыгая носом. Боль, обида и ярость раздирают мою душу на куски, но я молчу, закусив губу. Что ей ответить, кинуться с кулаками в отместку? Мы же не мужчины, не дикари! Нет. Я так не могу, увы.