Дамир. Любой ценой (СИ)

А я...
Всё разрушу. Поломаю к ебеням!
Злюсь на самого себя. Сжимаю кулак.
Чёрт.
Уходить уже поздно.
Остаюсь.
Будет больно?! Скорее всего. Смотреть на её сына и видеть в его лице другого... Больно! Порвёт на ошмётки, наверное.
Надеваю на лицо безразличную маску. Выхожу.
Успеваю сделать один шаг, как в меня летит резиновый мяч. Ударяется о мой торс, падает к ногам.
Опускаюсь, чтобы поднять. Беру мяч одной рукой, а затем:
– Пи-вет! – проносится прямо над головой.
Отрываю от пола взгляд.
Малыш. Метр ростом. Тёмненький. С волнистыми волосами, большими карими глазами, маленьким носиком, небольшой ямочкой на подбородке.
Молча отдаю мяч.
Руки дрожат. Внутри всё переворачивается. Разрывает на части.
Нет слов...
Я просто смотрю. Кусаю губы до крови. На глаза наворачиваются слёзы. Жгут. Льются, против моей воли.
– Ты кто? – спрашивает малыш.
Вымученно улыбаюсь. Протягиваю перед собой руку:
– Дамир, – произношу осипшим голосом.
– Папа, – поправляет Динка, и я вздрагиваю.
Оседаю на пол.
– Санечка, это твой папа!
Последняя фраза бьёт наотмашь в самое сердце.
‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 41 
Дина
Дамир сидит на полу и смотрит перед собой отрешенным взглядом. В глазах застыли слёзы, губы дрожат. Он будто не здесь, не с нами!
Я стою в дверном проёме кухни, и сама не моргаю. Сердце бьётся слишком быстро. По спине ползут колючие мурашки. Ладони потеют. Волнуюсь.
Может, зря всё это?!
Нужно было подготовиться. Сначала поговорить с Дамиром. Рассказать, что я была беременна двойней.
Нет. Уже поздно что-то менять.
Пусть лучше так, чем предательское молчание, тишина.
Санька, Дамир... Они же родные друг другу! Как я могу скрывать правду? Тем более сейчас, когда узнала, что он меня не бросал. Три года назад случилось чудовищная ошибка, а теперь...
Отец и сын смотрят друг на друга и молчат. Санька, конечно же, ничего не понимает. Папа? А кто это такой?! Ещё буквально недавно сын назвал папой Давида. В тот момент я чуть не сошла с ума! Думала, сердце выпрыгнет из груди.
А теперь... Вдребезги. На надрыв. Плачу. Тихо всхлипываю, чтобы никто не слышал.
– Я пойду к соседке, – голос мамы заставляет нас всех встрепенуться.
Я поднимаю взгляд на мать и молча киваю головой. Пусть идёт. Хоть в кои-то веки она поступает правильно. Сейчас не до неё, да простит меня мама.
Подхожу к сыну. Опускаюсь на корточки. Обнимаю Саньку за плечи. Целую в щёчку. Ерошу на голове непослушные кудри тёмного цвета. Дамир наблюдает за нами и молчит. Приходит в себя, наверное.
– Санечка, принеси книжечки. Почитаем сказки, – шепчу на ушко сыну.
Сынок срывается с места и бежит в комнату.
Делаю один шаг вперёд. Ровняюсь напротив Дамира. Протягиваю ему руку:
– Вставай.
– Дин, – произносит охрипшим голосом.
– Да?!
– У меня есть сын...
– Ну, да, – улыбаюсь. – Ты что, Шагаев? Ещё не пришёл в себя?
– Нет, – отрицательно кивает головой. Зарывается лицом в своих ладонях.
– Дамир, идём. Я поставила чайник. Сейчас сделаю чай.
– Дин... – поднимается с пола. Берёт меня за руку, перекрещивая наши пальцы. Смотрит так нежно, пронзительно, что у меня внутри всё переворачивается. – Ты даже не представляешь, что сейчас творится в моей душе.
Не отвечаю. Просто хлопаю ресницами.
В голове какой-то сумбур. Ничего не понять.
Сделала хорошо? Поступила верно? Дамир же женат, имеет семью. Хотя, он сказал, что расстался с Анитой. Плевать. Это его жизнь, его выбор. Я ни на что не претендую. Не собираюсь возвращаться в прошлое. Было и прошло!
Уже в кухне.
Разливаю по чашкам горячий чай. Дамир сидит на стуле и не сводит с сына глаз. Наблюдает, изучает. Его взгляд скользит по детскому личику и останавливается на маленьких ручках, пальчиках, сжимающих книжку.
– Сатите! – восклицает Санька, указывая на большую машину, изображённую в книге. – Ма-си-на!
– Любишь машины? – Дамир подсаживается ближе. Склоняется над сыном, вдыхает его запах, содрогается.
 
– Да, – Санька кивает головой.
– Весь в тебя, – добавляю я и Шагаев оборачивается, устремляя в мою сторону вопросительный взгляд. – Машины – наше всё!
Дамир поджимает губы. Вздыхает. Улыбается. Решается обнять Саньку.
– Покатаю тебя на машине, – шепчет над ухом сына. – Посажу за руль. Хочешь?
– Завтра, – вмешиваюсь я. – Всё будет завтра…
Глава 42 
Дамир
На негнущихся ногах выхожу из квартиры Дины. За спиной захлопывается дверь, а я стою на лестничной площадке и не тороплюсь уходить.
Не могу прийти в себя. До сих пор.
Шок! Огромный. Необъятный.
Сердце переполняется счастьем. Трясет всего. Колошматит не по-детски.
У меня есть сын! Кровь и плоть. Да ещё и от любимой женщины.
Мог о таком мечтать?!
Мог. Только и мечтал с того самого дня, когда увидел могильную плиту своего второго ребёнка.
Задыхаюсь. Чувства, будто цунами. Сметают на своём пути абсолютно всё!
Меня тянет назад, туда, где оставил самых близких и родных людей.
Динка... Почему так долго скрывала от меня сына? Если бы я только знал. Знал ещё тогда. В прошлом.
Сейчас бы не было так сложно. Не было запутано. Нужно решить вопросы с Анитой. Развестись нужно!
Знаю, впереди ухабы и передряги.
Дина меня не хочет. Что-то осталось, но к нему… её тянет больше. Видел, как они целовались возле подъезда. Стоял за деревом и наблюдал, как придурок.
Неужели Дина его простит? Вернётся? А как же «мы»?
Я. Санька. Дина.
Должны быть вместе.
Вместе засыпать и просыпаться. Жить одной семьёй.
Едины и неделимы. Никому не разъединить!
Не отдам. Буду рядом, чтобы не случилось. Отныне я любой ценой буду рядом!
Выхожу из подъезда. Подхожу к тачке, прыгаю за руль. Еду домой, пытаясь сосредоточиться на дороге. Тщетно. В голове бардак. Слишком много мыслей. Лезут и лезут. Не прогнать.
Паркуюсь возле подъезда. Хватаю с сиденья бумажник. Выхожу из машины. В кармане трещит мобильник.
Десять ночи.
Смотрю на экран телефона и понимаю, что не хочу говорить.
Не хочу!..
Но принимаю вызов:
– Ты где? – звучит на том конце провода.
Сжимаю челюсти. Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
– Что надо?
– Поговорить хочу.
– В другой раз, – коротко отвечаю.
– Мир, – тянет Давид. – Не выёбывайся! Где ты? Я сам приеду.
Ухмыляюсь.
Ладно. Друг!
– Приезжай, – диктую адрес, отбиваюсь.
Захожу в подъезд, потом – лифт.
Возле входной двери вожусь с замком.
Заедает.
Проворачиваю ключ несколько раз и наконец-то попадаю в квартиру.
Раздеваюсь прямо в коридоре. Плетусь в ванную комнату. Включаю в кране прохладную воду. Душ освежает. Бодрит. То, что нужно сейчас.
Через час раздаётся стук в дверь.
Открываю.
– Ты специально сюда переехал? – заявляет прямо с порога.
Отпихивает меня в сторону. Снимает туфли и идёт на кухню.
– Конечно, – кричу ему в спину.
– Ну ты и... – Давид замолкает. Ставит на стол бутылку коньяка. Рыскает по шкафчикам. – Бокалы? Где?
– Нет бокалов, – пожимаю плечами. Достаю из шкафчика две чашки. – Это. Подойдёт?
– Хрен с бокалами. Давай.
Давид плюхается на стул. Открывает бутылку. Наполняет чашки янтарной жидкостью. Приглашает к столу.
– О чём хотел поговорить? – спрашиваю равнодушным тоном, выпиваю залпом всю жидкость.
Давид ухмыляется. Ничего не говорит. Тоже пьёт коньяк. Залпом, как и я.
Подкуриваю сигарету. Затягиваюсь сизым дымом. Выдыхаю, глядя на него.
– Что? – выгибаю бровь. – Смотреть на меня будешь или говорить?!
 
– Вернись домой. Не глупи.
– Домой? – смеюсь. – Так я дома!