Самое важное подчеркну (СИ)

Артея и его команду все же перевели к нам, сегодня у них первый день занятий прошел. Радостные парни отправили письмо родителям, что подписали договоры с отработкой, и теперь не будут так голодать. Надеются, часть денег на прожиточный минимум им отправят.
На обеде мы встретились, они пригласили нас посмотреть, как устроились. Пришлось отказаться, хотя интересно, может, какую-то полезную идею присмотрели бы у местных жителей. Но мы спешили, честно рассказав Артею, почему сегодня к ним не попадем. В результате пошли к Лолу вчетвером, парень решил, что такое знание лишним не будет.
Он абсолютно прав. Спасибо проректору, конечно, за перевод, но, в целом, магистрам веры нет.
Дорогу я помнила хорошо, только говорила – налево или направо. Вышли за город быстро, пошли тоже скорым шагом.
По дороге Артей рассказывал подробности перевода. Если бы не трое некромантов в семье, ничего бы не получилось. В их прежней магической академии отделения некромантов нет, но парни разделяться категорически отказались, а боевики нужны всем. Руководство решило: приглашать магистра некромантии из ближайшей академии, год таким образом продержатся, а там видно будет.
Угу, подумала я про себя, тем временем или ишак, или падишах...
Но проректор Баршап вмешался и предложил: оплату еще за и следующий месяц получит прежнее руководство, платят вперед, а дальше парни все равно решились на отработку, и платежей не будет. А то, что магическая академия не поставила родителей в известность о такой возможности, никто шум поднимать не будет. На этом и договорились.
– Еще месяц как-нибудь продержимся, обеды хилые, но хоть горячее есть, – смеялся Артей, – так-то мы на все руки мастера, просто на работу не устроиться. А проректор ваш молодец, сказал, подумает, может, одного возьмет плотником. Ремонты всегда нужны. А мы по очереди можем работать. Выживем. Девочки, вам еще раз спасибо.
– Арт, скажи, а в шкурках кто-нибудь из твоих разбирается?
– Я, немножко. А что?
– Вот как раз там, куда идем, я поймала несколько зверьков. Из-за мяса. Шкурки смогла снять, не повредив, а правильно выделать не сумела, грубые получились. Посмотришь?
– Конечно, посмотрю, если не поздно что-то делать…
Дошли до ручья легко, веревка на месте, чуть больше наросло зелени вокруг, а так ничего не изменилось. Ручей я перепрыгнула первая, сразу подошла к своему тренажеру для скалолазания. Пока крепила страховку – намучилась будь здоров, а как болели мышцы! Вот как заметны пропущенные дни любых тренировок и, пока парни гуляли, два раза в день опускалась и поднималась, радуясь, что пошла за травами в кроссовках с резиновой подошвой.
– Смотрите внимательно, поднимаюсь первая. Веревка страхует, закреплена она тщательно, но еще раз проверю, вдруг кто нахулиганил.
Парни ошеломленно разглядывали мой тренажер. Всего двенадцать метров высоты, не так уж и много. Поднималась намеренно очень медленно, так же, как спускалась в тот раз под бдительным оком Юраша, специально для него. Спускаться труднее, не все видишь.
Ускорилась только на последних метрах, могли все-таки Лола отправить в другое место. Подтянулась, подняла голову – нет никого. Эх, даже жалко. Зря шли, и ребят сдернула.
– Оля, не поднимайся, и парни тоже. Нет его здесь.
– Нет, я поднимусь, интересно попробовать, – крикнул Артей.
– Тогда сумку захвати, только бульон и еду вытащи. Здесь грибы растут, соберем заодно. И нож себе возьми.
Я смотрела, свесив голову, как поднимается Артей. Молодец, внимательный, сильный, поднялся ловко и быстрее меня.
Место ему понравилось, оказывается, по лесу он скучал, и грибы довольно дорогой деликатес и редкость, а тут их видимо-невидимо! Выбирали только молоденькие и крепкие, за полчаса полная сумка.
– Рукава связать у рубашки, как думаешь?
– Не стоит, Арт, помнем, принесем кашу, сумка жесткая, надеюсь, сохраним.
– У Волика еще с собой рюкзачок, давай попросим?
Я засмеялась, понимаю, что шесть голодных парней приличный стимул, но все не соберешь.
 
– Наташа, скоро грибы отойдут, еще дней десять-пятнадцать и все, их и продать можно, понимаешь? В то же кафе. Как ты вообще сообразила в лес зайти…
– Ладно, пойдем, но сначала грибы спустим. Только аккуратнее надо, не побить.
Волик ахнул:
– Подождите меня, я к вам, отец не простит, если ему не принести!
– Лучше нам свою сумку отправь, а грибы на всех разделим.
– Сумочка у меня небольшая… мне в рубашку, все равно мелко резать!
– Тогда забирай, это будет твоя доля, а нам отправляй обе сумки.
Точно у Булгакова – причудливо тасуется колода судеб. Если бы не пошли еще раз, не наткнулись бы на Лола.
За второй партией грибов пришлось уйти чуть дальше, только набрали в обе сумки и повернули к ребятам, как Артей дернул меня за руку:
– Наташа, на этом дереве что-то странное, осторожнее.
Мы отскочили, подняли головы и увидели силуэт человека. Он привязался к самой большой ветке дерева, похожего на сосну, держал концы веревок в руках и спал.
– Лол! – охнула я.
Разбудить его криками не смогли, может, без сознания. Или крепко спит. Арт выругался, полез наверх. А когда снял моего напарника, ругалась я – Лол так сильно примотал себя к веткам, что нарушил кровоток. Сколько он без сознания, неизвестно, и почему залез на дерево, тем более.
– Прятался… – пыхтел Артей, снимая Лола.
– От кого, Арт?! Я тут шесть дней проторчала, пока парней ждала. Ни одной зверюшки крупнее белки. Но парни видели следы стада копытных, может, от них спрятался, не знаю. Несколько сосен повалено, думали, что стадо могло повалить.
– Допустим, но это мог быть только весенний гон… странно. Ладно, неси грибы, а я твоего красавца.
– Ой, моего, да уж. Скажи, а если бы магистры появились, нашли бы его или нет, как думаешь?
– Нашли бы, они метку ставят, когда отправляют. А ты была права, когда говорила подумать, магистры, точно, гады.
– Вот я и думаю, не подставила ли вас.
– Думаешь, у нас магистры лучше? Еще хуже, даже не сказали, что можно отрабатывать за учебу…
Помогла Артею взвалить Лола на спину, и мы пошли к обрыву.
Веревку оставили, не стали снимать, не до того, и даже говорить не хочется, как мы спускали бессознательное тело. Парни сделали носилки из своих курток и донесли Лола до Академии уже глубокой ночью.
Сказать, что я разозлилась – это промолчать. Была бы драконом, спалила Академию без угрызений совести. Плевать, что Лол мелкий гад, магистры крупные гады и самые настоящие хамы. К тому же целителей не оказалось на месте, «оне» изволят отдыхать по ночам. Есть только дежурный адепт, по случайности именно тот, с которым познакомилась на этом же холме.
– Где найти целителя? – Артей не особо церемонился.
– Нигде. Утром придут, – пожал плечами хам, даже не поднявшись.
– А зачем ты тут торчишь? – Представляю, если у отца в больнице работал такой хам, как бы ему прилетело, – Волик, попробуйте с Олей найти друзей Лола, тащите их сюда, придется шум поднимать. Арт, подожди, побудь с ним, – я побежала вниз, к дежурным у входа, – как найти целителей, где они живут?
– За пределами академии.
– А в академии есть любой магистр, хоть один?
– Только сам ректор.
– Как к нему попасть?
– С ума сошла?
– Ребят, просто скажите.
– Радуйтесь, что впустили, если бы не ваш бессознательный, ночевали бы все на улице.
– Знаете, пока мы препираемся, его вообще может не быть. Останется холодное тело. И виноваты будете вы. Где живет ректор?!
Говорить они не стали, но знаками показали, что их накажут, а ректор живет на третьем пальце, в смысле этаже, направо, с первой по пятую дверь, у него много смежных комнат.
Я понеслась наверх. Достучаться не смогла, хотя барабанила, и пяткой лупила во все двери подряд будь здоров. Даже подумала, а не сходить ли мне за спичками, может, тогда отреагирует, ведь явно проснулся! А если поджечь дверь, так сразу выскочит. Эх, была бы огненная магия, как в книжке с парочкой, я бы то заклинание – раз!