Бывшие
Эмоции внутри меня бурлят шумным потоком, но я молчу, стараясь чем-то занять свои руки и переждать. О, я могу многое ему сказать, но что это даст? Он разбил мне сердце, а сейчас вернулся потоптаться по нему?
— Можно мне кофе? — доносится до меня тихая просьба.
Я не уточняю, какой именно — и так знаю, что он пьёт. Приготовив Макиато, просто оставляю его на стойке, и не думая нести к столику. Но Энди усердно делает вид, что этого не замечает. Кофе остывает, и меня это бесит.
— С тебя три доллара десять центов, — озвучиваю счёт, ставя перед ним стакан.
Я не намерен задерживаться рядом ни на секунду, поэтому тут же разворачиваюсь и направляюсь к бару, но меня останавливает его вопрос:
— Почему ты здесь, Лори?
Ещё до того, как оборачиваюсь, знаю, какое у него сейчас выражение лица: на губах ни тени улыбки, а между бровей залегла небольшая морщинка. Он по-настоящему озадачен. Тон голоса рассказывает мне об этом, хотя сам вопрос я не слишком понимаю.
— Бариста? — продолжает он. — Как же твои планы?
— Мои планы тебя уже не касаются, — бросаю я, но тем не менее не двигаюсь с места.
— Что тогда, что сейчас я думаю, что ты заслуживаешь большего.
— Да неужели?! — злюсь, скрещивая руки на груди. — Вот только сейчас меня совсем не интересует твоё грёбаное мнение.
— Только сейчас? — саркастично усмехается Энди. — Раньше, по-моему, тоже не интересовало.
Что это? Я слышу обиду в его голосе? Меня это поражает. У него нет причин на неё. Пострадавшая сторона здесь — я.
— Ты что, головой ударился? — неосознанно подхожу ближе и повышаю голос. — Когда это я не считался с тобой?
— Ну, не знаю, — тоже злится он. — Может быть, когда отказался поехать со мной?
— Это ты наплевал на меня! — Слова звучат, как обвинение, и я не берусь это исправлять. — Поставил меня перед фактом! Тебе пообещали работу, и ты подумал, что я помчусь за тобой, бросив всё, что у меня было.
— И что у тебя было? — подскочил он резко на ноги. — Что у тебя было, Лори? Учёба? В Лос-Анджелесе тоже есть университеты! Ты хотел рисовать, хотел стать мультипликатором, где, если не в Голливуде, это реализовывать? Я думал, это шанс для нас обоих…
— Нет, ты думал, это шанс для тебя! Ты тогда всё уже решил. Ты купил гребаные билеты. Ты даже не подумал, что я могу быть против. Принял решение без меня, чертова эгоистичная задница.
— Я только и делал, что думал о тебе! — кричит он. — Да, я купил билеты, потому что считал, что мы хотим одного и того же. Ты бы никогда не решился на это сам.
— О чём ты, блять?!
— О том, что ты не знаешь, чего хочешь. Тебя всю жизнь швыряет из стороны в сторону. Ты бросал учёбу два раза. А теперь работаешь в кафе?! — фыркнул он. — Серьёзно?
— К твоему сведению, высокомерный хрен, это моё кафе, я владелец. И я знаю, чего я хочу. Хочу, чтобы ты ушёл. Прямо сейчас.
***
Эта ссора выжимает из меня все соки. Всю дорогу до дома я сдерживаю слёзы. Какого хрена? Я не ревел, даже когда мы расстались.
Марли, как обычно, встречает в коридоре, но сегодня смотрит на меня обеспокоено и поджимает хвост.
— Тебе не о чем волноваться, — утешающе чешу я его за ухом. — Папочка тебя по-прежнему любит. С ним всё будет хорошо.
Видимо, в последнее пёс не очень-то и верит, потому что прячется, едва мне стоит затеять уборку. Это мой личный бзик — наводить порядок, когда я расстроен. Я успеваю прогенералить всю квартиру, прежде чем падаю на кровать и отрубаюсь. Утром говорю себе «спасибо», что не заменил физический труд алкоголем. Впрочем, чувствую я себя ненамного лучше вчерашнего.
Я принимаю продукты от поставщика, когда Кейси находит меня для разговора.
— Мне нужен выходной на завтра, — сообщает она.
— Это второй на этой неделе, — спешу ей напомнить.
— Знаю, но хочу поддержать Энди, всё-таки у него отец умер.
Упаковка с сахарной пудрой едва не выпадает у меня из рук от таких новостей.
— Что? — пораженно смотрю я на девушку.
— Ты не знал? — округляет Кейс и без того большие глаза. — Энди специально приехал, чтобы организовать похороны. Завтра в Коддингтон. Он тебе не сказал?
Её вопрос звучит, как утверждение.
— Не сказал, — растеряно сажусь я на рядом стоящий стул.
— Неудивительно, — пожимает она плечами. — Ты такая задница все эти дни.
— Эй! — возмущаюсь я. — Я всё ещё твой босс.
— Да-да, — отмахивается она. — Так что, я могу пойти на похороны?
— Да. Конечно.
Шок от известия не проходит весь день. Отец. Энди. Умер. За работой на короткие мгновения я выталкиваю эту мысль из головы, но она снова и снова возвращается, стоит очередному посетителю от меня отдалиться.
Уолтер Велс не был примерным отцом, но он вырастил Энди в одиночку. Мать Энди оставила их и исчезла в неизвестном направлении. Уолтер был работягой и самым мужественным мужиком, каких я знал. С сыном он не особо-то нежничал, но Энди никогда не жаловался. Уолтер знал, что я встречаюсь с Энди, и, хоть мы и не стали закадычными друзьями, он никогда не высказывался о наших отношениях или обо мне плохо. Его было за что уважать.