Пленительная страсть

— Тогда, фрау Хольц, вам придется взять в руки нитку с иголкой и унести платье к себе.
— Но, сеньорита, материала не осталось. Портниха, кроме платья, ничего не принесла.
— Вам придется что-нибудь придумать! — сказала Сирена, снимая платье с крючка и подавая его фрау Хольц.
— Прекрасно, сеньорита. Что скажет менеер ван дер Рис, когда узнает из-за чего этот шум?
— Кого это волнует! — пробормотала Сирена тихо.
Но фрау Хольц услышала, ахнула, и глаза ее чуть не выскочили из орбит от изумления.
* * *
Калеб сидел в кресле в офисе голландской Ост-Индском компании, погрузившись в мрачные размышления и нехорошие предчувствия, нахлынувшие вдруг на него. Завтра свадьба Сирены! Если бы он мог не присутствовать на церемонии! Послезавтра все изменится...
Если бы он мог как-то все предотвратить! Но что он может сделать? Ничего. Он еще мальчик. Калеб глубже устроился в кресле и начал дремать. Какие-то голоса разбудили его, и он прислушался.
— От кого ты узнал это? — спросил голос Ригана.
— От Якоба, брата Михеля Рийзена, первого помощника на «Жемчужине Китая». Я повстречал Якоба на острове Сумбава. Его корабль только причалил, а я на своем собирался уже уходить в Батавию. Якоб говорил, что Михель, когда его корабль стоял под загрузкой сандаловым деревом на востоке острова, видел там, в порту, «Титу». И сейчас она еще там, но вряд ли надолго. Вы должны помнить, что Михель был первым помощником на «Тите», но перед тем, как вы отправились в свое роковое путешествие, заболел оспой и был снят с корабля.
— Мы уже загрузили «Яву Куин» сегодня, она пойдет в Кейптаун на следующий день после моей свадьбы. Корабль отправится с полным грузом. Прикажи разгрузить его. Я сам поведу «Яву Куин», потому что хочу перехватить «Титу». Все это время я считал, что «Тита» затонула. Проклятый испанец меня уверил в том, сукин сын! Она с грузом?
— Да, Риган. Ее трюмы полны. Специи, рис, шелк...
— Михель уверен, что это действительно «Тита»? Должно быть, он тоже удивился? Ведь он также считал ее затонувшей.
— Да, это «Тита». Михель рассказал брату, что инициалы вашего сына все еще сохранились на верхней палубе. Знаете, он притворился ищущим работу и отправился на борт «Титы» поговорить с капитаном: хотел как следует удостовериться, что это на самом деле тот самый корабль. Михель сказал, что помнит, как вы с сыном смеялись, когда вырезали инициалы мальчика. Вы тогда сказали малышу, что этот корабль потом будет принадлежать ему, а инициалы подтвердят это. Тогда ребенок засмеялся и начал называть «Титу» «мой корабль».
— Это правда, Фредерик, — отозвался Риган потускневшим голосом. — Кто капитан на корабле, и под чьим флагом он ходит?
Человек, которого менеер называл Фредерик, ответил, что не знает.
— Михель сказал Якобу, что теперешнее название корабля — «Странник». Отправляется он в Кейптаун через три дня. Вполне вероятно, что вы сможете перехватить его, — заметил Фредерик. — Может быть, вам удастся узнать что-нибудь 6том ужасном дне, хотя, конечно, на корабле новая команда. Вы тогда рассказывали, что все погибли...
— Наконец! Спустя столько лет! — голос Ригана от волнения сделался хриплым. — Спасибо, что пришел и сообщил мне все это, капитан Даан.
— Мы же друзья, Риган. Но помни: «Тита» — всего лишь корабль. Твой сын не может быть на его борту.
— Да, знаю.
Калеб услышал, с какой болью произнес Риган эти слова.
Ван дер Рис мерил шагами комнату, не поднимая глаз от пола. Мальчик видел, как он шагал взад и вперед, сжав руки в кулаки. Не в силах больше наблюдать это, Калеб поднялся и тихонько покинул помещение. Риган даже не заметил, как он ушел.
* * *
Вернувшись домой, мальчик отправился в комнату Сирены. Ноги его дрожали. Он быстро пересказал сестре услышанный разговор.
— Что ты об этом думаешь? — спросил Калеб.
— Думаю, что мы выйдем в море сразу же вслед за Риганом. Я изучу карты восточных островов. Если нам не повезет и за «Раной» начнется погоня после того, как мы покинем устье реки, то постараемся скрыться за западным мысом Явы. Это будет выглядеть так, как будто море поглотило нас, — Сирена увидела выражение безотрадности в глазах мальчика. — Око за око, Калеб. Я захвачу «Титу». Знаю, что значит для Ригана этот корабль, но я также не забыла Исабель. Она была живой!Она была плотью и кровью! А «Тита» — это всего лишь дерево, а не человек.
 
— Что ты с ней сделаешь?
Сирена внимательно посмотрела на мальчика.
— Спросишь меня об этом, когда придет время, а не сейчас.
* * *
Риган задумчиво жевал толстый конец сигары. Первоначальный шок после того, как он услышал новость о том, что «Тита» на плаву, немного прошел. Сейчас он все равно ничего не мог предпринять. Сначала нужно дождаться отхода «Явы Куин».
Ван дер Рис погрузился в воспоминания. Мысленно он перенесся в те прекрасные годы, прожитые им со своей яванкой-женой и маленьким сыном. Надежда снова вспыхнула в его сердце. Возможно, остался в живых хоть один член команды, один из голландских моряков или хотя бы кто-нибудь из проклятых испанских пиратов, захвативших в тот день «Титу», которому что-то было бы известно о его сыне.
Несмотря на то, что Сирена, несомненно, знала что-то о прошлом своего жениха от своего покойного отца, она обычно не задавала никаких вопросов, касающихся его первого брака и сына. За последнее время эта холодная, уравновешенная испанка с кожей цвета слоновой кости и нежнее китайского шелка нравилась ему все больше и больше. Как прекрасно она вошла в круг его друзей! Мужчины находили ее необыкновенно привлекательной и называли Ригана счастливчиком. Женщины считали ее очень интересной и восхищались ее внешностью, которая, однако, не являлась источником зависти, потому что Сирена не старалась выставлять свою красоту напоказ, завлекая тем самым чужих мужей. Она была умна, уравновешенна, с чувством собственного достоинства. Сирена была настоящей женщиной!
Когда он думал о своей невесте, то тут же вспоминал вкус ее дерзких губ и гладкую теплую кожу. Сможет ли он ждать год, пока закончится траур? Однако что бы там ни было, он может наслаждаться ее обществом, видеть ежедневно, радоваться дружбе с ней. И он будет ждать. Риган боялся, что, поторопив события и нарушив слово, данное невесте, он потеряет ее доверие и лишит тем самым себя возможности сделать ее полностью своей.
Внезапно он вскочил на ноги, позвал слугу и быстро написал записку Сирене, приглашая ее поужинать с ним этим вечером... вдвоем.
* * *
Девушка тщательно выбирала наряд. Она еще ни разу не ужинала с Риганом наедине. И потому, когда наконец подошло назначенное время, она, спускаясь по широкой лестнице, очень волновалась. Помедлив немного у входа в столовую, Сирена решительно толкнула дверь и вошла.
Риган уже был там и, стоя у китайского лакированного шкафа, украшенного черно-золотыми драконами, наливал себе шерри. Услышав звук распахнувшейся за спиной двери, он обернулся.
— Можно присоединиться к вам, Риган?
Он поспешил ей навстречу.
— Вы прекрасны, как всегда, — сказал ван дер Рис, целуя ей руку.
— А вы, как всегда, льстите, — пробормотала она, смущенная его галантностью.
* * *
Риган приказал накрыть для них стол на веранде, пристроенной к столовой. Веранда была защищена противомоскитной сеткой, а прекрасно ухоженный сад, освещаемый с веранды, представлял собой сказочную картину.
— Это похоже на сон. Благодарю, Риган. Здесь так замечательно! — голос девушки был низким и взволнованным, а глаза ее сверкали ярче пламени свечей.
Во время ужина, который обслуживал молчаливый слуга, Риган и Сирена почти не разговаривали, чувствуя себя натянуто. Каждый, казалось, был погружен в собственные мысли. Когда со стола было убрано и подали красное вино, ван дер Рис попросил у Сирены разрешения закурить.