Всё не серьёзно (СИ)
- Мы подумаем, - деликатно ответила я.
Весь день мы провели вместе: ходили в кино, ели мороженное, дети развели нас на поход в игровой центр, где мы сражались с монстрами на экранах огромных автоматов, стреляли в проплывающих уток и участвовали в гонках, а поздно вечером Андрей отвез нас домой, где меня неожиданно накрыло уныние от предстоящей разлуки.
Последняя рабочая неделя. И если для кого-то это веская причина на работе вальяжно расхаживать по кабинетам, поздравляя коллег, то для нас с Андреем это была неделя непрерывной работы.
Стало своеобразной традицией вечерние поездки домой (не смотря ни на что, Андрей стал освобождаться с работы вовремя, чтобы иметь возможность провести больше времени с дочерью и, надеюсь, со мной). На работе мы имели возможность видеться лишь урывками. Совместные «обеды» пришлось отменить из-за огромной загруженности, хотя Андрей находил время написать. Так что поездка домой стала единственной возможностью побыть вместе, хотя часто и не наедине.
Ромка был в восторге от новых занятий английским языком. Дома, когда не сидел за компьютером, он расхаживал в наушниках улучшая свою разговорную речь. Да и в машине он часто вел диалоги сам с собой, пока однажды ему не стал отвечать Андрей. Я бы сказала, что владение языком у него превосходное, но мое знание английского оставляло желать лучшего, поэтому я просто наслаждалась этими минутами.
Последний рабочий день в этом году выпал на субботу. Руководство решило, что наш дружный коллектив и без того упорно работал весь год, устраивая корпоратив.
- Алиш, ты идешь? – Машка забежала ко мне в кабинет как раз в тот момент, когда я переобувала высокие сапоги в изящные лодочки. – Да ты шикарна! – воскликнула она, разглядывая меня со всех сторон. – Кстати, - мы уже шли по широкому опустевшему коридору, когда подруга спохватилась. – Сегодня наши девушки решили окончательно добить наше высокое руководство. Ирка влезла в такое мини, что даже я бы постеснялась, а Оля и Наталья Рудольфовна выбили себе места рядом со столиком начальства. Так что смотри, тотализатор все еще работает…
- Ты хочешь, чтобы я устроила своим сотрудникам выговор за охмурение начальства? – я иронично приподняла бровь, стараясь выглядеть беззаботной, но, скрывать не буду, новость неприятно царапнула что-то внутри.
- Да нет, просто предупреждаю, что за сердце не только нашего начальника, но и, вроде как, твоего любовника идет нешуточная борьба.
- У нас с ним все не серьезно, - отмахнулась я, а в следующую секунду подпрыгнула от испуга, когда на талию легла тяжелая мужская рука.
- Да, Алина Игоревна, если вы говорите про нас, то вы правы, какая серьезность? - Андрей смотрел чуть насмешливо, но во взгляде была обида. – Только секс…
- Андрей…, - покачала я головой, оглядываясь по сторонам.
- Мария Александровна, - он повернулся к Машке, - а может и вы хотите несерьезных, не обременительных отношений со своим руководством? Ваша подруга подтвердит, я крайне выгодный любовник.
Я возмущенно посмотрела на мужчину, что уже отпустил мою талию и теперь с вызовом смотрел на меня, а я, честно говоря, стушевалась под взглядом.
- Это любезно с вашей стороны, я обязательно подумаю, - Машка лукаво улыбалась, я была готова разорвать на клочки эту вертихвостку.
- Обязательно подумайте. Алин, - теперь голос Андрея стал серьезнее, - Наши дети решили, что этот Новый год должен пройти по высшему разряду, поэтому у нас с тобой партийное поручение – необходимо выбрать самую красивую елку. Лерку привезут к окончанию вечера, чтобы мы успели забрать Ромку с занятий и все вместе отправиться на елочный базар.
- Хорошо, - я стала мысленно выстраивать остаток своего дня, чтобы не забыть про намечающееся веселье. – У Ромки сегодня занятия заканчиваются на пятнадцать минут раньше, если что, - предупредила я.
- Ну и дура же ты, - Машка еще очень долго смотрела в спину удаляющегося директора – ну я рассчитываю, что только на спину – прежде чем выразить свое негодование. – Он на тебя смотрит с обожанием, ваши дети выбирают вместе елку, а ты: «… это все не серьезно…»!
- Ты знаешь причины моих поступков. Я не хочу впускать в нашу размеренную с Ромкой жизнь кого-то постороннего.
- Но он уже там, - как само собой разумеющееся сказала подруга, а я неожиданно поняла, на сколько она права.
Рядом с актовым залом царило оживление. Дамы поправляли прически, мужчины украдкой глотали коньяк из фляг, хотя как такового запрета на пронос алкоголя и не было, но запретный плод всегда слаще, особенно если тайком и урывками.
А вот в самом зале царило буйство. Дамы демонстрировали наряды, мужчины любовались дамами, то тут, то там раздавался смех – атмосфера что ни на есть праздничная.
Так как отмечали мы все же не в ресторане, а на собственной территории, то свободного места было не так много: вдоль стен стояли столики за которыми нам предстояло сидеть, центр зала был отдан под тац. площадку неподалеку от установленной сцены, с которой нас будет поздравлять руководство.
Наш стол, хоть и не рядом, но все же, располагался неподалеку от высокого руководства. Андрей приветствовал каждого проходящего сотрудника лично, даря дамам ослепительную улыбку, а мужчинам крепкое рукопожатие.
Я с завистью смотрела на тех людей, что спокойно подходили к директорскому столу, общаясь с начальством, с теми, кому внимания достается больше чем мне.
И вот праздник начался. Ведущий, назначенный советом молодежи, приветствует всех присутствующих и начинается концерт – самодеятельность. Без чувства «испанского стыда» смотреть за происходящим было не возможно, но шампанское быстро стерло неловкость за происходящее и теперь мы стали веселиться вместе с теми, кто уже успел «повысить» свое настроение.
К началу танцев мы с Машкой уже успели в достаточной мере испробовать шампанского, поэтому на танцпол вышли в первых рядах, как и большинство.
Быстрые, энергичные танцы сменялись лиричной музыкой, во время которые мы уходили обратно к столикам освежиться, не желая танцевать с вспотевшими, перебравшими мужиками. Что примечательно, вести себя некорректно позволяли лишь ИТР, в то время, как обычные работяги вели себя в стократ приличнее.
Лишь единожды я замешкалась, не успевая до начала медленного танца скрыться с танцпола. На талию сразу опустились крепкие руки.
- Потанцуем? – шепнул в ушко обладатель знакомых конечностей.
- Андрей Станиславович, - улыбнулась я, сразу отмечая недовольные взгляды окружающих. – С удовольствием.
- Не стесняешься больше меня? – спросил он, после того как я устроила руку на таком знакомом плече, жаль нельзя положить голову ему на грудь.
- Я тебя и не стеснялась, - воспротивилась я. – Ты новый человек в нашем коллективе, а тут связь с сотрудницей – тебе это нужно?
- Мне нужна ты, - как само собой разумеющееся ответил мужчина. – Мне все равно на слухи и сплетни.
- Андрей…
- Алин, - он чуть нахмурился, - Если я для тебя лишь ничего не значащее развлечение, то давай лучше расстанемся прямо сейчас.
Остаток танца мы провели молча. Я не знала, что ответить, он больше не заводил разговоров о нас.
После танца каждый вернулся за свой столик, чтобы с разницей в пять минут покинуть украшенный зал, оставляя остальных развлекаться.
Лерку привезли ровно ко времени, а Ромка не стал задерживаться на занятиях, поэтому на елочный рынок мы приехали вместе и практически без задержек.
Самая красивая елка встретилась на нашем пути, перед самым выходом. Пушистая, с широкими лапками сосна стояла на задворках рынка, как потерянный ребенок. Смуглый продавец сначала даже не заметил нашу находку, а когда увидел – заломил цену в троекратно превышающую любые мыслимые пределы.
Андрей бы заплатил и названную стоимость, но мерзкий экономный человечек внутри меня не согласился на такое расточительство, так что битый час и я, и продавец наслаждались экзекуцией торговлей.