КиберLove. Секрет звездного странника (СИ)
– Нет.
Ложка упала на пол. Вей поднял ее и заменил на чистую.
– Но почему? – досада копила слезы.
– Корабль выполняет важное задание, и хозяин запретил выходить на связь с кем либо, пока я его на завершу, – голос кибернета был ровным, если не сказать, равнодушным. – Сразу после взлета с Лагерты включилась система невидимости. Сейчас звездолет ЗС–11 не отображается ни на одном устройстве. Даже на самом мощном. Нас нет. И я не буду рисковать даже ради дочери кандидата в президенты Персероны. Не имею права.
– Куда мы летим, и как долго будет выполняться ваша важная миссия?
– Максимум два месяца, если все пойдет, как запланировано.
– Отец меня убьет, – я положила ложку. Не могла есть. – Ну и пусть. Я заслужила.
Я на самом деле готова была умереть. Для меня жизнь при любом раскладе кончилась. А полет в неизвестные дали лишь оттягивал бесславный финал.
Глава 5
Зашипела кофе–машина, и передо мной появилась чашка с ароматным напитком. Я жадно припала к нему.
– Не надо думать о смерти. Ваш отец будет счастлив, когда вы вернетесь.
Кибернет налил и себе. Я удивленно подняла на него глаза. И вовсе не из–за произнесенных слов. Я точно знала, что искусственный разум не нуждается в человеческой пище. Так кто же ты, Вей Мат? Робот класса люкс или человек, могущий обходиться без кислорода?
Разгадка не задержалась: Вей не пил кофе, а лишь поднес бокал к лицу и вдохнул аромат. Всего лишь задействовал сенсоры обоняния.
– Во всяком случае, я бы радовался, что моя дочь вернулась, а не сгинула где–то в космосе, – кибернет улыбнулся мне и добавил. – Конечно, если бы мог иметь детей.
– Но папа получит позорящие меня снимки. И если Гризли Лерой не откажется от президентского кресла, их увидит вся Персерона.
– Все зависит от того, насколько сильно он хочет власти.
– Он хочет. Его готовили к президентству с самой юности. Трудно отказаться от мечты, когда она в шаговой доступности. Тем более, по вине дочери, которая грубо нарушила закон. Я вела себя как последняя дура. Если бы только существовал способ повернуть все вспять…
– Когда–нибудь мы узнаем о решении Гризли Лероя. В любом случае, у вас будет возможность не возвращаться на Персерону. Другие планеты тоже пригодны для жизни. Мой хозяин помог бы вам с документами.
– А ваш хозяин с какой планеты?
– С того самого Верлакса, на чей спутник вас едва не отправили.
Я грустно усмехнулась.
– Он тоже шахтер?
– Нет, – кибернет вылил в раковину нетронутый кофе. – Вряд ли шахтеру удалось бы заработать хотя бы на один такой звездолет.
– А сколько их у вашего хозяина?
– Много, – уклончиво ответил Вей. – Если вы сыты, можете пройти в свою каюту. Вам требуется отдых.
– Да, спасибо. Я на самом деле устала и хочу спать, – я поднялась.
Только у двери, когда обернулась на отставшего кибернета, заметила, что он собирает со стола грязную посуду. Мне сделалось стыдно. Я привыкла жить в окружении слуг и совсем забыла, что Вей не относится обслуживающему персоналу. Во всяком случае, не к моему.
Я впервые так близко познакомилась с классом оснащенных разумом роботов и находилась под большим впечатлением. В доме столь высокоразвитые и дорогостоящие механизмы просто не нашли бы себе применение, а предприятия семьи Лерой, где наверняка использовался труд кибернетов, я обходила стороной. Не исключено, что папа делал ставку на моего будущего мужа, которому передаст бразды правления, поскольку сына у него не было, а наследница «легкомысленностью» пошла в мать. Строя планы на совместное с Лерихом будущее, я избегала мысли о том, что мой возлюбленный будет принят отцом с распростертыми объятиями. Папа не увидел бы в нем своего преемника. Слишком разный склад ума, слишком велика пропасть в образовании и навыках. Но я с упорством слабоумных верила, что как–нибудь все сложится.
– Я помогу? – я вернулась.
– Нет, спасибо. Здесь немного, иначе я вызвал бы обслуживающего робота, – стряхнув остатки еды в бак, Вей поднял на меня глаза. – Идите, вам поможет Ия.
– Почему я? – вдруг донеслось недовольное шипение из динамиков. – Не слишком ли мы печемся о подозрительном пассажире? Неизвестно, какие проблемы она принесла с собой. Нам нельзя впутываться в чужие дела и брать на борт посторонних.
– Мы высадим ее после завершения операции, – спокойно возразил Вей.
– Ты хоть выяснил, почему ее преследовали? – тон Ии не изменился. Она с самого начала невзлюбила меня. А теперь еще примешалась ревность. Смешно, но роботы сделались слишком похожими на людей.
– Да, выяснил.
– Все плохо? – Ия оказалась гораздо разговорчивей капитана.
– Да, нехорошо.
– И ты продолжаешь опекать ее?
– Она мне интересна, – просто ответил кибернет.
Я осталась под впечатлением от общения между собой двух представителей искусственного разума. Когда же вышла за дверь, меня ждала мерцающая голограмма женщины. Подтянутой, красивой, с надменным лицом.
– Я не подслушивала, – произнесла она с ноткой обиды в голосе. – Все, что услышит капитан, конфиденциально ровно до тех пор, пока он не позволит участвовать в беседе третьему лицу. А он не позволил, пока ты не собралась уходить.
Я кивнула, соглашаясь, что Вей поступил благородно.
В отличие от Ии, капитан обращался ко мне на «вы». Интересно, кто программировал эту заносчивую девицу? В ее характер специально заложили долю стервозности, или искусственный интеллект сам взрастил в себе неприятную черту?
Я так устала, что решила плюнуть на поведение Ии. Не мне ее переучивать, мне бы с собой разобраться.
Меня привели к прозрачной кабинке лифта. Он поднимался так быстро, что я не успела сосчитать уровни. Корабль оказался не просто большим – огромным. На стоянке у стапелей я не сумела оценить его размер, поскольку парковочный экран закрывал все, кроме погрузочного хобота, тянущегося к входному шлюзу звездолета. Лагерта надежно охраняла секреты своих гостей. Специфика предлагаемых развлечений обязывает. Команда зачастую отвлекалась от космических будней за игорным столом или в постелях красавиц, пока их судно стояло под загрузкой.
– Твой уровень Си–Би–Эс–32. Здесь находятся пассажирские каюты класса люкс. Не знаю, почему капитан отдает тебе такое предпочтение.
Я грустно улыбнулась. Я любила все класса люкс. В прежней жизни. И Вей об этом знал.
До предназначенной мне каюты нас доставил горизонтальный эскалатор. Перед нужной дверью он замедлился и, стоило сойти с него, как тут же растворился в поверхности пола.
– Приложи ладонь, – Ия указала на пластиковую выемку в стене, загоревшуюся при нашем приближении голубым светом. Стоило поднесла к ней руку, как замок мягко открылся.
– Когда вы успели снять отпечаток моей ладони? – я пропустила вперед Главную Корабельную Кобру – так я ее окрестила за ярко–алые губы, за которыми так и чудились острые клыки, за черные волосы, собранные в длинный тонкий хвост, за латексный костюм, плотно облегающий стройное тело.
– Еще в операционной. Все твои данные теперь хранятся в инфо–базе корабля. Как, впрочем, и данные твоего любовника.
Я застыла, занеся ногу над порогом.
– Какие данные?
– Ну, например, что он смесок. Наполовину вах, наполовину далат.
Перед глазами потемнело. Верный признак эмоционального потрясения. Я схватилась за стену, чтобы удержаться на ногах.
– Здесь биотуалет, здесь душевая, а здесь у нас звезды, – Ия не была так чутка, как Вей. Не замечала изменений в моем состоянии. По–деловому демонстрировала достоинства каюты. Отодвинула занавеску, открыв экран, за которым плыли звезды и планеты. Успокаивающая картинка, созданная именно для этой цели, ничего более. В реальности космос черен.
В достаточно просторном помещении дизайнеры попытались воссоздать «земной» уют. Белье из натуральных материалов на неширокой кровати, даже ковер на полу. Никакого дешевого пластика или хрома.