Сделка с судьбой (СИ)

- Ник, мы приехали. - Он тихонько тронул её за плечо. Рита во сне нахмурилась и прошептала:
- Поехали, я отвезу…
«Опять разговаривает во сне…»
- Ника. - Марк коснулся её более уверенно, и она открыла глаза. На мгновение их взгляды встретились, и он мог бы поклясться, что в её глазах промелькнула грусть.
- Спасибо, что отвез домой. Сам понимаешь, в таком виде я вряд ли понравилась бы твоим компаньонам.
Не глядя на него, Рита выбралась из машины и быстрым шагом, закрываясь руками от непрекращающегося дождя, направилась ко входу.
Щелкнув сигнализацией, Чернов пошел следом. Этот вечер ему однозначно предстояло провести дома. Какой уж тут приём?.. Во-первых, на переодевание в сухую одежду уйдёт слишком много времени, а во-вторых… нет, во-первых, он не может оставить Веронику одну в таком состоянии. Мало ли. Как ни крути, а она – его жена. Войдя в холл, Марк услышал, как на втором этаже хлопнула дверь комнаты.
Хочет остаться одна. И снова эти перемены… Спустя два года она полюбила одиночество. За прошедшие с момента возвращения дни она не позвонила ни одной своей подруге. Такое раньше было редкостью. Она постоянно устраивала посиделки, то дома, то в кафе, а теперь… Хотя пару раз, судя по рассказам Лидии Петровны, Ника все же куда-то уезжала и возвращалась только под вечер. Куда? Неизвестно.
На ходу стягивая с себя мокрый, прилипший к телу пиджак, Марк поднялся по лестнице. Проходя мимо комнаты жены, услышал звук бьющегося стекла. Резко открыл дверь и увидел Нику, рассеянно разглядывающую осколки когда-то стоявшей на столике, а теперь разлетевшейся вдребезги вазы. Заметив его присутствие, она словно в оправдание пробормотала:
- Я… я случайно задела…
- Ника… - Марк в два шага преодолел расстояние между ними и заключил её в объятия, затем подвёл к кровати и усадил на неё.
- Просто он… он не хочет прекращаться…
Сейчас она напоминала ему маленького ребенка, жутко боящегося грозы. Снова раздался раскат грома, и её пальцы с силой вцепились в его плечи. Рука Марка скользнула по её щеке, и Рита невольно вздрогнула. Подняв голову, она закусила губу и прошептала:
- Поцелуй. Поцелуй меня…
Повинуясь её просьбе, он, крепко прижимая её к себе, накрыл её губы своими. Тихо застонав, она приоткрыла рот и обвила его шею руками. Она отвечала на поцелуй неистово, растворяясь в ощущениях, словно это был единственный способ пережить годы боли, тянувшейся за ней шлейфом воспоминаний. Будто бы здесь и сейчас она нашла спасение в этом мужчине. Словно бы он мог защитить её и от прошлого, и от настоящего, и от будущего…
Но реальность происходящего вернулась к ней, едва пальцы Марка потянули вверх подол её платья. Она накрыла их своей ладонью, останавливая его. Марк шумно выдохнул.
- Тебе нужно переодеться, - правильно поняв её, проговорил он и встал с кровати. Принёс из ванной халат и протянул ей.
- Спасибо, - проговорила Рита.
Марк ободряюще улыбнулся:
- Если что, зови.
Она кивнула и, едва за ним закрылась дверь, упала на кровать, ругая себя на чем свет стоит. И как это понимать? Что за проявление слабости? И эта просьба: «поцелуй меня»?! Выполнение наставлений Артура? Да об этом младшем Чернове она и не вспомнила. В этот момент она была собой - желающей почувствовать тепло мужских прикосновений Маргаритой Тимохиной, а не Вероникой Черновой, соблазняющей собственного мужа, чтобы отвадить того от бывшей подружки.
Во всем виноват этот мерзкий дождь. Если бы не он, она никогда бы не позволила себе приблизиться к Марку на столь опасное расстояние. Рита устало сползла с постели и кое-как стянула с себя насквозь вымокшее платье. Накинула теплый махровый халат и, засунув ноги в тапочки, подошла к окну. По стеклу всё ещё нещадно хлестали капли. Рита задернула шторы. Хватит на сегодня воспоминаний. Пора спать.
  
Глава 11
 
Дождь всю ночь барабанил по крыше, стучался в закрытые окна дома и закончился только под утро. Марк лежал в постели и задумчивым взглядом изучал причудливую лепнину на потолке. Уже рассвело, но на работу вставать было еще рано. Он почти не сомкнул глаз, прислушиваясь к звукам в коридоре, ожидая, что Ника опять испугается и придет к нему. Но она не пришла, и эта странная досада от того, что вчера она остановила его, не давала ему покоя. Он хотел чувствовать её рядом с собой, хотел, чтобы она обнимала его, прижималась к нему.
 
Что же она делает с ним? Почему так резко меняется? И почему же вместе с этим меняется и его отношение к ней? Вчера она была простой женщиной – открытой и нуждающейся в ком-то рядом. Кем она будет сегодня? Он ничего не знает о ней, она для него белый лист бумаги, и Марк поймал себя на мысли, что ему до безумия хочется своей рукой написать строки её жизни. В конце концов, она сама предложила начать все заново.
Он ухмыльнулся и поднялся с постели. На часах было шесть утра, Лидия Петровна еще спала. Ну и ладно, не стоит будить её. Он сам справится.
Одевшись, Марк спустился на кухню, поставил чайник и открыл холодильник, высматривая необходимые продукты для завтрака. Насколько он помнил, любимым блюдом Ники была яичница. Именно её она прежде постоянно требовала на завтрак.
Что же, её-то он и приготовит. Ему очень хотелось сделать жене приятное, дать понять, что он принял её предложение всерьёз и действительно хочет попробовать заново стать близкими людьми, вернуть то, что было между ними когда-то.
В итоге двадцать минут спустя Марк уже нес поднос с чашечкой ароматного кофе, стаканом сока и тарелкой яичницы. Дойдя до комнаты Ники, он тихонько повернул ручку и вошел внутрь. Она еще спала, закутавшись в одеяло и подложив одну руку под щеку.
«Милая…», - подумал Марк и медленно приблизился к постели.
Почувствовав, что в комнате кто-то есть, Рита открыла глаза и ошеломленно уставилась на стоящего подле неё Марка. Поднос в его руках в сочетании с тёмно-синей пижамой смотрелся более, чем живописно.
- Доброе утро. - Он присел на краешек и посмотрел ей в глаза. – Как спалось?
- Хорошо, спасибо, - чуть растерянно ответила Рита. - А что это значит? – кивнула она на поднос.
- Завтрак, - беззаботно произнес Марк. – Как ты любишь – яичница с помидорами. И чашечка кофе для бодрости!
- Яичница. С помидорами… - Рита изо всех сил старалась улыбнуться, но получалось это уж как-то совсем неестественно. – Спасибо.
- Ник, знаешь, я тут подумал… - вздохнул Марк, но, заметив, что она повернула к нему голову, позабыв о завтраке, сказал: - Ты кушай.
- Ты что-то сказать хотел? – Она будто не услышала его последней реплики.
- Я просто… в общем, давай больше не будем ссориться? – Он сказал это таким тоном, что Рита не выдержала и засмеялась. – Что такого я сказал?
- Ты правда думаешь, что мы с тобой переживем эти два месяца и ни разу не поскандалим?
- Почему два месяца? – Марк покачал головой. – Я думал, мы с тобой…
- Я имела ввиду, что два месяца мы будем пробовать, - поспешила поправить себя Рита, поняв, что сболтнула лишнего. Он же не в курсе, что через два месяца она все равно потребует развод…
- Понятно. - Марк поднялся и посмотрел на неё сверху вниз. – Значит, будем пробовать. А сейчас мне пора собираться на работу.
Рита кивнула и проговорила:
- Спасибо за завтрак.
- Кажется, он тебе не очень-то понравился.
- Просто я не люблю яичницу. - Рита виновато улыбнулась.
- Я запомню, - подмигнул он и вышел.
 Рита отставила в сторону поднос и, взяв стакан сока, подумала, что хоть здесь Марк угадал – апельсиновый. Лучше, чем яблочный или, тем более, виноградный. Сделав большой глоток, она блаженно закатила глаза и улыбнулась. Он принес ей завтрак. Надо же. И как это понимать? Хотя, что тут понимать – он же сказал, хочет начать все заново. И она тоже должна хотеть. Хотеть целых два месяца…
Раздавшийся писк мобильника заставил её нервно подскочить. Рита встала с кровати и достала из сумки телефон. Увидев высветившийся номер, немедленно нажала на кнопку и ответила: