С чистого листа (СИ)
Милицейский Главк находился в паре кварталов от ГУВэДэ, в здании Управления Внутренних Дел Свердловской области. Показав дежурному на входе корочки, а затем кивнув в мою сторону и буркнув: «этот со мной», Позняков уверенно повёл меня на третий этаж. И, так как у кабинета с табличкой «отдел кадров» было не многолюдно, настойчиво постучал.
— Михаил Арсеньевич, можно? — С немного льстивой интонацией, слегка заискивающе спросил он, отрывая дверь после разрешающего «войдите». — Я к вам по поводу нужного для моего отдела кадра.
— Этот, что ли? — Окинув пренебрежительным взглядом мою скромную фигуру, без особого интереса спросил хозяин кабинета. И, поскрипев мыслями в своей, убелённой сединами коротко стриженной голове, засомневался. — Больно молодо выглядит.
— Не сомневайтесь, Михаил Арсеньевич. — Тут же заверил его майор. И, давая мне лестную характеристику, хохотнул. — Мал да удал!
— Давай направление. — Протянул руку кадровик. И, получив требуемые бумаги, водрузил на нос очки и принялся читать.
— Из Пярну, значит? — Поднял он глаза на меня. И, устремив взгляд куда-то вдаль, поинтересовался. — Как там старый хрыч Эйке Ваале поживает?
«Вот блядь, засада»! — Заполошно подумал я.
Так как о существовании этого самого «Вале» узнал только в сию секунду. Но, поскольку отвечать было надо, я судорожно сглотнул и еле слышно промямлил. — Хорошо.
— Всё ещё преподаёт? — Продолжил «допрос без пристрастия» кадровик.
— Н-ну-у, да. — Ещё более сдавленным голосом, натужно просипел я.
К счастью, на этом экскурсия «по волнам его памяти» подошла к концу. Что вызвало моё агромаднейшее облегчение и короткий вздох радости.
— Старая гвардия, закончил «вечер воспоминаний» Михаил Арсеньевич. И, хитро взглянув на Познякова, припечатал. — Что ж, участковые «на земле» управлению очень нужны!
— Выйди. — Коротко бросил мне Анатолий Викеньтьевич. И, доставая из внутреннего кармана пиджака купленную мной накануне бутылку водрузил её на стол. А затем, обернувшись на почти покинувшего кабинет меня, остановил. — Фотографии давай!
Несколько сбитый с панталыку, я протянул ему блестящий прямоугольник и, здраво рассудив, что взрослые дядьки обойдутся без моего участия, закрыл за собой двери. Искренне при этом надеясь, что Позняков знает, что делает и, в конце-концов, всё разрешится к лучшему. Ну, или устаканится, куда ж без этого.
В общем и целом, так оно и оказалось. Я простоял в коридоре, то и дело ловя на себе равнодушные взгляды проходящих по своим делам людей, минут десять. Незамысловато глядя в окно и всячески гоня от себя совершенно ненужные в данной ситуации, и совсем непродуктивные мысли о том, «кто я такой».
Есть ли толк терзать себя понапрасну, когда ответа, скорей всего, получить не сумею?
Я — Коля Петров и точка! Младший лейтенант доблестной советской милиции и, как уже говорил, почти (тьфу-тьфу-тьфу) действующий сотрудник самого сурового отдела в Свердловском уголовном розыске. В котором служат брутальные мужики и, очень на это надеюсь, скоро буду работать и я.
Уже успевший проявить себя в деле сыска и — вот честное слово, не задаюсь ни разу! — практически в одиночку раскрывший два тяжелейших преступления.
Так стоит ли лезть куда не следует и пытаться ворошить моё, скрытое за семью печатями и окутанной абсолютно непроницаемой завесой тайны, загадочное прошлое?
Тут в мозгу снова кольнуло и, дабы не подвергаться напрасному самоистязанию, я решил отлить. И, не мудрствуя лукаво, отправился на поиски туалета. Который, как и положено всякому заведению подобного рода, располагался в конце коридора и был представлен в двух, по числу гендерных различий, экземплярах. В большими буквами «эМ» и «Же» на выкрашенных серой масляной краской дверях.
Сделав свои дела я, как и положено культурному человеку, тщательно вымыл руки. Правда, сушилки здесь не было, так что пришлось просто помахать грабками воздухе.
И, почти дойдя обратно, встретил высокую мускулистую девицу лет семнадцати, с барабанными палочками в руках. Она шла рядом с облачённым в милицейскую форму мужчиной лет пятидесяти, на плечах которого лежали генеральские погоны.
— Ну па-ап! — Гневно и с явно ощутимым отчаянием взывала в пространство она. — Где я, а где духовой оркестр!
— Не всё же тебе, с твоими битломанами по подвалам шляться. — Не обращая внимание на недовольные вопли девахи, отрезал суровый мужик. — Сказано, поступил запрос на участника Вокально-Инструментального Ансамбля — значит пойдёшь, как миленькая. К тому же, Дом Офицеров — это тебе не какая-то подворотня. Да и, по кабакам они тоже не лабают!
При упоминании увеселительных заведений, в которых отдыхающие граждане распивают спиртные напитки, деваха несколько смутилась. Но, тут же оклемалась и попыталась перейти в наступление.
— А где нам, по-твоему деньги брать на новую аппаратуру?
— Вот и я говорю. — Тут же воспользовался подвернувшейся возможностью, как видно поднаторевший в игрищах подобного рода генерал. — Бренчите на всяком дерьме. А в ДОФе, между прочим, Чехословацкая и ГэДээРовсский аппаратура простаивает. — Мужчина, хитро взглянул за отчего-то задумавшуюся девушку, и припечатал. — И, межу прочим, как мне сказали, ударная установка у них «Амати»!
— Ама-а-ати-и! — Словно загипнотизированная, зачарованно протянула начавшая сдавать позиции барабанщица. И, уже явно переменившая решение, пролепетала. — Ну, тогда я попробую.
— Попробуй, попробуй. — Весело согласился хитровыебанный, то есть, простите смотрящий далеко в будущее, многомудрый и продуманный папаша. И, подначивая «непутёвое дитя», пообещал. — Не понравится — в подворотню вернуться всегда успеешь!
— Сам ты «подворотня». — Вяло и без какой-то особой убеждённости огрызнулась девица. — У нас, между прочим, официально зарегистрированный молодёжный клуб.
— Ага и играете всякую антисоветчину. — Не стал вступать в долгую дискуссию генерал. — В общем, давай-ка, дуй в Дом Офицеров. А мне работать надо.
Размышляя о странной встрече и гадая, было ли это случайным совпадением или очередным вывертом судьбы, я вернулся к отделу кадров. И, буквально через полминуты оттуда вышел донельзя довольный Позняков.
Коньяком от него, при этом, не пахло. И, придя к закономерному выводу, что подношение принято и всё сложилось «тип-топ» я с надеждой взглянул потенциальное на начальство.
— Держи. — Не разочаровал он меня, протягивая сафьяновые корочки бордового цвета. Были они в распахнутом виде, и предупреждая ненужные вопросы, Анатолий Викеньтьевич пояснил. — Не закрывай пока. Клей ещё не высох.
Так мы и покинули здание Главка. Идущий впереди старший следователь и я. Размахивающий новеньким удостоверением, в котором имелась моя фотография в позаимствованном мундире и вписанными твёрдой рукой кадровика строчками.
Младший лейтенант Петров.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ.
Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/248710