Ангельская пыль (СИ)

Перевернувшись, упирается ладонями в пол и склоняется. Рывком головы поднимает ещё одно белое облако пыли.
Соблазнительно покачивает бёдрами и прогибается, прижимаясь грудью к сцене. По телу девушки проходят волны, и их чарующая плавность манит… завлекает…
Немигающий взгляд исподлобья, но он никому не адресован.
Её эмоциональная непроницаемость в сочетании с танцем будоражит, разжигая во мне интерес. Покоряет.
«Так неприлично откровенна, с тобой»
И девочка, поднимаясь на колени, разворачивается, отводит ногу в сторону, демонстрируя нам свои соблазнительные округлые бёдра. Смотрит через плечо, лениво оглаживая ягодицы ладонью.
Раскованная… Сексуальная…
Сидеть становится неудобно.
«Дьявол шепчет строго»
Извивается, словно змея. Медленно ласкает руками своё тело.
В каждом её движении желание, страсть. Каждый взмах волос всё плотнее окутывает её туманом пыли.
Вставая на четвереньки, девушка грациозно выгибается, прижимаясь лицом к полу. Наслаждается. Кайфует.
Секс сродни наркотику…
«Цвета крови губы»
Небрежно вытирает губы тыльной стороной ладони и затем вновь скользит рукой по трусикам, раскрываясь. А меня кроет от дикой жажды.
Хочу эту девочку.
Снова.
За этими мыслями я пропускаю, когда всё меняется.
Взрывное движение, и она прижимается всем телом к сцене.
«На тебе табу»
С силой бьёт кулаком по полу, оголяя перед нами все свои болезненные эмоции. Выплёскивая и невольно передавая свои глубоко скрытые чувства.
Рука дёргается, и я отставляю бокал с вином в сторону.
«Я всё поняла»
В музыку врываются биты, под которые она ритмично, с какой-то экспрессивностью двигает бёдрами. Пыльца неуклонно следует за девушкой повсюду.
Присаживается на колени. Красивая полная грудь, подчёркнутая чёрным топом, подрагивает – будто её сердце рвётся из грудной клетки.
В клуб возвращается завораживающая музыка и, поднявшись на ноги, девочка замирает, вглядываясь вдаль. В её глазах признание… надежда… Но с каждой секундой всё меркнет. Выражение её лица меняется – девушка не чувствует ответного отклика.
Застывает. Грудь высоко вздымается при каждом вдохе. Всё не так как ей казалось. Она верила в то, чего никогда не существовало. Девушка глубоко заблуждалась.
Смиряется. Держит лицо до последнего, отворачивается.
И я понимаю, это была попытка. Попытка всё исправить. Удержать. Вернуть.
«Крикну в темноту»
В отчаянье топает ногой и, цепляясь одной рукой за волосы, а второй за живот, её лицо искажается в крике.
Могу поклясться, я отчётливо слышу её крик!
Падает на колени, корчась в агонии.
«Крикну в темноту»
Присаживаясь, снова кричит. В её рваных движениях и живой мимике сквозит смешанными чувствами. Болью. Гневом. Страданием.
Ползёт на локтях. И меня выворачивает наизнанку. Всё нутро, буквально, рвёт. Раздирает изнутри.
В моей голове щёлкают замки, открываясь. Выпуская наружу забытые чувства и обрывочные воспоминания.
Девочка поднимается на ноги, взмахивая руками, и вокруг неё словно раскрываются белые крылья, сотканные из пыльцы.
«Я всё поняла – не твоя Луна»
Бит, и она обессилено падает на пол. Измученная. Опустошенная.
Крылья медленно осыпаются, оседая на её безупречном теле…
Удар барабанной палочки – выдох.
Снова удар – выдох.
Я тяжело дышу вместе с девушкой, жадно вдыхая ртом и впитывая через поры сверкающую белизну ангельской пыли. Насыщаюсь, в надежде сохранить хоть немного, так необходимых ей, крупиц…
Ритмичная электронная музыка, внезапно ворвавшаяся в затихающую мелодию, оглушила. И словно пресловутым ушатом ледяной воды окатили. Мотнул головой, стряхивая наваждение.
Осмотрелся, пробегаясь взглядом по гостям клуба. Все они смотрели преимущественно в сторону сцены. В темноте я не мог разглядеть выражения их лиц, но без сомнения, не один я вдоволь надышался ангельской пыльцой. Её туман, как токсичный сернил*, глубоко проник в кровь, стремительно распространяясь по всему организму: опьяняя разум и дурманя сознание.
 
Сжал челюсти от злости на собственное воображение и подобное сравнение. Перед глазами всё ещё стоял образ девушки, отчаянно кричащей в пустоту. Он выглядел настолько реалистичным и ярким…
Сознание подсказывало, пора бы уже оторвать глаза от пустующей сцены. Перевёл взгляд на Мексиканца, с интересом наблюдающего за мной. Несмотря на кажущуюся безмятежность, Тимур всегда был внутренне сосредоточен и внимателен к мелочам.
– Заценил? – криво усмехнулся друг. – Какой орех… – протянул задумчиво, смакуя каждое слово.
– Да, хорошая девочка, – постарался ответить как можно равнодушнее.
Тимур – не просто друг, он мне как младший брат. Он знал меня так же хорошо, как я его. Потому сейчас я чувствовал, Мексиканец меня прощупывал, пытался понять мой интерес, в то время как я хотел знать, что могло связывать его с этой девушкой.
Схватил бокал и, сделав два жадных глотка, поморщился – тёплое.
– Тимур, напомни-ка мне, что ты говорил об этой девочке? – спросил, расстёгивая пуговицы на пиджаке.
– А говорил я тебе, мой беспамятный друг, что наткнулся в этом культурном клубе на очаровательную юную танцовщицу, – начал он шутливо.
Я метнул на него короткий предостерегающий взгляд.
Тимур громко рассмеялся.
– Магнетизм у неё просто космический. Телом владеет отлично. Пластичная. Гибкая. Язык тела выразительный, – поразмыслив секунду, добавил: – Исключительно выразительный. Отвечаю, проникся каждый, – он обвёл быстрым взглядом клуб и, вернув его мне, продолжил: – В общем, я захотел её себе.
Одним глотком осушив бокал, я отставил его подальше. После чего посмотрел на друга, он на меня. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга.
– Согласилась? – первым нарушил наш молчаливый диалог.
– Ага, – друг беззаботно кивнул и, подхватив вилку с ножом, принялся не спеша нарезать мясной стейк в своей тарелке.
Если задуматься, то в том, что она согласилась, не было ничего удивительного… Но что-то не давало мне покоя, мешало принять на веру ответ Тимура безоговорочно. Возможно, её недавний танец сбивал меня с толку…
– Она согласилась, но с одним условием – будет танцевать только в общем зале, – слегка улыбнулся Тимур и отправил в рот небольшой кусок мяса. Пережёвывая его, он не переставал лыбиться. Вот же… сучонок! – А мне какой смысл брать её с таким уговором?! Ты же сам знаешь, в моём клубе все девочки работают по полной. Танцы, стриптиз – в зале, приваты – в VIP-комнатах. Они у меня на все руки мастерицы, – ухмыльнулся. – Приглянётся какому-нибудь быку, а мне разбирайся – объясняй, почему этот рыжий ангел неприкосновенен. Начнутся ненужные базары… На х*й мне это? Короче, в итоге малышка заявила, что если её условие невыполнимо, то она отказывается, – Тимур замолчал, отпивая виски, а затем добавил: – Но девочка способная.
– С этим не поспоришь, – сказал я, порывистым движением стягивая пиджак, после чего развернулся и бросил его позади себя – на высокую спинку кожаного дивана.
– Буран, но ты же меня знаешь, я так легко не сдаюсь, – снова ухмылка. – Правда, сейчас уже нет никакого резона делать ей предложение, – друг внимательно посмотрел на меня. – Насколько мне известно, она больше не танцует. Хотя возможно что-то изменилось, раз она сегодня появилась на сцене.
– Почему не танцует? – спросил я, краем глаза замечая, как на столе засветился экран моего мобильника.
– Она вроде как б…
– Подожди, – попросил, останавливая речь Тимура жестом руки. – Я отвечу. – И, подхватив телефон, двинулся на выход из зала.
 
Возле поста охраны, выхватил взглядом знакомую женскую фигуру в малиновом платье, проходящую досмотр. Останавливаться не стал, торопился в фойе.
Как только телефон вновь завибрировал, мазнул по экрану пальцем, принимая вызов.