Ангельская пыль (СИ)

И вот я, сгорая от нетерпения, наконец, распахнула дверь кофейни и расположилась за круглым плетёным столиком у витринного окна.
– Добрый день, – улыбнулась молоденькая официантка. – Всё как обычно?
– Привет, да – зелёный чай и черничный чизкейк… – немного подумала и добавила: – Два чизкейка.
Вдоволь насытившись десертом, довольно откинулась на спинку плетёного кресла и прислушалась к себе: полна энергии, усталости и напряжённости как небывало.
Энтузиазм зашкаливал, и я отправилась по магазинам. Присмотрелась к пуховикам. По сути, носить чужую зимнюю куртку оставалось всего-навсего полтора месяца… Да и если говорить откровенно, то мне было попросту жалко денег.
«Дохожу!» – подумала я и ушла ни с чем.
Не обделив вниманием ни один магазинчик, завершила свою прогулку посещением парфюмерного магазина, где чуть тронула губы тестером персикового блеска, нанесла свой любимый аромат на пульсирующую жилку запястья и поспешила в «Black House».
В квартале от кальянной располагалась небольшая «Кондитерская лавка». Я честно держалась: увеличила скорость и, проходя мимо, старалась не заглядываться на призывно манящую вывеску…
В лавке было пусто, не считая продавца и всех этих разноцветных, ярких шуршащих обёрток, так и зовущих, соблазняющих меня протянуть к ним свои пальчики…
Да, порой, мне было не совладать с собой.
Через двадцать минут я практически влетела в кальянную. Несмотря на то, что до открытия оставалось ещё десять минут, работа закипела прямо с порога.
Около семи вечера я обнаружила пропущенный звонок и непрочитанное сообщение от Кирилла:
«Документы на квартиру готовы. Предлагаю сегодня встретиться».
Проигнорировав нарастающее волнение, быстро набрала ответ:
«Я в кальянной. Заканчиваю в 01.00».
И не дожидаясь ответа, вернулась к обслуживанию гостей.
Ближе к полуночи почувствовала жуткую слабость во всём теле и головокружение. Голова потяжелела, и я привалилась к ближайшей стене, ненадолго закрывая глаза.
Остаток смены выдался спокойным и прошёл словно в полузабытье. Все мои последние силы уходили на борьбу со сном: веки, отягощённые недосыпом, слипались сами собой.
Перед выходом выпила чашку крепкого зелёного чая, чтобы хоть немного взбодриться перед встречей с Бураном. А в том, что она сегодня состоится – у меня не оставалось никакого сомнения.
Накинув куртку, подхватила рюкзак и вышла из кальянной.
– Маш! – догнал меня Виктор.
Снег под моими сапожками хрустнул, когда я, спустившись с последней ступени, развернулась к мужчине.
– Мобильник забыла, – протягивая мне телефон.
– Ой, спасибо, Виктор, – поблагодарила я и, устало улыбнувшись, забрала телефон.
Услышав своё полное имя, управляющий скривился. Я уверена, он думал, что я ворочу нос, не поддаваясь на его ухаживания и серенады. И пусть. Это всё хорошо и приятно но, разве что как приложение к действительно надежному мужчине. А он заносчивый, хвастливый болтун, всячески дорисовывающий себе достоинства.
Да, я понимаю, что, возможно, не в том положении, чтобы привередничать. И да, порой мне и правда, приходили в голову мысли ответить взаимностью Виктору. Но каждый раз я останавливала себя: понимая, что искала спасителя в том, кто им по факту не являлся.
– Пока, – попрощалась я, но не успела сделать и шага, как моё плечо сжала мужская рука.
– Погоди Маш, разговор есть.
Поправила на плече рюкзак и, опустив руки в карман пуховика, вопросительно взглянула на управляющего.
– Сколько тебе ещё осталось учиться?
– В этом году заканчиваю. – Я мягко повела плечом, скидывая руку Виктора.
– «Менеджмент ресторанного бизнеса»?
Кивнула, не понимая к чему этот разговор.
– Мы планируем расширяться. Ближе к осени открываем ещё одну кальянную. Ты вполне могла бы занять вакансию управляющего. Как раз к этому времени у тебя будет оконченное высшее. Ну, а опыта у тебя уже предостаточно.
– Вить, спасибо за предложение. Но ты, видимо, забыл, что защита моего диплома, по теории, должна совпасть с родами, – улыбнулась я уголком губ.
 
– И когда ты после этого сможешь приступить к работе?
– После этого?.. Вить, я пока не хочу загадывать наперёд. Это серьёзный вопрос, ответа на который сейчас у меня нет. Буду смотреть по ситуации.
– Хорошо, ты просто имей это в виду. И ещё… – немного замялся. – Скажи, а ты продала тот дом – в Алексеевке?
Его слова о доме крёстной на миг выбили меня из колеи, я растерялась:
– Нет…
– А что так? Не нашёлся покупатель? Или уже передумала продавать?
– Нет, не передумала. Объявление так и висит на сайте, но пока никто не заинтересовался. Домик старенький, газа в деревне нет… Но риелтор заверила меня, что весной, ближе к лету обязательно найдутся желающие.
– Понятно… Слушай, через неделю, у моего дядьки на стройке дома в Воскресенске будут работать четверо гастарбайтеров. Им нужно жильё. И я сразу вспомнил о тебе. Посмотрел по карте, оказалось, что твой дом как раз поблизости – в пяти километрах. Думаю, что четыре штуки в месяц тебе не будут лишними. Мужики заодно и за домом присмотрят.
Задумалась…
– Но туда только если на машине. Автобусы не ходят. Как они будут добираться?
– С машиной проблем нет. Их будут возить туда и обратно.
– Вить я, в принципе, не против… Но давай я завтра всё обдумаю. Сегодня голова уже совсем не соображает. Прости.
– Да не вопрос! Подожди, я заберу портфель и тебя подвезу, – предложил неугомонный мужчина.
– Вить…
  
Глава 8. Африканский узкорот
 
Кирилл
Из машины открывался отличный обзор, позволяющий наблюдать за происходящим возле кальянной, не привлекая к себе ненужного внимания. В лучах падающего света уличного фонаря я мог в деталях рассмотреть парочку, беседующую перед входом в «Black House».
Девушка стояла ко мне спиной и, нервно переминаясь с ноги на ногу, нетерпеливо вертела головой по сторонам. Всё это говорило только об одном – она хотела как можно скорее избавиться от общества брата Шамана, стоявшего напротив.
Откинувшись на спинку кресла, я размял шею, похрустывая позвонками. Несмотря на расслабленную позу, мои скулы сводило от напряжения.
Вернув взгляд на улицу, присмотрелся. По мере развития их разговора, наглая самодовольная ухмылка Виктора, медленно сползла с его морды, превращаясь в недовольную мину. Маша несколько раз одёрнула пуховик, и я только сейчас подметил, что он ей не по размеру велик, словно был снят с чужого плеча…
Взглянув на экран телефона, девушка сделала осторожный шаг назад, но управляющий кальянной резко схватил её за локоть, не давая уйти. Мои пальцы сжались на кожаной оплётке руля, в салоне послышался треск.
Сквозь стиснутые зубы вырвалось тихое рычание:
– Тупой ублюдок.
Уже вытащил ключ из замка зажигания, как неожиданно по жилам побежала ледяная волна, проясняя моё сознание: никто не должен видеть нас вместе. Не стоило забывать, что он брат Шамана. Не родной, двоюродный, но, тем не менее, никто из членов этой проклятой семейки не должен был догадаться о нашей связи с Ангелом, иначе весь план полетит к хренам собачьим.
Ладонь Маши легла поверх руки Виктора, и рюкзак, соскользнув с её плеча, шлёпнулся рядом, прямо на снег. Управляющий отпустил девушку и нагнулся, но она опередила его: живо подхватила свою ношу и рванула по улице пустого города, при этом оборачиваясь и что-то выкрикивая на ходу.
Дождавшись пока Виктор скроется за дверью кальянной, я плавно тронулся с места, следуя за девушкой, всё ещё продолжающей оставаться в пределах моей видимости.
 
Поравнявшись с ней, я опустил пассажирское стекло:
– Ангел!
Маша притормозила и, придерживая капюшон, повернула голову в мою сторону. Едва заметно кивнув, уверенно шагнула к расчищенной дорожке, пересекающей заснеженную обочину.
Чуть сдал назад.