Избави нас от зла

  
Том Холланд
 
Избави нас от зла
 
 
 
 
«…С Сатаной,
 
Который алчет гибели твоей
 
От зависти и хочет отвратить
 
От послушания, чтоб рядом с ним
 
Блаженства ты лишился и делил
 
Возмездие — безмерность вечных мук.
 
Отраду он обрел бы, оскорбив
 
Творца, когда б успешно приобщил
 
Тебя к своим страданьям, Божеству
 
Отмстив за пораженье. Не внимай
 
Лукавым обольщеньям…»
 
 
Джон Мильтон. «Потерянный рай»
 
(перевод Арк. Штейнберга)
 
 
 
 
Братцу — настоящему сорванцу
 
 
  
Глава 1
 
  
 
 
«Призраки. — Не могу позволить себе утверждать, будто во всех этих слухах нет правды. Я уверен, что в подобных привидениях нет ничего необыкновенного».
 
Джон Обри. «Естественная история Уилтшира»
 
 Говорят, что животные никогда не наступают на пролитую кровь. Мистер Обри поразмыслил над этим и в последний раз попытался пришпорить лошадь. Она заржала и снова попятилась от вала Кольца Клирбюри. Ее ноздри раздувались, не было сомнения, что животное напугано. Мистер Обри почесал затылок, а затем спрыгнул на мерзлую землю. Всего лишь совпадение, конечно. Жертвы не приносились здесь с незапамятных времен. Запаха крови просто не могло быть, но лошадь тем не менее перепугалась. За время своих изысканий он обнаружил в Уилтшире много древних поселений, пользующихся дурной славой, и не сомневался, что все подобные слухи не более чем выдумки для легковерных людей.
Но что же, в конце концов, привело его сюда? Жительницы деревушки внизу, у подножия холма, говорили, будто в Кольце Клирбюри можно увидеть святочные привидения. А нынче Святки, 22 декабря 1659 года от Рождества Христова. И день к тому же выдался достаточно морозный. Мистера Обри передернуло от озноба. Он унял дрожь, вытащил тетрадь для записей и быстро перелистал ее. Если его исследования верны, то друиды должны были собираться для жертвоприношений именно в этот день, чтобы пропитать почву кровью жертв и попытаться умиротворить гнев своего таинственного бога. Просмотрев записи еще раз, он убрал тетрадь. Конечно же, он не ожидает увидеть привидения. Деревенские люди всегда очень боязливы и легковерны. Им не понять, как понимает он, что их легенда, несомненно, не что иное, как отголосок древнего обычая друидов. И все же не исключено, что привидения видели. Мистер Обри вгляделся в темноту леса впереди. Не исключено. Он взял себя в руки. Что бы там впереди ни находилось, его обязанность, как собирателя древностей и летописца прошлого своей страны, — провести обстоятельное исследование.
Он вскарабкался на вал, затем спустился по его внутреннему откосу внутрь Кольца. Только оказавшись внизу, он сообразил, какими мертвыми выглядели деревья над его головой. Он спокойно вошел под их тень, но хруст веток и шелест листьев оказались внезапно пугающе громкими. Мистер Обри замер, а затем огляделся вокруг. Он смог различить за деревьями Кафедральный собор Солсбери и, к своему удивлению, обнаружил, как точно он выровнен по горизонту с древним поселением Олд-Сарум на холме, возвышавшемся за шпилем собора. Обязательно надо взять на заметку такую интересную деталь, подумал мистер Обри. Он вынул из кармана носовой платок и завязал его уголок узелком на память. После этого с прежней решимостью и энтузиазмом исследователя он продолжил путь, продираясь сквозь ежевичные кусты к центру Кольца.
 
Привидений он не видел. Вскоре вместо них, к еще большему успокоению мистера Обри, тишина, окружившая его, едва он вошел в лес, наполнилась карканьем, и он стал замечать самих ворон, сидящих на ветках деревьев или описывающих над ними круги. Он углублялся все дальше в лес и довольно скоро увидел целую стаю этих птиц, рассевшихся на чем-то походившем на большой обломок толстого сука дерева. Мистер Обри понял, что птицы что-то клевали. Пристально вглядевшись, он заметил, как одна из ворон проглотила обрывок плоти. Птица клюнула снова и подняла голову, словно показывая то, что смогла подхватить клювом. Она замерла всего на секунду, но он успел разглядеть… человеческий глаз. Мистера Обри бросило в дрожь; он метнулся вперед, и птицы неохотно поднялись в воздух. Теперь труп был виден совершенно отчетливо. Он лежал под деревом. Пожилой мужчина, с которого была содрана вся одежда. Оцепенев от ужаса и едва осознавая, что делает, мистер Обри наклонился над трупом. Возможно, конечно, что виной большинства нанесенных телу ран были птицы. Они определенно выклевали глаза, изрешетили клювами кожу во множестве мест, но самые страшные из ран могли быть нанесены только человеческой рукой. На животе, лице и конечностях виднелись ужасные порезы. И все же было что-то таинственное в открывшейся мистеру Обри картине. Он понял, что его поразило: раны были совершенно сухими. Плоть выглядела отбеленной, словно из нее вытекла вся кровь, до последней капли… и все же, когда он осмотрел почву под трупом, на ней не обнаружилось следов крови — ни единого пятнышка.
Мистер Обри поднялся на ноги, снял с себя пальто и накрыл им труп. Не вполне понимая, трясет его от холода или страха, он побежал, ломая ветки, к открытым полям за пределами Кольца. Всю дорогу он громко кричал, зовя на помощь. За его спиной на мертвые деревья снова садились вороны, чтобы оглядеться и продолжить прерванную трапезу. Пальто недолго будет служить препятствием для клювов голодных птиц.
  
 
 
«И не только у римлян и евреев, но также и у христиан есть подобные несчастливые дни, особенно День избиения младенцев… В День избиения младенцев мы стараемся не заниматься никакими делами».
 
Джон Обри. «Сборник по разным предметам»
 
Когда обнаружили мертвого старика, Роберт Фокс был с отцом. Они катались верхом по полям, простиравшимся у подножия холма. Ему не позволили подняться к Кольцу Клирбюри и увидеть труп, но он не сомневался, что на отца очень плохо подействовало то, чему тот стал свидетелем. Капитан Фокс, насколько понимал его сын, был, с одной стороны, напуган, с другой — выглядел так, будто ожидал новых подобных вестей. И вот теперь, спустя восемь дней, они, похоже, действительно пришли.
Солдат, одетый в форму милиции [1], торопливо подошел к своему капитану и стал что-то шептать ему на ухо. Капитан Фокс был явно ошеломлен, но лишь едва заметно вскинул бровь. Он почти шепотом пробормотал короткую молитву, затем сразу же взял в руки меч и накинул на себя плащ. Решительным шагом он подошел к двери, но остановился в дверном проеме и обернулся. Как и следовало ожидать, его сын спокойно сидел рядом с Эмили Воэн. Капитан Фокс улыбнулся. В который раз ему в голову пришла мысль, что они выглядят братом и сестрой. Оба розовощекие, с тонкими чертами лиц, золотистыми волосами, у Роберта коротко подстриженными, у Эмили укрощенным потоком ниспадающими кольцами кудрявых локонов. Они держались за руки, неразлучные, как всегда, едва ли не с самого дня рождения тринадцать лет назад.
— Вы подождите здесь, — строго распорядился капитан Фокс. Он достал из кошелька монетку и добавил с едва заметными нотками извинения в голосе: — Можете послать за сладостями.