Воздушная гавань

Винсент кивнул на эти кресла со словами:
— Подождите здесь, господа. Он выйдет к вам очень скоро.
— Благодарю вас, — ответил Гримм. Пока они с Криди усаживались, Винсент удалился.
Пожалуй, не прошло и двух-трех минут, как дверь в дальнем конце кабинета отворилась, чтобы впустить копьеарха. Правитель Копья Альбион не обладал завидным ростом, а его комплекция, мягко выражаясь, не выдавала в нем атлета, — но взгляд правителя Альбиона был цепок и тверд, и шаг его пружинил энергией самого решительного свойства. Гримм и Криди сразу поднялись, приветствуя вошедшего.
Альбион обогнул стол, чтобы протянуть Гримму свою ладонь.
— Капитан Гримм, — сказал он. — Мне доложили о вашей незаурядной доблести во время этого внезапного нападения. Вы блестяще послужили Копью.
— Сир, — слегка склонил голову Гримм. — Позвольте представить моего старшего помощника, Байрона Криди.
Криди пробормотал что-то, чего Гримм не сумел разобрать, и с выражением легкого недоверия на застывшем лице пожал копьеарху руку.
— Что ж, — продолжал Альбион. — Понимаю, какую усталость вы, должно быть, оба испытываете, а посему садитесь скорее, а я буду по мере возможности краток.
Они снова уселись, а лорд Альбион уперся бедром в край стола напротив, обводя их сверху вниз холодным, оценивающим взглядом.
— Боюсь, сегодня вы допустили серьезную ошибку.
— Сир? — поднял голову Гримм.
— Выказали себя чрезвычайно одаренным военачальником, капитан, — пояснил Альбион. — Едва ли я смогу сделать вид, что этого не заметил.
— Я не понимаю, сэр, — хмурясь, сказал Гримм.
— Капитан, ваше умение сохранять ясность мыслей перед лицом внезапно возникшей угрозы — качество довольно редкое. Хотя подобный героизм достоин лучшей награды, боюсь, мне придется и впредь использовать ваши навыки на благо моего Копья.
Гримм молчал. Ему хотелось погрузиться в горячую ванну и хорошенько отмокнуть в ней, избавляясь от напряжения и страха часов, проведенных в стычках с аврорианским десантом. Ему хотелось спать. Разве мало сил он отдал родному Копью?
— Сир, — заговорил он наконец спокойным, взвешенным тоном. — Все присущие мне умения и навыки когда-то уже служили славе Альбиона. Копье ясно дало понять, что более не нуждается в моих услугах.
— Конечно, тот инцидент с «Дерзким», — кивнул Альбион. — Как же, наслышан. Или, точнее говоря, я в курсе как официальной трактовки событий, так и того, что произошло на самом деле. Вы наверняка не могли так легко примириться с увольнением со службы, капитан. Тем не менее приняли его безропотно.
— Такой выход представлялся мне наилучшим для флота, сир, — сказал Гримм.
— Эта точка зрения кажется не бесспорной, — заметил лорд Альбион. — Однако принесенная вами жертва очевиднейшим образом сослужила всему флоту добрую службу, за единственным исключением в вашем лице.
— Я поступал во флот не для того, чтобы служить самому себе, сир, — твердо сказал Гримм.
— Таков девиз лучших из нас, — усмехнулся Альбион. — Но ваши прошлые невзгоды не имеют сейчас значения, капитан. Совет Копья голосует, как у нас принято выражаться, за объявление войны Авроре. Нашему Копью понадобятся все умелые бойцы, какие только есть. До единого.
— Сомневаюсь, чтобы на флоте с радостью приняли мое возвращение в каком бы то ни было качестве, сир, — сухо отчеканил Гримм, сразу пожалевший о лишней твердости в своем голосе. — Никто не захочет воевать плечом к плечу с трусом, чья вина считается доказанной.
— Но я же хочу, — возразил Альбион. — Речь не о возвращении под флотские знамена, капитан. Вы нужны мне лично.
Гримм моргнул.
— Сир… То, что я сделал сегодня, на моем месте совершил бы любой компетентный, опытный командир. Это не повод жаловать мне положение доверенного слуги.
— Быть может, капитан, лучше предоставить копьеарху решать, что позволяет человеку претендовать на место рядом с ним? — предположил лорд Альбион, и в его глазах промелькнула веселая искра.
Гримм неловко поерзал, устраиваясь в своем кресле.
— Сир… Я не считаю себя дипломатом, и с вашего позволения просто скажу, что должен, и заранее прошу простить, если мои слова прозвучат грубо или неуважительно.
 
Глаза Криди полезли на лоб, но он не проронил ни слова.
Альбион приподнял бровь:
— О, сделайте одолжение, капитан. Говорите.
— Мне тут тесно. Несколько недель заточения в этом жутком старом мавзолее, и я вообще перестану дышать. Представить себе не могу, как многим здесь удается сидеть на одном месте годами. Я аэронавт, сир, и стою на корабельной палубе, сколько себя помню. Небо — моя стихия. Только там я ощущаю себя… собой. Благодарю за предложение, но я не хочу менять свою привычную жизнь.
— Это можно понять, — кивнул лорд Альбион. — Однако вы исходите из ложной предпосылки. Я не нуждаюсь в услугах еще одного личного советника, капитан.
Он сложил руки на груди и слегка прищурил глаза:
— Я нуждаюсь в судне под командованием моего доверенного лица.
Гримм и Криди обменялись удивленными взглядами.
— Сир?
— Мне требуется судно, которое служило бы транспортом и поддержкой для некоей миссии, порученной моей Гвардии, — пояснил Альбион. — Как мне кажется, этому требованию вполне соответствует «Хищница», заодно с капитаном и всей командой.
— А что, если им самим не захочется соответствовать? — спросил Гримм.
Криди вроде как поперхнулся и был вынужден прокашляться.
— Я владею особым даром убеждения, — заявил копьеарх.
— У вас нет официального права заставить нас, — возразил Гримм.
— Вы совершенно правы. Но я намереваюсь добиться своего, так или иначе.
Вероятно, сказалась накопившаяся усталость, но Гримм ощутил, как в нем нарастает злость.
— Сир, — упрямо процедил он, — моя «Хищница» не продается. И я сам тоже не продаюсь.
На губах лорда Альбиона его протест отразился коротким блеском волчьей усмешки. Он уставил в Гримма указательный палец и слегка подался вперед.
— Вот именно, капитан. Именно. Вот уже полтора года, как вы служите Альбиону в качестве приватира. И особой разницы не почувствуете.
— Это очень… щедрое предложение, сир, — осторожно сказал Гримм. — Быть может, впрочем, вам не успели доложить о нынешнем состоянии «Хищницы». Ей требуется серьезный ремонт. По всей видимости, она еще очень не скоро сможет выйти в небо.
«Может, на ремонт потребуются десятки лет», — подумал Гримм про себя.
— Видите ли, сейчас она держится в воздухе на одних кристаллах балансировки.
— Сам я не аэронавт, капитан, — извиняющимся тоном вставил копьеарх, — и тем более не флотский механик. Что именно это значит?
— Сейчас наше судно способно ходить только вверх или вниз, — с готовностью объяснил ему Криди. — Да и то крайне медленно.
— Вот как, — просиял Альбион. — Так получается, что именно такую задачу я и хотел вам поручить.
Гримм сузил глаза.
— А точнее?
— Я отправляю к Платформе группу с особым заданием, — ответил копьеарх. — Это нужно сделать как можно быстрее… Еще до рассвета, если получится. Уверен, ваше судно вполне справится с тем, чтобы…
Вскипев, Гримм поднялся с кресла. Сердце в его груди билось все сильнее и громче.
— Сир! — почти фыркнул он. — Со всем уважением, к Платформе прекрасно ходит обычный транспорт. Отправьте свою группу с грузовой баржой или опустите на лебедке.
Лорд Альбион откинул голову немного назад, удивленно поднимая брови.
— Капитан, не могу даже представить, чем могло так вас расстроить мое предложение.
— Мой корабль — не баржа. И, черт возьми, я не командую лебедкой, — прорычал Гримм. — Покуда я жив, с «Хищницей» такого не случится. Ни ради флота, ни ради треклятого Совета Копья, ни даже ради вас, сир. Спасибо за предложение, но я ничем не могу помочь. А теперь прошу меня извинить. Мне нужно заняться ранеными и убитыми членами команды. Криди!
Гримм развернулся, чтобы выйти, и Криди с белым лицом выпрыгнул из кресла, чтобы последовать за своим капитаном.