Воздушная гавань

— И верно, — ответила ему Гвендолин. — Наверное, Реджи что-то перепутал.
— Надо ему помочь, — с готовностью вызвался Бенедикт. После этого его поведение заметно изменилось, и с веселой театральностью было покончено. Он без всякого выражения в лице уставился на группу позади Астора. — Пошли, парни. Давайте-ка я и вы впятером оставим Реджи и его секунданта заниматься своими делами. Я угощу вас выпивкой, и вы спокойно сможете решить, который из боев интереснее.
— «Который из боев»? — переспросила Гвен. — Ты сейчас о чем?
— У них есть выбор, — сообщил ей Бенедикт. — Смотреть на то, как Реджи сражается с Бриджет, — или на то, как я сражаюсь с ними самими. Правда, один бой закончится гораздо скорее другого.
— Сореллин, — проворчал Эстербрук голосом, исполненным мягкого укора. — Я не допущу здесь уличных потасовок.
— Сэр, — кивнул Бенедикт. — Это не превратится в драку.
На миг задумавшись, Эстербрук ответил кивком.
— Что ж, тогда ладно.
С некоторым удовлетворением Бриджет отметила, что стайка приспешников Реджи явно нервничает. Каждый пытался изобразить надменность, но уже то, как дружно они отшатнулись от Бенедикта, говорило о многом.
— Ты не смеешь угрожать мне, Сореллин, — фыркнул Реджи.
Бенедикт вытаращил на него глаза:
— Реджи, дружище, я бы ни за что не стал портить тебе сегодняшнее веселье. Тебе же известно, как высоко ты стоишь в моих глазах. Да я и волоска на твоей голове бы не тронул.
— А вот я могу! — радостно объявила Гвен. — У меня такая красивая новая перчатка, и я еще ни на ком ее не испытывала.
Эстербрук кашлянул, напоминая о себе.
— Вздор, я же выпалила не в вас, а всего лишь рядом! — сказала она ему. — Но, Реджи, позволь мне внести полную ясность. Ты искал дуэли, и ты ее получишь. Но это касается только тебя и твоего секунданта. Все остальные, включая твоих друзей, будут наслаждаться происходящим издалека. На помост поднимешься только ты сам… — Поразительно, но ее улыбка сделалась еще шире. — Это понятно?
— Мисс Ланкастер, — строго одернул ее Эстербрук. — Я вполне уверен, что этот молодой человек не имеет намерений оскорбить Дом Астор подобными действиями в этот столь важный для него день.
— Разве что он… — добавила Бриджет, — как бы сказать… возможно, опасается меня?
Гвен вскинула на нее сияющие глаза:
— Разве что так!
— Хватит с меня, — прорычал Реджи. — Распорядитель, мы приступаем.
Обернувшись к друзьям, он велел им:
— Ступайте с Ланкастерами и проследите, чтобы они не вмешивались.
Гвен повернулась к Бриджет, твердо кивнула ей и попросила:
— Не сочти за труд, постарайся заставить его разреветься. Публика это оценит.
Бриджет невольно хохотнула, чтобы внезапно ощутить, как отступает затаившееся в животе болезненное напряжение.
— Просто дыши, — посоветовал ей Бенедикт. — Расслабься. Дай ему самому совершить первую ошибку. Поверь, в этом на Реджи можно положиться.
Ободряюще улыбаясь, он коротко сжал ей плечо пальцами.
Затем ее друзья направились к стайке громил Реджи, чтобы вместе с ними отойти на приличное расстояние; все как один, включая и Гвендолин с Бенедиктом, вежливо улыбались друг другу и шагали с такой осторожностью, будто в любой миг ожидали от соседа внезапного нападения.
Обведя взглядом собравшихся зевак, Эстербрук сокрушенно покачал головой. Он даже прошептал что-то едва слышно, что-то насчет Высоких Домов и их театра, и лишь тогда повернулся к Бриджет.
— Мисс Тэгвинн, — сказал он, — как сторона, получившая вызов, вы можете решить, кто из вас первым займет свое место на помосте.
— Прекрасно, — сказала она. — Где будет стоять Роуль?
— На земле, рядом с помостом. Только мне самому и двум секундантам разрешается подойти к нему ближе чем на десять футов. Таковы правила.
— Оттуда я ничего не увижу! — возмутился Роуль. — Немедленно поменяйте это свое правило.
Крякнув, Эстербрук задумался. Потом, развернувшись, поднял один из больших колоколов, прямо в тяжелой железной раме. Едва ли колокол весил хоть на унцию менее трех сотен фунтов, но этот довольно хлипкий с виду человек подхватил его с легкостью, с какой обычные люди переставляют стулья в гостиной. Подняв, Эстербрук перенес колокол к ближайшему углу помоста, где и опустил на землю.
 
— Это для вас, сэр кот, — объяснил он. — Отсюда все будет видно. Устроит ли вас такой вариант?
Роуль мрачно воззрился на колокол, потом спокойно вспрыгнул на него. Сделал несколько шагов, выбирая место, и лишь тогда уселся:
— Устроит. Едва.
— Превосходно, — кивнул Эстербрук. — Мисс Тэгвинн?
— Я поднимусь первой, — решила та. — Скорее начнем, скорее закончим.
— Как пожелаете, мисс, — не стал возражать Эстербрук.
Считаные секунды спустя Бриджет обнаружила себя на помосте, где обвела взглядом бессчетные головы собравшихся полюбоваться дуэлью. Их там было… Скажем так, еще никогда она не видела столько людей в одном месте и ни за что не собиралась позволить себе думать о количестве устремленных на нее жадных глаз. Тогда она попросту завизжала бы от страха. Поэтому Бриджет повторила про себя напутственные слова, сказанные Бенедиктом, и принялась дышать медленно и ритмично, сосредотачиваясь на своем окружении и противнике.
Реджи поднялся на помост в дальнем от нее углу, оставив секунданта стоять точно позади. Когда он расправил плечи, толпа отозвалась приветственными возгласами и аплодисментами, криком и свистом. Шум поднялся такой, будто прогремел далекий гром: совсем как те раскаты, что долетали порой до хаббла Утро во время особо неистовых весенних гроз.
— Мышонок, — донесся сзади негромкий голос Роуля. — Помни, кто ты такая. Это животное хочет отобрать у тебя все, но ты ему не позволишь.
Она обернулась, чтобы ответить коту прямым взглядом и коротким кивком головы. После чего вновь уставилась вперед, на Реджи.
Эстербрук с легкостью вспрыгнул на помост и направился в самый его центр, где и встал, держа в правой руке простой алый платок. От Бриджет не ускользнула, естественно, вся символика цвета этого лоскута — цвета пролитой крови. Дуэльный помост был местом кровопролития, местом боли и смерти, и в ближайшие секунды эти абстрактные понятия могли предстать реальностью.
Сосредоточься. Ей просто необходимо сосредоточиться. Бриджет старалась размеренно дышать, снова и снова выбрасывая из сознания все, кроме себя самой, дуэльного помоста, Реджи и куска алой ткани в руке распорядителя.
Эстербрук тем временем кратко описал для собравшихся причину сегодняшней дуэли и отметил, что Бриджет предпочла сойтись со своим противником в рукопашной схватке. Реджи ухмылялся вовсю. Выражение его лица должно было сообщать самодовольную, чопорную уверенность, вот только… Бриджет вроде бы показалось, что она различает в его глазах тень чего-то еще более темного и гадкого. Сам Реджи мог даже не подозревать, сообразила она, но он от всей души ее ненавидел. Или, во всяком случае, ненавидел нечто такое, что прямо сейчас по странной случайности обрело форму Бриджет.
Реджи не пропускал тренировок. Он хорошо знал, каково это — сражаться без оружия. Она тоже готовилась к нынешнему бою, но мало чему успела научиться…
«Победу обеспечит не количество усвоенных навыков, — повторял ей в последние дни Бенедикт, — а их качество».
Бриджет очень надеялась, что он окажется прав.
Эстербрук поднял руку. Уже через миг распорядитель уронит свой платок, и, когда тот коснется помоста, начнется дуэль.
Просто дыши. Сосредоточься. Сфокусируйся. Дыши.
Распорядитель выпустил платок из пальцев.
И в воздухе неожиданно разлился низкий, пронзительно-громкий, настойчивый вопль.
Толпа застыла. Бриджет в замешательстве огляделась вокруг, но увидела лишь Реджи, стоящего с запрокинутой головой и приоткрытым ртом. Лицо Эстербрука на миг обрело недоверчивое выражение. Но затем, по мере того как протяжные завывания все тянулись, падая в тоне и вновь поднимаясь выше, снова и снова, выражение на его лице окрасилось угрюмостью.