Хрустальный монарх (СИ)
— О, Ледас! — завидев меня, солнечный маг даже помахал, чего я от него не ожидал. Да и его непринужденная поза говорила о том, что Алахар, похоже, закончил со своим хороводом. — Знакомься, мэтр Каттант, дипломированный чародей и големостроитель.
— Хм. Рад знакомству. Белый лев, так? — Каттант приподнял поля шляпы и слегка кивнул. Вблизи стало видно, что его волосы седые, но сам он выглядел лет на двадцать пять, не больше. — Наслышан, наслышан. Вижу, тебе довелось повстречать Иви.
— Рад знакомству. — я кивнул колдуну в ответ. — Да, мы встретились, когда я…
— Сбе-ежа-ал. — Алахар зевнул, прикрыв рот рукой.
— … Да, если кратко. — я усмехнулся. Стигматолог, вроде, не злится, хотя и не хотел отпускать меня дальше, чем на два шага. Не знаю что творится в его голове, но если всё хорошо, то какая разница? — Мы весело провели время.
— Что ж, приятно слышать. Похоже, эмпирический тест она прошла успешно. — колдун осмотрел свою спутницу, но как-то профессионально, а не по дружески.
— Простите?
— Давай на «ты». — поправил меня Каттант и посмеялся. — Сложные слова, магия и все дела, но постараюсь попроще. Как големостроитель я недавно ввёл для своих творений понятие эмпирического теста, цель которого не дать людям понять, что они говорят с големом. Другими словами, Иви очень успешно имитирует человека. Ты уже сам убедился, так что…
— Да не верю! — в этот момент я немного обалдел и даже забылся. — Я, конечно, заметил, что она странная, но… Голем?! Вот эти каменные боевые гиганты?
— Успешно прошла. — тут уже засмеялся Алахар.
Иви всё это время бегала глазами между всеми нами и хлопала ресницами. И этот земляной запах, видимо, исходил от неё.
— И что, значит, что она не живая? — я с каким-то сожалением посмотрел на девушку, которая тут же уставилась на меня в своей резко-неожиданной манере.
— А это вопрос даже не големостроения, а философии. — усмехнулся Каттант. — Но давай я объясню тебе в следующий раз. Если будет настроение, загляни в мою крепость. «Тихая нора» место, конечно, пустое, я живу там один, но гостеприимное. Может, скоро сделаю себе големов-служанок…
— Отличная мысль… — Алахар приложил руку к подбородку и задумался с таким лицом, как будто ему сказали нечто совершенно уникальное и гениальное.
Я бы назвал этих двоих извращенцами, но, всё таки, именно такие люди и двигают науку.
— Запомни эту идею, договорим потом. — уходя от Каттанта сказал Алахар и снова зацепил меня с собой. Я же смотрел на Иви, которая провожала меня своими голубыми глазами и как будто хотела что-то сказать.
— Что теперь?
— Скоро начнётся сам бал. — заиграла торжественная музыка. — …Сейчас начнётся сам бал. И именно поэтому нам надо как можно скорее исчезнуть.
— Это ещё почему? — неожиданно для себя вдруг воспротивился я, уже и забыв, что не очень то полюбил это место.
На главном балконе началось движение — вышла Стайни, которая, как одержимая, не стеснялась сыпать мне подмигивания даже в такой торжественный момент, и незнакомая мне девушка. С первого взгляда понятно, что она не была человеком. Белые волосы, что, в общем-то, не было редкостью среди людей, может и не говорили об этом, но вот рога, венчавшие её лоб, и голубые глаза с узкими зрачками давали жирнющий намёк. Сначала я подумал, что это демон, но более логично будет предположить, что это ирис — особенная раса, приближенная к богам природы. Их как-то страстно обсуждали в Бюро, когда речь зашла о браконьерстве, морали и наживе. Странно, что один из них находится на службе короны… Хотелось бы узнать её поближе. Но времени на это не было — на балконе появилась русая макушка с миниатюрной короной, которая принадлежала явно принцессе Анне…
На рассмотрение которой Алахар не оставил мне никаких шансов, впопыхах утащив меня из бальной залы.
Глава 16: "Начало торжества"
Если мой сон выглядит как нечто несуразное и непонятное, и если наутро я его запомнил, значит, он определённо вещий. Этот как раз был из разряда подобных.
Мне снилось, как стая собак, абсолютно одинаковых, выстроилась вдоль дороги, а среди них стояли львёнок с белой шерстью, соловей и рыжая… Куница? Какой-то такой зверёк. А прямо напротив них, за мирно сидящими собаками, росло дерево, похожее на сосну. Львенок, соловей и куница оглядывались по сторонам и принюхивались, но так же спокойно сидели и ждали чего-то. В какой-то момент на дороге появился воробей, маленький, как горошина. Просто появился, возникнув из воздуха, и заметался от одного края дороги до другого. Головы собак двигались вслед за каждым движением воробья как заворожённые. Раздался непохожий ни на что звук, собаки залаяли и пошли пеной, превращаясь в клыкастых мышей. Львёнок и куница тут же стали грызть их без разбора, соловья смело волной мышей, а воробей упал на землю вверх лапками и прикинулся мёртвым.
***
— Ну прости. — хихикала Стайни, одновременно делая глоток пива. — Это не самое худшее прозвище для авантюриста, которые я слышала! Да и вообще, разве тир Белый лев не звучит?
— Не особо. — бросив попытки отчитать девушку за выходку, я решил утопить горе в алкоголе и залпом осушил свою кружку. — …Остаётся надеяться, что однажды я привыкну к этому. И до Тира мне ещё далеко.
— Где твоя подружка, кстати? — спросила авантюристка и начала полоскать рот пивом, перекатывая от одной щеки к другой.
— Ранена на задании, лежит на лечении. — Забыл сказать, что по моей вине и от моих рук, но Стайни это волновать не должно.
— Не страшно. — с какой-то пренебрежительностью ответила она. — Нет, правда! На самом деле, если авантюрист выжил, то остальное не важно. Любые раны могут залечить маги, жрецы или апотекарии, алхимики, лекари, а может найдется кто-то с уникальным исцеляющим навыком. Что я говорю, ранена-не мертва, так что жить будет. Понимаешь?
— Вроде того. — я усмехнулся. Сумбурно, но понятно и искренне. Я даже рад, что именно Стайни становится моей подругой в Бюро, а не какой-нибудь до жути профессиональный, но угрюмый и сосредоточенный авантюрист.
— Жаль, что лисичка на парад не успеет. Вот это плохо. — Стайни нахмурилась, повертев пустеющую кружку в руке.
— Он, кстати, скоро начнётся. Ты вроде хотела попасть в первые ряды?
— Точно! — разбойница резко поднялась на ноги, оттолкнув стул, и хлопнула ладонями по столу. — Надо успеть занять позиции! Пошли, пока народ не набежал, а то потом не протиснешься.
Стайни, воодушевленная парадом, вприпрыжку выскочила из таверны, я заплатил за пиво и мы пошли к главной площади. Разбойница периодически издавала похожие на писк звуки, прыгая выше обычного, а я старался игнорировать её присутствие и делал вид, что она не со мной. Довольно странно, что нахождение в компании с эбонитовым авантюристом способно так публично унижать. Но у меня из головы не выходили те гоблины, которым тот таинственный Зингер что-то поручил в день коронации. Наверное, было бы намного разумнее предупредить об этом кого-нибудь, Далги, или хотя бы Стайни, но теперь поздновато.
— Знаешь… — подумав, что лучше поздно, чем никогда, я всё же решил сказать Стайни об этом. — Когда я помогал одной моей подруге излечиться от огромной груди и спасал другую от похищения гоблинами… В общем не суть, у меня есть информация, что Зингер из канализации приказал группе гоблинов что-то сделать во время коронации. Поздновато говорю, но, думаю, тебе стоит знать такие вещи.
— Ну да, стоит. — Стайни слушала меня с удивленным лицом, а затем непринужденно добавила. — Я поэтому и знаю.
— То есть… В смысле?
— Ну а вот. — она вжала голову в плечи, прибавив себе пару тройку подбородков, и отвернулась. — И отстань вообще.
— Что происходит? — неловкая улыбка от непонимания происходящего натянулась на моё лицо.
— Да просто. — всё ещё прижимая голову к плечам Стайни посмотрела в другую сторону. Но потом приняла свой обычный несерьезный вид и деловито подняла палец. — В конце концов, мы не просто так в первые ряды идём.