Жатва (СИ)

— «Хорошо, малыш. Я рад, что ты у меня есть. Будем становиться сильнее. Кстати, а как мы становимся сильнее?»
— «А вы разве не почувствовали, хозяин, как во время той битвы в нас закипала кровь? Как раз в этот момент и прибавлялась сила».
Когда бы я мог такое почувствовать? В Латакии я воевал, будучи пьяным, поэтому не помню своих ощущений.
Я попрощался с Нагером и, погруженный в свои мысли, покинул ангар. Навстречу мне уже бежал запыхавшийся боец, который сообщил, что Веру увезли в больницу, потому что у нее начались схватки. Екатерина Петровна наспех собрала сумки в дорогу, и Алексей, не дожидаясь меня, принял оперативное решение доставить Веру в перинатальный областной центр на вертолете.
Я корил себя, потому что в этот важный момент меня не было с ней рядом. Получалось как-то все не по плану. Рожать мы хотели в столице, у лучших врачей, но только через две недели.
Пока меня искали, Володя уже подготовил кортеж, и мы помчались в областной центр. На душе было неспокойно. Я думал о том, как пройдут роды. Зло выругался. Водитель принял это на свой счет и добавил газу.
Никто из нас не остановился на стойке регистрации. Мой боец нашел белые халаты, и мы быстрым шагом направились прямо в родильное отделение. Акушер, который пробегал мимо нас, указал на дверь, где сейчас у Веры принимали роды.
Я зашел внутрь помещения. На кушетке лежала Вера, ее лицо выражало страдание. Она кричала и выгибалась от боли. Принимающие роды были сосредоточены и не отвлекались на раздражающие факторы вроде меня. Вера увидела меня в дверном проеме и потянула руки, как будто прося помощи. Я подскочил к ней, взял крепко ее руку и приложился губами к мокрому лбу. Принялся успокаивать ее.
— Потерпи немного, дорогая. Скоро все закончится. Думай о детях
— Алекс, Алекс! Как больно! Что ты сделал со мной? Я никогда больше не буду рожать!
— Дурочка моя, успокойся.
Вера опять начала громко стонать. Акушер попросил выйти и не мешать им заниматься своим делом. Я послушался его. Выходя, прошептал:
— Держись моя милая. Я буду рядом. Все будет хорошо.
Долгие часы еще раздавались крики моей любимой девочки. Время тянулось медленно. «Почему так долго? Когда же все это закончится? Как же сильно она страдает!» — прокручивалось у меня в голове. Я боялся, что она просто не вынесет этих мучений.
Врач, который проходил мимо нас, отвечать на мои вопросы не хотел. Очевидно, что я не первый такой взволнованный папашка в его практике. На мой вопрос о течении родов, лишь коротко отрезал мне:
— Роды сложные. Два крупных плода. Девочка лежит поперек. Если она сама не справится, будем «кесарить». Врачи опытные.
Я немного успокоился от его слов. Володя носил мне кофе и не решался заговорить. Я курил сигареты одну за другой. Разрывавшийся от звонков телефон перевел на беззвучный режим. Видя мое состояние, Володя взял телефон и стал отвечать на звонки. Всех интересовало течение родов и состояние Веры. Я поймал себя на мысли, что если ее не станет в моей жизни, то жизнь потеряет всякий смысл.
Вера перестала кричать на секунду, и я услышал тонюсенький плач младенца, через пятнадцать минут второй детский голосок. Вера молчала. Мое сердце сильно забилось в предчувствии беды.
Вышел акушер и, улыбаясь, подошел ко мне. Я готов был разорвать его за эту улыбку. Взял его за грудки и начал трясти.
— Ну же! Говори! Что с ней? Что с малышами?
— Все хорошо. Роды прошли успешно, вы можете пройти к жене и детям.
Я выдохнул с облегчением.
Вера лежала на столе. Лицо было мокрое, она выглядела уставшей, но счастливой. Держала в руках двух очаровательных малышей, которые уже причмокивали ее грудь. Я был умилен этой картиной. На душе было так радостно, как будто я сделал что-то хорошее. Вот так я стал отцом.
Неожиданно здание зашаталось, мебель стала разъезжаться, медицинские приборы посыпались на пол, разбиваяся вдребезги.
***
Величественно, неторопливо, Морриган выходила из своей купели, наполненной до краев эссенцией человеческих душ. Десяток слуг подносили предметы одежды и роскоши, не смея поднять глаз на нагую госпожу. Эту процедуру омоложения тела она проходила бесчисленное количество раз. Сейчас она выглядела великолепно: смуглая кожа стала нежной и бархатистой, выразительные голубые глаза, утонченные черты лица, роскошная копна пепельных волос, идеальная фигура. На вид ей было не больше тридцати лет.
 
Облачившись в золотые доспехи, которые подчеркивали красоту ее тела, Богиня последовала в тронный зал. Там ее дожидались Адепты апокалипсиса — ее верные слуги: Мортус, Криег, Хатор, Орнус. При ее появлении эти внешне ужасные создания, служившие тысячелетия верой и правдой Богине, почтительно склонились перед ней. Морриган села на свой трон и сделала повелительный жест рукой, приказывая им подняться.
— Мои верные Адепты, время пришло. Очередной Мир нуждается в «Жатве».
Каждое свое слово она произносила неторопливо, но четко. В ее голосе чувствовалась сила и власть. Для нее не существовало понятия времени — Морриган бессмертна, время над ней не властно.
К ней обратился невысокого роста старик-киборг. Половина его лица была обычной, другая состояла из биополимеров. Искусственный глаз горел ярким красным светом. Кисти рук заменяли многофункциональные протезы. Это был ученый Ахрим, верный слуга Богини смерти.
— Повелительница, все готово. Проект «Эволюция» прошел предварительное тестирование и полностью готов к работе. Мы можем запускать его сразу же, после того, как планета переместится в систему Х801404G.
— Не торопись, Ахрим. Перемещай вначале Морру. Затем терраформируй планету, и когда она будет изменена, запускай проект «Эволюция». Меня же ждет встреча с дочерью.
Ахрим занял место у голографического стола и едва уловимыми глазу, но быстрыми движениями рук начал вбивать координаты перемещения Морры. Через некоторое время открылся портал колоссальных размеров, который поглотил планету и перенес ее в систему Х801404G.
***
— Быстро, все на выход! Володя, готовь машину! Будем выбираться отсюда.
Я не был готов к такой скорой транспортировке малышей из роддома, наспех смастерил переноску из простыней, запеленал их и понес к машине. Малыши на удивление вели себя тихо и внимательно наблюдали за тем, что делает их папа. Бойцы аккуратно уложили Веру, и мы выскочили на улицу. Земля буквально ходила ходуном. Тут и там расходились трещины, здания шатало из стороны в сторону. От этой тряски сложно было стоять на ногах. Кругом кричали люди, куда-то бежали, падали. На улице царил хаос. Еще несколько сильных толчков, которые заставили меня пригнуться, и здание больницы сложилось, как карточный домик, корпус за корпусом. Как же вовремя мы ее покинули. Неужели началась «Жатва»?
С детьми в руках я стоял перед машиной. Володя настойчиво просил поторопиться, а я зажмурился и задрал голову вверх. Тяжело дышал, отсчитывал секунды и не решался смотреть на небо. Я боялся увидеть в нем знамение «жатвы». Пять, четыре, три, два, один… На выдохе открыл глаза.
— Сука, сука, сука! Ну почему сейчас? Почему не через три года, как обещал Предок?
В небе находился колоссальный объект, сопоставимый с Луной. Но я знал, что это планета Морра, которая превосходит по своим размерам Землю, а правит этой планетой Богиня смерти Морриган.
— Алекс, что происходит?
— Началось…
  
Глава XI
 
Мы медленно плелись по городу, объезжая препятствия. Толчки периодически то затихали, то усиливались. Они ощущались и во время движения машины. Лопался асфальт. Здания рушились, как картонные, а некоторые уходили под землю. Водитель маневрировал, объезжая поваленные деревья, столбы электропередач и провалы. Люди толпились на открытых площадях, подальше от домов. Мы стали свидетелями, как после очередного сильного толчка образовалась воронка, а земля поглотила всех, кто был на площади.