Возмездие леди Гамлет

– Хотел увидеть папеньку! – выпалил Поль, хотя Никита попытался его удержать.
– Вот как? – Маменька посуровела. – Вот уж в этом я тебе никак не могу помочь!
Она повернулась к одному из сопровождавших ее гвардейцев и сказала негромко, но так, что все ее услышали:
– Его семя! Ничего с ним не поделаешь!
После чего развернулась и ушла, более ничего Полю не сказав и не поцеловав его на прощание.
Домой Галина вернулась в расстроенных чувствах. Она хотела побыть одна, чтобы обдумать все то, что узнала и увидела, – но этому намерению не суждено было осуществиться.
Как хорошо было бы укрыться пледом и посидеть в шезлонге на террасе, глядя на море, этот вид всегда ее успокаивал. И отец любил там сидеть, говорил, что ему там лучше думается, вид моря очищает и проветривает голову. Так, может, и Галину посетили бы какие-нибудь здравые мысли. Господи, как не хватает отца!
На этот раз сердце не заныло от боли. Да, слишком много у нее проблем, не время сейчас горевать.
Едва она вошла в дом, навстречу ей выбежала сияющая Анфиса.
– Галиночка Леонидовна! – проговорила она с наигранной радостью. – А к вам гости приехали!
– Гости? – удивленно переспросила Галина. – Какие еще гости? Я никого не ждала!
– А это мы! – раздался в холле громкий, жизнерадостный голос, и тут же Галина увидела своих школьных подруг – Розу Айниуллину и Ангелину Широкову.
Крупная шумная Геля как всегда выступала впереди, тихая хрупкая Роза держалась в тени, как прогулочная яхта в кильватере океанского лайнера.
– Девочки… – Галя растерянно встала на месте. – Ну надо же…
– Что так смотришь? – громко рассмеялась Ангелина. – Как будто привидение увидела. Не узнала школьных подруг?
В школе три девушки действительно близко дружили, вместе готовили уроки, вместе проводили праздники, но после окончания их дороги разошлись. Геля уехала в Москву и поступила в Институт международных отношений, Розу татарская семья рано выдала замуж за обеспеченного бизнесмена-единоверца, а Галина тогда ездила с отцом в Штаты, так что даже на свадьбе не была. Впрочем, Геля писала, что не больно-то и приглашали. Она-то, конечно, прорвалась, но все там было по старинке, на нее родственники косились.
Галина закончила университет, потом уехала учиться в Швейцарию. Геля наезжала из Москвы нечасто, Роза родила ребенка и прочно осела дома. Уже года два подруги только переписывались по электронной почте и перезванивались, и то не слишком часто.
– А я приехала из Москвы и решила: что, в конце концов? Нужно увидеться, посидеть… Узнала, что ты тут, вытащила Розку… – Геля Широкова гудела, как огромный шмель.
Галина вспомнила, что и в школе подруга немного утомляла ее своей активностью, своим громким голосом и уверенным, нахрапистым поведением.
Она поглядела более внимательно.
Внешне Гелька изменилась – стала какая-то слишком развязная, и взгляд такой… мутноватый, что ли… Раньше тоже была шумная, но открытая – что на уме, то и на языке. Что ж, два года прошло, люди меняются. А может, ей только кажется.
Вот Розка выглядит ничего себе. Только одежда, как всегда, ей не подходит. Она всегда была худенькой, незаметной, а родители заставляли ее носить вещи дорогие, но тяжеловесные. И драгоценностей понавешала на себя – муж, наверно, велит, чтобы все видели, какой он богатый. Ну, у них так принято.
Тем не менее она обрадовалась появлению подруг: можно было поболтать, вспомнить старые времена, а самое главное – можно было какое-то время не думать о своих невеселых проблемах.
– Пойдемте ко мне… – начала было Галина, но Широкова перебила ее:
– Нет, ты тут и так сидишь взаперти, как заколдованная принцесса в башне. Мы не для того приехали, чтобы разделить твое затворничество! Я, конечно, понимаю, у тебя было тяжелое переживание, можно сказать стресс, но нельзя надолго застревать в негативе! Нужно жить будущим, идти вперед! Мы тебя вытащим на люди!
– Да меня не тянет на люди… – попыталась возразить Галина, но Широкова, как и прежде, не принимала никаких возражений, она все решала за всех и уверенно проводила свои планы в жизнь.
 
– Все, немедленно отставить разговоры! – прикрикнула она. – Быстро переодевайся, и поедем! Тут совсем недалеко, на Приморском шоссе открылся новый ресторан, вполне приличный. Посидим там, поболтаем, развлечемся…
Галина знала, что спорить с Ангелиной бесполезно, и отправилась переодеваться.
Широкова и тут взяла все в свои руки, притащилась за ней в спальню, всунулась в шкаф.
– Что ты надеваешь? – воскликнула она, всплеснув руками. – Такое впечатление, что ты не из Швейцарии приехала, а из какой-нибудь захолустной мусульманской страны! Ты бы еще хиджаб надела! Извини, Розка, я тебя не хотела обидеть! Найди что-нибудь поярче, посветлее, более открытое…
– Да это и так достаточно открытое платье… куда уж больше, мне же не в шоу выступать…
– Нет, нет и нет! Надень вот это… и макияж – ну что это такое? Ты ведь не на собственные похороны собралась! Дай-ка, я сама подправлю… вот так – другое дело!
Через полчаса, проходя через холл, Галина увидела свое отражение в зеркале – и не узнала себя. Короткое бирюзовое платье… откуда оно взялось? И этот кричащий макияж… Господи, да Гелька ее своей помадой намазала! А ведь они еще в школе подсмеивались над ее пристрастием ко всему яркому!
– Отлично! – одобрила Геля, появившись рядом. – То что надо! Все парни будут твои! Кроме тех, которые будут мои, разумеется… – Геля громко захохотала.
– Да не нужны мне никакие парни… – вяло сопротивлялась Галина. – И так обойдемся…
– Не говори ерунды! Как это без мужиков? – Ангелина удивленно развела руки.
И Гале вдруг вся сцена, весь их разговор показался фальшивым. Ну вот как будто актеры в театре произносят привычные реплики, а сами думают о чем-то своем.
Галина позвала было шофера, но Широкова только возмущенно фыркнула:
– Что, не можешь из дому выйти без надсмотрщика? Мне нянька не нужна! Будет только на нервы действовать! Я хочу чувствовать себя свободной! Поедем на моей машине!
– На твоей? – Галина с сомнением взглянула на подругу. – Но ты же явно собираешься выпить!
– Само собой!
– И как же в таком случае мы поедем обратно?
– Розка поведет! Ей все равно по их мусульманским законам пить не положено!
Роза кивнула и улыбнулась – что, мол, поделаешь, знаешь же, что с Гелькой спорить себе дороже обойдется, это же не человек, а тайфун по имени Ангелина.
Еще через полчаса подруги вышли из машины на парковке возле нового ресторана.
Здание, в котором он располагался, представляло собой три стеклянных куба, сдвинутые под разными углами – как будто какой-то великан, играя в кости, бросил на прибрежные дюны три огромных стеклянных кубика да и забыл их там.
Геля уверенно направилась к стойке бара. Видно было, что она в этом заведении не первый раз.
– Стас, мне как всегда, – сказала она бармену. – А моим подругам… ну, для начала – «Поцелуй Ди Каприо»!
– Геля, ты же знаешь, мне нельзя! – попыталась возражать Роза, но Широкова мгновенно пресекла бунт на корабле:
– Во-первых, это самый легкий коктейль из тех, что здесь готовят. Почти безалкогольный. Во-вторых, мы не в Иране и не в Саудовской Аравии. И, в‐третьих, твой муж и остальные мусульманские родственники никогда об этом не узнают.
– Да, но ты же хотела, чтобы я потом вела машину!
– И поведешь! Что такого? Я же тебе сказала, это – самый легкий коктейль! И вообще – ты что, забыла, что спорить со мной бесполезно? Все равно будет по-моему!
Роза вздохнула и сдалась.
Бармен, непринужденно болтая с клиентками, смешал им коктейли. Галина пригубила свой. Коктейль и правда показался ей легким и очень вкусным, настроение сразу улучшилось, проблемы отодвинулись на задний план. В самом деле, что она все киснет? Можно с подругами немного развлечься.
– Молодцы, девчонки, что приехали! – проговорила Галя, улыбаясь. – И молодцы, что вытащили меня из дома!