Путь домой (СИ)

Идем по коридору и поднимаемся на этаж выше. У лестницы находится окно, и я понимаю, что сейчас либо поздний вечер, либо ночь. Попадаем на этаж, очень похожий на второй, двери тоже пронумерованы, только цифры начинаются с тройки. Останавливаемся у комнаты № 305.
Открывает её и пропускает меня внутрь.
Ого…
Эта комната раз в пять больше той, в которой я была. И она полностью обставлена. Светлые стены с узорами. У дальней стены, посередине, стоит большая кровать со стойками и балдахином. Справа от неё окно, закрытое светло-розовыми шторами. Рядом стоит кресло, сидя на котором, думаю, очень удобно читать книги. Слева от кровати шкаф четырехдверный, который занимает половину стены. Чуть дальше находится дверь, к которой меня и подталкивают.
Небольшая ванная комната с унитазом, ванной и раковиной.
— Иди прими душ, нет времени лежать в ванной, ты должна предстать абсолютно чистой перед хозяином.
— Какой еще хозяин? Я ни на что не соглашалась, — поворачиваюсь к ней и начинаю возмущаться.
Двадцать первый век на дворе, какой хозяин?!
— Без пререкательств, — повышает голос и грозно смотрит на меня. — Иначе тебе сейчас помогут. А хозяину очень не понравится, что тебя запачкает другой мужчина и отдаст обратно, в бордель. Уж поверь, лучше ты будешь давать только одному.
— Я вообще не собираюсь никому ничего давать, я хочу уйти отсюда!
Чувствую, как потихоньку приходит истерика, которую я усиленно сдерживала внутри себя, и иду к выходу из ванной комнаты. Я здесь не останусь!
Грымза хватает меня одной рукой за плечо, другой включает душ и тихо говорит мне:
— Я не люблю повторять несколько раз, у нас не так много времени. Я работаю здесь не первый год и многое повидала. Считай, тебе повезло, что у тебя появился хозяин. Если впечатлишь его, то будешь как сыр в масле кататься: носить красивую одежду, вкусно есть и выходить на улицу. А главное спать только с одним мужиком, а не с толпой. Поверь мне, если тебя отдадут обратно в бордель, то ты не выдержишь и нескольких дней. Ты невинная девочка, не умеющая ничего, и тебе будет очень тяжело принять за день десятерых. А так будет только один, — крепче сжимает мое плечо и смотрит на меня странным взглядом. Каким-то уговаривающим и грустным.
— Пожалуйста, помогите мне выбраться отсюда, — прошу её.
— Отсюда невозможно выбраться. У тебя есть только выбор: либо вернуться обратно в бордель, либо стать девочкой хозяина. Я настоятельно советую выбрать второй вариант.
— Л-ладно…
Если выбирать из двух зол, то, конечно, лучше второй. Может попадется нормальный хозяин и мы сможем договориться?
Скидываю сорочку и встаю под струи душа.
Как же приятно чувствовать капли теплой воды на своей коже. Мне передают мочалку и несколько бутылочек. Открываю одну — гель для душа, приятный аромат, очень нежный, немного на розу похож. С удовольствием намыливаю себя. Затем шампунь из второго бутылька наношу на волосы.
Минут через десять меня начинают поторапливать. Ну конечно, время.
Выключаю душ, вытираюсь полотенцем. Встаю босыми стопами на пол. Тепло. Видимо пол с подогревом.
Мне вручают зубную щетку с пастой. Наконец-то могу почистить зубы.
— Надень это, — дает мне в руки что-то белое. Разворачиваю. Снова сорочка. Только теперь белая. Видимо под цвет невинности.
Надеваю. Длиной она оказывается чуть выше колен, и сама по себе довольно открытая.
— А нижнее белье будет?
Некомфортно всё-таки без трусов стоять.
— Оно тебе не понадобится.
Ну я так и знала.
— Садись на табурет, спиной ко мне.
Вижу у нее в руках фен и расческу, неужели сама мне будет волосы сушить? Сажусь. И действительно, она начинает сушить и расчесывать мне волосы. Причем аккуратно, без резких движений. На минуту прикрываю глаза и возвращаюсь в детство, когда мне было лет шесть. У меня тогда были длинные волосы, до поясницы, и мама всегда сама их мне расчесывала массажной щеткой. Почему-то это одно из самых приятных воспоминаний.
— Вставай и повернись ко мне, — прерывает мои воспоминания.
 
Встаю и разворачиваюсь. Осматривает меня с головы до ног.
— Неплохо, — выносит вердикт. — Можно было бы, конечно, еще побриться, но нет времени, да может и не понравится ему.
Видимо она имеет ввиду мои волосы в зоне бикини. Мне они никогда не мешали, я и не сбривала. Тем более они сами по себе довольно светлые и не густые.
— Пойдем.
Открывает дверь и пропускает меня в комнату.
— Садись на кровать и жди.
Идет к выходу, но прямо возле двери останавливается, слегка поворачивает голову в мою сторону и тихо произносит:
— Лучше прими его правила.
Открывает дверь и выходит из комнаты.
Я остаюсь снова одна, только уже в другой комнате. Сажусь на кровать.
Чувствую, как ноги и руки начинают дрожать. Страшно.
— Боже мой, что же сейчас будет… — опускаю локти на колени и тру лицо.
Хоть бы мужчина оказался нормальным. Бывает же такое. Может он поможет мне вернуться домой? Очень надеюсь на это.
Спустя минут двадцать решаюсь пройтись по комнате, чтобы хоть немного отвлечься.
Только встаю и слышу, как дверь открывается. Её, кстати, не закрывали на ключ. Видимо решили, что смысла нет.
Поворачиваю голову туда. Заходит мужчина. На вид лет сорок, среднего роста с, как у нас называют, пивным животом, в черной рубашке, расстегнутой на несколько пуговиц, из-под которой видны черные волосы, и черных брюках. Определенно восточной внешностью, темные волосы, небольшая борода, а взгляд… не предвещающий ничего хорошего.
Останавливается в метре от меня и начинает рассматривать. Появляется такое ощущение, что хочет съесть.
Теперь я уже сомневаюсь, что он поможет мне выбраться отсюда.
— Ну здравствуй, красавица, — спустя несколько минут говорит мне.
— З-здрасьте.
Да хватит уже заикаться, Милана! Но ничего не могу поделать, его взгляд очень пугает. Хищный какой-то.
— Подойди ко мне, — произносит тихим, хриплым голосом.
Страшно ослушаться и страшно подходить. Но он же не ударит меня? Смысла нет. Хотя кто их знает этих хозяев, может им больше не секса хочется, а крови. Потихоньку иду к нему.
— Не бойся, девочка, — криво усмехается. Улыбка ничуть не лучше взгляда. — Я тебе ничего не сделаю… пока, — еще шире улыбается.
  
Глава 5
 
Останавливаюсь в нескольких сантиметрах от него. И сразу хочется сбежать. Особенно когда вижу, как он поднимает руку. Интуитивно сжимаюсь.
Подносит её к моей голове и проходит ею по волосам, слегка перебирая их. Опускается к лицу и начинает гладить по щеке. Как же противно.
Потихоньку опускается к шее, затем еще ниже. Обводит грудь, талию, как будто очерчивая мою фигуру, и резко убирает руку.
— Раздевайся, — произносит и начинает расстегивать свою рубашку. — Хочу посмотреть на тебя.
А я стою в ступоре.
Я никогда не раздевалась перед мужчиной. Не могу даже пошевелиться.
— Запомни, девочка, только от тебя зависит насколько больно тебе будет, я не особо люблю церемониться.
Расстегивает последнюю пуговицу и направляет взгляд на меня.
— Не будешь меня слушаться, будет очень, — смотрит мне прямо в глаза. — Очень больно.
Видимо придется раздеваться. Не очень-то хочется, чтобы было больно, а избежать секса с ним у меня вряд ли получится. Пока других вариантов я не вижу.
Отхожу на несколько шагов назад, снимаю сорочку через голову, кидаю её на пол и остаюсь в чем мать родила. Еще и босиком, тапочки остались в ванной комнате. Ладно хоть температура здесь вполне комфортная, хотя я всё равно начинаю дрожать.
— Красивая… — произносит спустя несколько минут.
Да почему же он смотрит на меня таким взглядом? Ощущение, что он прямо сейчас на меня набросится без всяких прелюдий. Вполне вероятно, что так и будет.
Медленно начинает подходить. Как хищник. Останавливается буквально в сантиметре от меня.