Обман Розы (СИ)

- Что делаю? – она дернула плечиком и сбежала по ступеням, помахивая кружевным зонтиком – тоже голубого цвета. – Я здесь живу, как ни странно.
Этьен вспомнил, что лже-Розалин понятия не имеет, кто перед ней, и поспешил прийти на помощь:
- Даже если ты какая-то там троюродная или семиюродная племянница моей матушки, Дельфина, - сказал он, - это не значит, что тебе позволено жить в этом доме.
- Я здесь по приглашению тетушки, - ответила она, глядя на девушку, которую Этьен держал в объятиях, с насмешливой неприязнью. – Она пригласила меня две недели назад. Я была в Ривьере, но сразу же приехала. А теперь я иду прогуляться перед сном, - она открыла зонтик, хотя солнце как раз спряталось за облако, и добавила, очень сладко: – Добрый вечер, дорогая Розалин. Ты неважно выглядишь, и у тебя грязь – вот тут, - она постучала себя пальчиком, затянутым в белоснежную перчатку, по подбородку. – Кстати, я заняла синюю комнату в правом крыле, - она улыбнулась Этьену и вдруг поцеловала его в щеку, прижавшись губами намного дольше, чем того требовали приличия.
Этьен не успел отстраниться, а Дельфина уже направилась по дорожке на улицу, улыбаясь невинно и безмятежно, как ангелочек.
- Кукла безмозглая, - выругался граф, когда она зашагала по тротуару вдоль Принцесс-авеню, провожаемая восторженными взглядами прохожих из числа очень молодых людей. – Мама, должно быть, была не в себе, когда ее пригласила. Но я уверен, что она врет – никто ее не приглашал. Сегодня же выставлю ее вон.
Он посмотрел на лже-Розалин, но девушка тут же отвела глаза, достала платочек и принялась тереть подбородок, на котором был след копоти.
- Это я тебя задел, рукой, - граф отобрал у нее платочек и сам вытер копоть с ее лица. – А хочешь, поедем к матери вместе? Так тебе не придется разговаривать с Дельфиной, когда она вернется?..
Но девушка покачала головой:
- Я устала и хочу принять ванну, если вы не против. К тому же… мои комнаты в левом крыле, а ваша гостья поселилась в правом. Вряд ли мы встретимся. Скорее, она встретится с вами.
Мирей ждала у входа, и лже-Розалин, подобрав юбку, легко взбежала по ступеням, оставив Этьена одного.
- Черт, - только и сказал он, когда она уже не могла его услышать.
Пока он добрался до дома матери, Аржансоны уже прибыли, и мадам София собиралась принять ванну и отправиться отдыхать.
- С чего это Дельфина притащилась к нам? – спросил Этьен с порога, и с неудовольствием отметил, как мать растерянно замерла. – Мам? Это твоих рук дело?
- Я пригласила ее, - призналась София, теребя платочек под взглядами сына и мужа. – Боюсь, я зря рассказала ей, что у вас с Розалин размолвка… Девочка, видимо, нафантазировала себе что-то… Она ведь всегда была в тебя влюблена…
- Лучше бы ты не вмешивалась, - сказал Этьен холодно. – Я сегодня же выставлю ее вон. Ее выходки меня бесят.
- Подожди, - забормотала мать, - это как-то невежливо…
- Невежливо приглашать гостей в мой дом, не поставив меня в известность, - жестко заметил Этьен.
- Предлагаю пригласить Дельфину к нам, - вмешался месье Огюст. – Конечно, у нас не дом на Принцесс-авеню, но комната для нее найдется. Софи, давай-ка прокатимся и заберем твою племянницу, пока там пожар не приключился.
София застонала, возведя глаза к потолку.
- Да уж, сделай одолжение, - процедил Этьен сквозь зубы.
- Но лошади устали, - попробовала отговориться она.
- Зато моя машина бодра и полна сил, - напомнил Этьен.
Мадам Аржансон снова простонала, а месье Аржансон кашлянул в кулак. Но возражать больше никто не стал, и все вместе они отбыли на Принцесс-авеню.
Этьен гнал машину так, что оставалось лишь удивляться, как они не врезались в пакебоды и коляски, которыми в этот вечерний час был заполнен город.
Мадам Аржансон покачивалась, когда по прибытии муж помог ей сойти на землю.
- Обратно мы поедем в экипаже, - заявила она тут же. – Изволь нанять!
- В экипаже, хорошо, - Этьен подталкивал мать ко входу в дом. – Только забери эту куклу, чтобы я ее не видел больше.
 
Он рассчитывал, что найдет Дельфину в синей комнате, но в гостиной горел свет, и когда вся компания вошла туда, их взорам предстала премилая картина – словно ожившее полотно Буше.
На диванчиках, друг против друга, сидели две очаровательные дамы – одна в голубом платье, другая – в бледно розовом. Дельфина и лже-Розалин. На столике между ними стояли фарфоровые чашки с чаем, на плоском блюде лежало печенье с патокой, а дамы улыбались друг другу так сладко, будто сами были сделаны из сахара и патоки.
Дамы одновременно повернулись ко входу, и Дельфина приветливо произнесла:
- Добрый день, тетя. Добрый день дядя. Не хотите чаю? А мы с милой Розалин так славно беседуем, что не заметили, как пролетело время.
Этьен посмотрел на лже-Розалин. Та тоже улыбалась, но он сразу отметил, что румянец сбежал с ее щек. Что Дельфина ей наговорила, хотел бы он знать?
- Все это чудесно, - сказал он, проходя в гостиную и швыряя перчатки в кресло, - но ты, Делф, сейчас же уезжаешь к моим родителям. Там тебе будет удобнее.
- Что?!. – улыбка тут же сползла с кукольного лица, а голубые глаза гневно потемнели. – Где может быть удобнее, чем в Принцесс-Мар?!
- Дорогая, - София подошла обнять племянницу и ласково обняла за плечи, увлекая с диванчика, - Этьену и Розалин надо побыть вместе, не стоит им мешать. Мы поселим тебя в нашу лучшую комнату, а за вещами пришлем завтра…
- Но я не хочу!.. – девушка вырвалась из ее рук. – Вы же сами говорили!..
- А теперь говорю иное, - в голосе Софии послышались стальные нотки. Она решительно взяла Дельфину за руку и потащила к выходу. – Пойдем, дорогая. Где твое пальто?
Они вышли из гостиной, и было слышно, как спустились в прихожую. Этьен остался наедине с женой – вернее, с той, кто изображала ее жену, и чувствовал себя крайне отвратительно. Тем более что пронзительный голос Дельфины продолжал звенеть:
- Вы же говорили, что она не подходит Этьену! Вы предали меня!
- Не говори глупостей, - сердито и тихо ответила ей София. - Я ошибалась, она очень милая, мой сын ее любит и счастлив с ней. У них были недоразумения, но они со всем справились. Не надо разрушать семью… Идем же, дорогая.
- Я не успокоюсь! – воскликнула со слезами Дельфина, потом стукнула дверь, и стало тихо.
- Что бы она тебе ни наговорила, это всё неправда, - сказал Этьен.
Лже-Розалин подняла на него глаза, и он понял, что она нисколько ему не верит.
- А что вы так испугались? – спросила она.
- Я? – переспросил Этьен, для верности ткнув себя пальцем в грудь. – Ничуть не испугался.
- Тогда идите спать, - сказала она, вставая с дивана и расправляя юбку. – В правое крыло.
  
Глава 16. Старые связи
 
Это был самый огромный дом, в котором мне когда-то приходилось бывать. Огромный, светлый, обставленный столь роскошно, что больше походил на дворец. Оставшись одна, без Этьена, я совсем растерялась. Хорошо, что он назвал по имени свою родственницу, иначе я попала бы в ужаснейшую ситуацию. Судя по всему, девица была давно и плодотворно знакома с Розалин, и терпеть ее не могла. А ее поцелуй…
 
Мои щеки так и запылали, когда я вспомнила, как она прижалась к Этьену – прикрыв глаза, оперевшись о его руку. Он ей нравится, и она это даже не скрывает.
Но и он был ничуть не против подобного поцелуя.
Я почувствовала злость, хотя сто раз напомнила себе, что мне нет дела, кому граф де ла Мар позволяет себя целовать. Похоже, я ошиблась, и в графской семье не только Розалин позволяет себе вольности.
Горничная проводила меня в комнату на втором этаже, и я заперла двери, пожелав остаться одна. Мебель светлого дерева была сделана на заказ, огромные зеркала от пола до потолка, широкая кровать, застеленная пушистым козьим пледом – все в этой комнате указывало, что здесь жила изящная, красивая женщина, любящая роскошь.