Уилл (ЛП)

— Зависит от того, что ты можешь предложить. — Рычит он, поднимая ее и оборачивая ее ноги вокруг своей талии.
Она визжит и извивается.
— Не меня! Это против правил техники безопасности!
Он обижается и ставит ее на место, все еще выглядя так, как будто собирается ее съесть.
— О, ну, в таком случае, мне как обычно и 30 минут твоего времени, чтобы поесть со мной.
— Тебе как обычно? Откуда я должна знать, как это?
— Позволь своим миньонам разобраться с этим и посиди со мной. — Он хватает ее за руку и ведет в переднюю часть кофейни.
Уилл берет меня за руку и улыбается, когда я смотрю на него. Я вижу, как он завидует уверенности Спенсера, хотя, по правде, не должен. Спенсер не уверен в себе, а высокомерен. Между ними есть тонкая грань. Уверенность — это сила, высокомерие — это слабость, и Уилл силен, он просто должен это понять.
Мы следуем за Спенсером между столами и усаживаемся за стол, пока он выбирает, чем нам пообедать. Когда все улажено, я кладу руку на бедро Уилла и успокаивающе сжимаю его. Пока другой рукой кручу конец шарфа, чтобы подразнить его.
Он боковым зрением замечает это и сглатывает.
Мне нравится играть с ним.
— Почему ты надела шарф, Мэгс? — Невинно спрашивает Джаз, не зная, насколько прекрасно выбрано время для этого вопроса. — На улице ведь жара.
Спенсер давится от смеха, а Уилл закрывает лицо руками. Я не смогла не рассмеяться.
— Что я пропустила? — Джаз смотрит на нас всех с подозрением.
— Ничего. — Я расскажу ей обо всем позже.
Спенсер, однако, не дает закрыть эту тему.
— Эти двое вчера ночью трахались на садовой террасе.
— О? — Джаз ухмыляется.
— Ага, и они оставили там свой извращенский реквизит.
— О, Боже, — Уилл стонет, обхватывая голову руками в попытке исчезнуть.
Я обращаюсь к Джаз, которая по понятным причинам заинтригована.
— Мы ужинали на террасе. — Говорю я ей, смотря на Спенсера. — И я забыла свой шарф на диване, что Спенсер, по-видимому, принял за признак того, что имели место определенные шуры-муры на свежем воздухе.
Джаз закатывает глаза и тычет локтем Спенсеру под ребра.
— Оставь их в покое, пожалуйста.
— Тебя там не было, когда я его нашел. Это было чертовски смешно. Старый Капитан Очевидность сдался с поличным. По панике на его лице было заметно, что бы там ни лежало, с этим делали нечто очень пошлое.
Джаз выжидающе смотрит на меня, и я слегка пожимаю плечами, что заставляет Джаз отвести взгляд, прежде чем рассмеяться.
— Видишь! Они там трахались! Я не могу уговорить тебя попробовать секс-апельсин, а он может трахнуть ее прямо на улице!
Уилл откидывает голову и ошеломленно смотрит на Спенсера.
— Оууу, у бедняжки Спенсера все еще нет подвижек с секс-апельсином. — Я смеюсь, заставляя Уилла повернуться ко мне, прежде чем снова посмотреть на Спенсера.
— Как ты… — он понижает голос и снова оглядывается, чтобы быть уверенным, что его никто не слышит кроме нас. — Как ты собираешься расположить апельсин в норе? — Его глаза широко раскрыты. — На самом деле… — он выставляет руку вперед. — Нет, я не хочу этого знать.
— Я не собираюсь нигде его располагать, ты, извращенец.
Я напрягаюсь. Мне не нравится, когда Спенсер называет его так. В основном, потому что уверена, что он этому поверит.
— Джаз собирается использовать его, чтобы получить свою ежедневную порцию витамина С в своем белковом коктейле. Я прав? — он с энтузиазмом обращается к Джаз за подтверждением.
— В твоих мечтах.
Спенсер фыркает.
— Пойдем, я сделаю ту штуку, которая тебе так нравится перед зеркалом…
— Спенсер, — Уилл шипит, оглядываясь. — Не мог бы ты говорить потише, черт возьми?
— Зачем Уилл? — громко шепчет он. — Ты смущен?
— Да!
— Ну именно твои подвиги привели нас к этому разговору, а не мои. Может быть тебе следует подумать в следующий раз, когда ты будешь делать… то, что ты делал.
Уилл рычит от разочарования, но замолкает пока все не стало еще хуже.
Спенсер ухмыляется и снова обращается к Джаз:
— Поэтому я подумал, что мы должны уехать на выходные. Меня тошнит от этого места, оно клешнями затягивает тебя.
 
Джаз смеется.
— Уже? Прошло меньше двух недель, Спенсер.
— Да, две недели без выходных. Ты уходишь на рассвете и засыпаешь в девять часов вечера.
— Оууу, ты чувствуешь себя брошенным?
— Да!
Реакция Джаз изменяется с веселья на понимание.
— Я знаю, что много работаю, но это своего рода отдых для меня, понимаешь?
— Нет, не понимаю. Ты не можешь работать двадцать четыре часа в сутки, Джаз. Тебе нужно свободное время. Просто скажи всем, что уезжаешь на выходные.
— Я не могу просто уехать.
— Это же твой бизнес. Если ты не найдешь баланс между работой и личной жизнью сейчас, у тебя ее никогда не будет. Скажи ей, Мэгс.
Джаз смотрит на меня с самодовольной «это будет здорово» улыбкой. Рассчитывая на меня, ее лучшего друга и человека, который подтолкнул ее сделать серьезный шаг и начать заниматься своим бизнесом, когда она слишком боялась, чтобы попробовать. Но я сделала это потому, что считала, что это ее будущее, а не вся жизнь.
— Прости, Джаз, я думаю, он прав.
Джаз закатывает глаза.
— Фу, и ты тоже.
— Спасибо, — рявкает Спенсер во всеуслышание, хлопая по столешнице.
— Тебе необходимо определиться с графиком работы. Ты не можешь работать круглосуточно, ты загонишь себя в могилу!
— Но я все еще учусь всему этому, и не будет ли это выглядеть дурно для сотрудников, если меня не будет здесь каждый день?
— Если ты будешь здесь каждый день, для чего тебе нужен штат сотрудников? Ты достаточно платишь людям, чтобы иногда иметь возможность отдыхать от работы также, как и все остальные, — подчеркиваю я.
— Да, думаю ты права, — вздыхает она. — Просто я все еще привыкаю и строю планы. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из них подумал, что я не преданна своему делу. Дайте мне еще пару недель, и я составлю график, в котором у меня будет пара выходных.
— Ты хочешь, чтобы я подождал еще месяц, Принцесса? — Спенсер подходит и сажает Джаз к себе на колени. — Не думаю, что выдержу.
— Спенсер, — визжит Джаз, успокаиваясь, когда вспоминает об окружающих. — У меня клиенты, — ругается она.
— Так и что? Они видят тебя постоянно. Пришло время им делиться. — Спенсер вжимает свое лицо в шею Джаз, и больше не обращая ни на кого внимания, начинает целовать ее в шею.
— Хорошо, хорошо, я возьму субботу, договорились? — Хихикает Джаз.
— Для начала неплохо, — бубнит он ей в шею.
Джаз откровенно стонет, а затем я слышу бормотание Уилла и как он со скрежетом отодвигает свой стул, поднимаясь на ноги.
— Можешь забрать мой обед и отнести на работу? Мне нужно переодеться, — говорит он всем и никому в частности. Затем идет к кухне, не оглядываясь, и уходит через заднюю дверь.
Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Спенсера и Джаз, мой рот открывается.
— Что это было? — Спрашивает Джаз, отталкивая Спенсера и поправляя одежду, но не слезая с его колен.
— Понятия не имею, — отвечаю я. — Я что-то сказала? — Я вспоминаю последние несколько минут, думая, что, должно быть, сказала что-то бесчувственное, но ничего не смогла вспомнить.
— Это не имеет отношения к тебе, — вмешивается Спенсер. — Он превращается в маленького ребенка, когда видит чересчур много ППС.
Я смотрю на него с недоумением.
— Публичные проявления страсти, — уточняет он, усмехаясь, а затем погружает зубы в плечо Джаз.
Джаз вскрикивает и встает, игриво пихнув его.
— Это потому что он ревнив.
Я сомневаюсь в этом, но может быть в какой-то мере ему интересно, почему я тоже не демонстрирую отношения с ним. Нужно перестать гадать и пойти узнать у него. — Не мог бы ты, пожалуйста, захватить и мой обед тоже, Спенсер? — Я встаю.
— Просто оставь его, пусть подуется, — настаивает Спенсер.
— Нет, мне нужно поговорить с ним. — Я беру сумку и поворачиваюсь к Джаз. — Прости, увидимся позже.