Уилл (ЛП)

— Твоя подружка довольно похотлива. — Он прямо позади меня.
— Она не моя… — Я вздыхаю. — Просто уходи, Спенсер.
Я иду в свою комнату, и он пытается следовать за мной. — Оставить тебя одного, чтобы ты мог почитать, ты это имеешь в виду? — Он смеется, делая воздушные кавычки пальцами, когда говорит это слово — почитать.
Я прижимаю руку к его лицу и выталкиваю его из своей двери, закрывая за ним дверь.
— Лучше, чтобы ни одна страница не склеилась, когда я вернусь! — кричит он через дверь, и я показываю ему средний палец, хотя он и не может это увидеть.
Глубоко вздохнув, я смотрю на книгу в руке. Это выглядит пошло, как ебаный пиздец. Черно-белое изображение женских ножек с обратной стороны. Она носит чулки, у них сзади гребаные швы. Дерьмо. И каблуки. Но эта поза смущает меня. Уверенная, доминирующая. С одного пальца свешивается пара наручников. Мне вдруг приходит в голову, что эти ноги могут быть ногами Мэгс, и я отбрасываю книгу на кровать.
Я провожу пальцами по волосам. Что я собираюсь делать? Я не могу это прочитать, это итак паршиво. Я с трудом могу думать, когда она рядом, — так я хочу ее. Но я все испортил. Могу ли я позволить, чтобы ее грязные мысли в моей голове пытали меня?
Я смотрю на книгу.
Могу ли я?
  
5
 
Понедельник, 24 августа
Мэгс
— Ты пыталась взглянуть на все с его точки зрения?
Я испепеляю Джаз взглядом.
— Серьезно? Ты думаешь, что это я веду себя неразумно?
— Вовсе нет, — она отступает. — Но, возможно, немного сочувствия поможет тебе увидеть общую картину.
— Какую?
— Что он позволяет своей неуверенности встать между вами.
— Мне не нужно сочувствие, чтобы это увидеть. Это полная чушь! Он спал со мной, прекрасно зная, что потом уйдет. Так нельзя! Он играет моими чувствами!
— Мэгс, еще пару месяцев назад, я не знала, что они у тебя есть.
— Вот спасибо!
Она закатывает глаза.
— Ты знаешь, о чем я. Пока мы не приехали сюда, ты предпочитала секс на одну ночь нормальным отношениям. Ты постоянно так делала. А если кто-то вдруг просил твой номер, ты начинала жутко злиться.
— Это разные вещи.
— Ага, совершенно. Это разные вещи, потому что теперь тебе не все равно. Я никогда не видела тебя такой.
— По вполне понятным причинам. Последним человеком, о котором я заботилась, был Уилл, и посмотри, куда меня это привело. Сейчас я веду себя осторожнее.
— Осторожнее? Ты говоришь так, будто используешь средство от нежелательной беременности, ЗППП и ужасных чувств в одном флаконе.
— Именно так.
Джаз пытается не смеяться, но смех сильнее нее.
— Заткнись, это не смешно!
— Прости, — Она пытается выглядеть серьезной. — Он тебе очень нравится, попробуй поговорить с ним. Возможно, вы сможете преодолеть свои комплексы вместе и заняться жарким сексом.
— Сегодня я попыталась! Но, видимо, мои аргументы были неубедительными. Он утверждает, что недостаточно хорош для меня, что бы это ни значило. Это просто отговорка.
— Согласна, он кое-что не договаривает. Но разве ты не хочешь узнать, что именно?
— Я не понимаю, почему я все должна тянуть из него клещами?! Я дала ему прекрасный шанс рассказать мне все, и он им не воспользовался. Теперь все кончено.
— Ох, Мэгс.
— Не надо «Ох, Мэгс». Я не смогу пережить это снова.
Джаз изучает меня. Ясно, что ей есть, что еще сказать, но лучше не сейчас.
— Давай так: я наберу тебе приятную теплую ванну, и ты постараешься расслабиться. Может быть, завтра ты почувствуешь себя готовой к разговору. Она выходит из комнаты и покидает меня, покачивая головой. Она не знает, что потребовалось, чтобы оставить Уилла позади, и будь я проклята, если позволю ему сделать это снова.
Аррррр! Я настолько зла, что готова закричать! Если деньги для него так важны, то мне должно быть насрать на то, что он думает. Но с чего он взял, что недостаточно хорош для меня? Это мне решать, а не кому-то еще. Кровь закипает, и я не могу бороться с желанием вытащить из него правду.
 
Д: Ты где?
М: Сижу в машине у дома Уилла.
Д: Хаха, ЛОЛ. Твоя ванна готова.
М: Извини, хочу уже разобраться с этим.
Д: Тогда почему ты сидишь снаружи?
М: Не хочу входить.
Д: Тогда возвращайся домой.
М: Нет. Я должна это сделать.
Д: Ок.
Я вылезаю из машины, хлопаю дверью и иду по дорожке. Звоню в дверь и жду целую вечность, прежде чем слышу, что кто-то идет. Загорается свет и открывается дверь.
— Привет, Мэгс, — усмехается Спенсер.
— Он дома? — хмурюсь я.
— Да, у себя в комнате. Знаю, тебе не надо объяснять, где это. — Он хитро подмигивает и отходит в сторону, чтобы позволить мне пройти.
Угу-угу, очень смешно, остряк. Я быстро прохожу мимо него и поднимаюсь по лестнице.
— Мэгс, — он зовет меня торжественным тоном.
Я останавливаюсь на третьей ступени, но не оборачиваюсь: — Что?
— Послушай, — он останавливается. Спенсер Райан собирается быть серьезным? — Я знаю, что он говнюк, но он правда заботится о тебе.
Черт возьми! Я стараюсь продолжать злиться и не давать себе повода отступить.
— У него странный способ это показывать, — отвечаю я, а затем поднимаюсь по лестнице, прежде чем он сможет сказать что-нибудь еще.
Не стуча, я просто вхожу в комнату.
Уилл сидит в кресле у окна и читает. Он поднимает голову.
— Мэгс! — Он поднимается на ноги.
Я прикладываю палец к губам, чтобы заставить его замолчать. Мое терпение на исходе, и мне нужно все выяснить, прежде чем он все испортит.
Затем я замечаю, что он держит в руках.
Черт, нет!
— Где ты это взял?
Он закрывает книгу и виновато смотрит на нее.
— Эм, я…
Я подхожу ближе.
— Я серьезно. Как она оказалась у тебя?
— Спенсер нашел ее в комнате Джаз.
— Отдай ее мне, — рявкаю я, пытаясь забрать у него книгу.
Он держит ее за спиной. Я подхожу к нему, пытаясь отобрать книгу, и наши тела прижимаются друг к другу. Он не двигается, и я вскидываю голову, чтобы посмотреть на него. Когда его глаза перемещаются к моим губам, я знаю, что уже слишком поздно отступать. Его губы уже на моих губах, когда я пытаюсь начать возражать. Книга падает на пол. Его руки скользят по мне, окутывая теплом, и мои губы невольно раскрываются, позволяя его языку найти мой.
Я опускаю руки ему на плечи и ловлю себя на том, что целую его в ответ.
Нет. Я отталкиваю его от себя, раздраженная, что так легко сдалась.
— Подожди!
Мы оба делаем шаг назад, тяжело дыша.
— Мне жаль, я…
— Нет, завязывай с «мне жаль». Меня уже тошнит от этого. — Я смотрю на книгу, лежащую на полу. Я не знаю, сколько он успел прочитать, но это плохо. Очень плохо. Мне нужно сказать то, что я хотела, забрать эту чертову книгу и уйти. Я глубоко вздыхаю и смотрю ему в глаза. — Ты не можешь знать, кто для меня достаточно хорош, а кто нет. Это решаю я. Если ты чувствуешь, что недостаточно хорош для меня, это твоя проблема, не моя. Ты не можешь переспать со мной, затем сказать, что ничего не получится, а потом целовать меня, когда я приезжаю поговорить с тобой. Блядь, Уилл, что с тобой происходит?
Он опускает глаза, но не реагирует.
— Это несправедливо, понимаешь?
Он кивает, но не поднимает взгляд.
— Думаешь, если ты скажешь, что ты недостаточно хорош для меня, я соглашусь с тобой и заставлю тебя уйти? Этого ты хочешь? Думаешь, если сделаешь мне больно, я сделаю всю грязную работу за тебя, потому что ты трус, и у тебя нет яиц сказать, что ты не хочешь меня?