Я — твоя Кошка (СИ)

— Судя по тому, что сбегаешь ты на голодный желудок, "ухожу" — это в самую заварушку, — заметила проницательная я. — Ты же хищник. А я специалист по кошачьим.
Поставила воду на сильный огонь и тихонечко села напротив, любуясь на мужа.
— Коть, — начала задушевнейшим тоном, — ты правда хотел бы иметь рядом тупую домохозяйку? — хмурый взгляд исподлобья. — Ну хорошо, не тупую, — тихий, но возмущенный рык. — Не рядом? Что я снова не так говорю?
Марк медленно закрыл и отодвинул свой инобук, тяжко вздохнул, повел носом. И все же ответил.
— Основное место моей нынешней службы полностью называется так: «Отдел общей аналитики при департаменте оперативного реагирования внешнего разведывательного управления». Глава департамента — Лер. Он же первый зам... — тык пальцем в небо, обозначающий всю высоту занимаемого бессмертным боссом поста. — И знаешь, зачем я тебе это все рассказываю?
— Такая высокая птица и носится с нами, как с яйцами, я поняла.
Вода наконец-то вскипела, и я приступила к волшебному ритуалу варки кофе.
— Что ему от нас нужно? — докапываться до самой сути мне всегда очень нравилось.
Достала две новые чашки, поймав одобрительный взгляд. Смешной. Ну как я могла сварить кофе только себе, ему даже не предложив?
Учиться нам жить с ним еще и учиться...
— Судя по всему, он доверяет себе и жене своей, Ди. Еще нескольким кадрам из их старой группы. И все, больше вообще никому. И по последней моей информации, шеф подозревает внедрение в наш департамент. Может это и фобия, кто его знает, но на сегодня самым простым и эффективным методом это выяснить и прикрыть будет использование нашей пары. Я сам бы так сделал: тебя «вставить» фильтром на входе. Меня рядом для твоего усиления и полноценной охраны. Идея достойная восхищения, честное слово. Такие удобные артефакты! Если испортимся — выкинет. Нет, вру, выкинут нас надлежащими с почестями. Может, даже отдел назовут в нашу честь. «Кошатней». Посмертно. Но что мы такое в сравнении с судьбами мира?
— Любишь ты их всех как... — само собой вырвалось.
— Знаю, — он очень печально вздохнул. — Бессмертные и великие все циничны. Мы для них — лишь инструменты. Несмышленые дети, хорошо, если не домашняя скотинка. Да, благодаря их усилиям наш мир стабилен, и люди даже не знают, от чего ежедневно и ежеминутно их всех защищают, частенько ценой своих жизней, но...
— Что ты собираешься делать? С собой и со мной. У тебя ведь есть план, я тебя уже знаю, — ровным тоном спросила.
Пора бы привыкнуть уже ко мне, такой нежной и милой. Очень люблю я задавать неудобные вопросы.
Но Марк и не дрогнул.
— Будем отчаянно торговаться. Сегодня, сейчас! —он взглянул на часы на стене, отхлебнул быстро свой кофе и на минуту задумался. — Кстати, может быть, ты и права... Сможешь быстро собраться? Если уж мне Создатель подарил не просто только жену, восхитительную возлюбленную, страстную, сладкую, нежную...
— Не увлекайся, — вернула на грешную землю.
— Но и сообщницу, то попробуем этот шаг сделать вместе. Ты же не хочешь вернуться в издательство?
В ответ я негодующе содрогнулась.
— В науку?
Звучало заманчиво, но...
— Оттуда как из балета уходят. Один только раз и навечно. И сколько потом ты в слезах на напяливай пачку на толстую жопку, танцор из тебя — никакой. Поезд ушел, рельсы все разобрали, переплавили на чугунки... Не выйдет.
— Ну вот. К тому же, нужно обдумать все перспективы дальнейшего твоего обучения. Магического. Пора тебе осваивать свой дар Зеркала, осознанно и обстоятельно. Пока ты — лишь явление дикой природы. Как дождь. Теплый, влажный, такой...
— Я пошла собираться.
__________________________________
¹Джезва или турка. Турецкое слово «cezve» происходит от арабского, и изначально так называли тлеющие угли, позже кувшин для приготовления кофе. В русской транскрипции звучит как «джезва».
  
15. Не такие
 
«Потерять доверие — легко. Заслужить — сложно. Вернуть потерянное — практически невозможно». М. К. Кот «Дневники и записки» 
 
Мой образ «сиреневой феечки», как это все безобразие обозвал тихо смеющийся муж, имел одну четкую цель: наглядно проиллюстрировать мой статус гражданского лица, не имеющего отношения к Инквизиции. Перетопчутся инквизиторы, я с ними контрактов еще не подписывала.
На фоне крупной фигуры Кота, облаченного в темно-серую форму, я смотрелась чем-то совсем инородным и чудовищно легкомысленным. Уж какая муха меня укусила вчера в магазине готовой одежды, я даже не знаю. Наверное, само присутствие Марка будоражило кровь, на романтический лад настраивая женские мысли. Но скажу откровенно: никогда прежде я даже по праздникам и на вечеринки такую одежду не надевала. И вообще никогда никуда не ходила, чего уж там врать.
Обтягивающий фигуру шелковистый трикотаж, довольно короткая юбка, квадратный вырез глубокого декольте. И все это сверху прикрыла вольно бурлившая завитушками грива волос... Марк пресек все попытки их выпрямлять или усмирять нрав кудряшек привычной уздой из заколок. Объяснил все просто: «Я деспот, тиран и сексист».
Точно. Я и забыла его самое первое предупреждение.
Уже выходя их квартиры, которую с моей легкой руки мы оба теперь называли «приютом», я снова вдруг обнаружила на руке вчерашнее обручальное кольцо.
Оно было реально, я потрогала и на пальце подергала. Кот поймал мою руку, вздохнув. Очень надеюсь, что мысленно он не пожелал себе еще больше терпения.
— Это очень сложные и сильные артефакты, — палец мой поцеловал и продемонстрировал свою руку. Его кольцо было очень похожим, но отлито из яркого красного золота. — Я заказал в мастерской лучшего в нашем мире артефактора. Жена Макса, кстати. Мировая ведьма, хоть и бессмертная.
Мы медленно шли по тротуару тринадцатой линии, спешить никуда не хотелось. Да я и не знала куда.
— Зачем все так сложно? — я удивилась. — Зашли бы в ювелирку вчера да купили.
Марк усмехнулся и покачал головой.
— На нас просто так не надето вообще ничего. Ни одной нитки, — он остановился, задумчиво осмотрев еще раз мой наряд. — Наша форма прошита артефактной нитью с функцией отвода глаз и сразу несколькими элементами простейшей ментальной защиты. Подкладка кителя — щит от огненной атаки. Видишь, и стойка воротника, и манжеты расшиты сложными рунами. Это целый доспех. Так и с кольцами. Как считаешь, могу я кольцом оборачиваться?
Ой, я так надежно запуталась во всех этих их чудесах, что просто даже никак не подумала. Все равно, что докапываться до Деда Мороза, расспрашивая его о рационе лошадок, запряженных в волшебные сани. В чудеса или веришь, или топаешь мимо. Я же в Кота как-то поверила?
Пожала молча плечами. Получила в висок поцелуй, Марк все понял. Это его понимание для меня было самым чудесным в густой каше невероятного. Меня понимали. С первого взгляда, с одного общего на двоих нашего вздоха. И принимали, не осуждая, без попыток что-либо изменить, переделать. Даже когда он настаивал, как сегодня с прической, как настоящий «деспот, тиран и сексист», я в душе понимала: он берет на себя это решение. Я сама ведь давно так хотела. Робела, стеснялась, в себе смелости не находила просить.
— А иллюзии-то зачем? — он ждал от меня продолжения разговора, но говорить не хотелось. Ляпнула просто так.
— Считай это жестом трусливого собственника, — тихо буркнул в ответ. — Мне так спокойнее. Между прочим, в случае опасность для твоей жизни настоящая пара колец будет переносить меня к тебе молниеносно. Всегда.
— У меня Моня есть, между прочим! — поспешила ответить. Получила очень даже скептический взгляд.
Ну да... очень даже не факт, что он «есть», а не заглянул просто так на огонек или мной пообедать. А потом передумал и снова ушел.
— Значит, будет нас двое, — тихо фыркнул мой муж. В кармане его кителя громко пискнул его инофон, и мы сразу убыстрились. — К тому же, если тебя это утешит, — эта функция артефакта работает для обоих супругов. Тебя к моему бренному телу вынесет точно так же. Чему я не рад, но что делать.