Привет, Маруся! (СИ)
— Конечно, я тебя прощаю. Но ответить тебе тем же чувством не могу: мне нравится другой человек.
— Кутусов? Я не ошибся?
— Нет. Не ошибся.
— Ну и чем он лучше? Или у вас уже отношения зашли очень далеко? Тогда и со мной попробуй, для сравнения. Уверяю тебя, я лучший.
Он схватил меня за талию и резко прижал к себе, а затем потянулся к бедру, подняв низ платья.
— Что ты себе позволяешь? — гаркнула я. — Пошел вон.
Тут откуда-то взялся Стас.
— Убери от нее свои лапы! — прорычал он, оттолкнув от меня Лазаревского.
— Ага, бегу и спотыкаюсь.
С этими словами Игорь внезапно выкинул руку вперед и с силой ударил Стаса в живот, тот, отлетев на метр, ударился плечом о простенок ресторана, согнулся пополам, а потом, внезапно собравшись, резко прошелся по скуле соперника.
— Прекратите немедленно, — рявкнула я.
Парни стояли, угрюмо нахохлившись, и исподлобья злобно смотрели друг на друга.
У Лазаревского хлынула кровь. Утирая окровавленный нос рукавом пиджака, Игорь что-то промычал и затем неожиданно пнул своего одноклассника, сбив его с ног. Драка продолжилась на асфальте. Я кричала, бегая вокруг ребят, просила остановиться, но никто не хотел меня слушать. Понимая, что преимущество в драке на стороне Лазаревского — он ведь занимался рукопашным боем — я метким ударом острой шпильки со всего маху ударила по туфле Игоря. Он взвыл от боли, ослабив хватку противника.
— Убери от меня эту ненормальную, — заорал Лазаревский подбежавшему Артемьеву и бросил на меня злой, царапающий взгляд. Однако друг не спешил ввязываться в эту историю.
Секунды было достаточно, чтобы Стас взял реванш, и с ненавистью начал колотить по красивому лицу Игоря, его мощной груди.
— Позови кого-нибудь из парней, — крикнула я Сашке Артемьеву. — Сами не уймутся.
Через пару минут ребят растащили.
— О! Какая свадьба без драки? — тут же прокомментировала инцидент Марго, стряхивая пепел с сигареты.
— Квашняк, капля никотина убивает и не такую лошадь, — улыбаясь в ответ, сказал Кутусов, размазывая по губе кровь.
Что-то пробубнив под нос, Марго спешно ретировалась.
— Ну, ты даешь, — позже сказал Стас. — Оказывается, обувь — это твое настоящее боевое оружие. То на меня бросалась с кроссовкой, то на Лазаревского — с босоножкой.
Я усмехнулась:
— Зря ты влез в эту историю. Я бы и сама справилась.
— Интересно девки пляшут по четыре в каждый ряд. А для чего здесь твой защитник?
— Что ты сказал?
— Говорю, я для чего здесь?
— Я не о том. Ты только что повторил поговорку моего друга. Князя.
Стас замолчал. А потом очень тихо, почти шепотом, ответил:
— Князь — это я и есть. Прости.
— Что?
Я ничего не понимала. Мой друг Князь — Кутусов? Мигом вспомнились наши откровенные вечерние беседы, его советы, утешения. Придя в себя, я задохнулась от возмущения:
— Прости? Ты полгода изощренно лгал, «студент» несчастный. Я же верила тебе, ждала наших разговоров, советовалась во всем с тобой, душу наизнанку выворачивала. Зачем ты так со мной, а? Хотел посмеяться? — я почувствовала в горле ком, предвещающий о том, что сейчас не на шутку разревусь.
— Нет! Что ты! Нет! Тогда, в Новый год, мне было очень одиноко. Очередной раз поскандалил с отчимом и, чтобы не развивать конфликт, ушел в свою комнату. Решил побродить по сетям и нарвался на твою страницу, ты была онлайн. Я решил, раз за компьютером, значит, тебе тоже одиноко.
— Мог бы войти под своим именем.
— Стала бы ты общаться со своим врагом, — виновато промямлил Стас.
И тут, как говорится, Остапа понесло.
— Стала бы. Не сомневайся. Какой же ты, оказывается… Так влезть в душу, все выведать, а потом эту душу растоптать. Ненавижу тебя! Не хочу тебя видеть! Никогда!
Кутусов, видимо, понял мое состояние и, резко развернувшись, зашагал прочь. Я тоже вышла из ресторана, в сердцах шарахнув ногой дверь. Хорошо бы в эту минуту на меня напал сон, как на замок Спящей Красавицы. И не раскрывать глаза триста лет.
Утром, открыв ноутбук, я получила последнее послание Кутусова.
01:09:42 «Князь»: Прости. Люблю тебя.
Я тут же написала ответ, как и у него, состоящий из трех слов.
10:17:58 «Станислава»: Спектакль окончен. Прощай.
Примечания
3 Ираклий и Даша Суворова «Нелюбовь»
4 Полина Гагарина «Спектакль окончен»
Глава 6
Новый виток этой истории начался с разговора по скайпу с верной Сашкой — давненько мы с ней не виделись. Не предполагала я тогда, молодая и наивная, что все в нашей жизни имеет закономерность. Каждое слово, произнесенное нами, навеяно глубоким сакральным смыслом. Часто мы это даже не осознаем. А зря.
— Если бы ты знала, как мне тебя не хватает, — по десятому разу за прошедшие пять минут, причитая, повторяла подруга.
— Кто же тебя, Сашка, гнал в Питер? — я пожала плечами. — Сейчас бы учились вместе, обеим было бы проще.
— Да, но послушай, как классно звучит название моего учебного заведения: Санкт-Петербургский медицинский колледж Петербургского государственного университета путей сообщения. Правда красиво?
— По-моему, не стоит поступать куда-то только из-за оригинальной вывески. Что твоя, что моя будущая профессия называется одинаково: лечебное дело.
— Да, ты права, но я не планирую возвращаться домой. По окончании колледжа буду искать работу здесь, потому мне желательно иметь диплом местного учебного заведения. И вообще, у меня грандиозные планы: хочу жить в Питере в большой и светлой квартире, обязательно с любимым и перспективным мужчиной, чтобы у нас было не менее троих детей. Один будет упорно заниматься химией, другой — спортом, третий — музыкой. Я очень люблю детей, ты же знаешь.
Ниче се… У нее планов громадье.
— Тогда не плачь по мне, Аргентина, — пропела я попутно придуманный мотивчик.
— Я и так стараюсь не плакать, но все равно без тебя плохо.
— Мне тоже без тебя плохо, Саш.
— С Кутусовым так и не общаешься?
— Нет, — поморщилась я.
— Видела его на днях с компанией парней. Слышу, кто-то кричит: «Муха», я уже и забыла о своем прозвище, иду себе по городу с гордо поднятой головой. А потом все же обернулась и глазам своим не поверила — Кутусов в метре от меня. Заговорил, ну, как обычно в своей ироничной манере: «Простудила муха ухо — вот такая невезуха. 5 Привет, Сашка».
Я, представив эту картину, улыбнулась и безмятежным голосом поинтересовалась:
— Встретила его на Набережной Кутузова?
— Нет, почему? На Невском проспекте, — не поняла моей шутки Саша. — Он сказал, что любит гулять в этом районе.
— Наверное, живет где-то поблизости?
— Он живет в общежитии на Большой Монетной, недалеко от медунивера. Скажи, почему вы перестали общаться? Я же видела, как запойно целовались на выпускном.
— Саша, забудь, что видела. Ничего не было.
— Да очень надо…Уже забыла, Стаська! — как-то очень радостно воскликнула подруга.
Примерзая взглядом к серебристому самолету, подаренному Кутусовым, я подумала: а ведь прошло уже полгода с того самого июньского выпускного утра, как мы расстались со Стасом. Мне по-прежнему было больно и обидно: за что же он так подло обошелся со мной, покуражился над моей доверчивостью? Я бы никогда не совершила подобный поступок: мне жаль людей, ставших жертвами интриг. Много раз перечитывая нашу переписку, я все яснее понимала, откуда он черпал информацию обо мне, всех событиях, происходящих в семье. А я-то удивлялась: почему это вдруг Кутусов изменил ко мне отношение: перестал надо так мной грубо подсмеиваться и скабрезно шутить?
Радовалась: как хорошо Князь меня понимает, даже лучше, чем папа, чем подруги, буквально настроен со мной на одну волну. «Подлый врун и манипулятор. Чем Кутусов лучше Квашняк?» — я опять злилась, лишь вспомнив о нем.
И все-таки мне их не хватало: и Князя, и Кутусова. Очень не хватало. Когда я заходила в аудиторию колледжа, ждала, что сейчас с третьей парты среднего ряда раздастся возглас: «Привет, Маруся!», а вечером на моей страничке будет ждать сообщение от Князя. Он обязательно спросит о моих делах, поддержит дельным советом, а потом расскажет о своих новостях.