Молот империи 3 (СИ)
Я взял Громову за запястье, чтобы ей было полегче, и присмотрелся внимательнее.
— Топор Громова, — я подошёл к ней ближе, чтобы присмотреться. — Карнифекс. У тебя не только две способности. Ещё два вида оружия.
Лезвие, наверняка острое как бритва, гудело. Будто живое. Громова опустила его чуть ниже, и я мог видеть её лицо через красную сталь оружия Небожителя.
Исчезло, теперь мы просто стояли лицом к лицу. Я всё ещё держал её за руку.
— Это интересно, — сказал я.
— Не то слово, — она улыбнулась. — Но исчезает быстро. Надо проверить ещё. Может, получится ещё раз. Когда сможем?
— Посмотрим. Мне всё-таки придётся объявить эвакуацию, — я отошёл подальше. — Как только река замёрзнет, они хлынут в город, а она уже скоро покроется толстым слоем льда. И Печать Огня уже видели на том берегу. Но у нас сейчас другой вопрос.
— Верно, — сказала Громова. — Янек, так какое оружие у тебя?
— У меня нет оружия, — он смотрел на нас, потом на свои руки.
— У тебя в предках Небожитель Дерайга, — произнёс я. — У тебя должно быть его копьё.
— У меня нет ничего такого.
— Хм. Я думал, у тебя силы Инжи Дерайга. Ведь ты же пользуешься огнём. Ну давай хотя бы базовое. Используй щит.
— У меня и щита нет!
— Есть. Это есть у каждого. Нужно только…
Я подмигнул Громовой и резко выбросил вперёд руку. Пальцы нагрелись, с них сорвался красный сгусток пламени. Ян инстинктивного закрылся руками…
Щита не было.
Красный огонь ударился в стену и рассыпался искрами. Лампочка начала мерцать. Сразу стало теплее.
— Ого! — воскликнула Громова, с опаской поглядывая наверх. — Как ты так сделал?
— Я не знаю!
Каким-то образом Ян оказался в другой стороне. Нет, его не переместило, он будто очень быстро туда отъехал. Так быстро, что силуэт смазался. Будто на коньках. Я едва заметил.
А там, где он проскользил, осталась дорожка огня, очень жаркого. Она быстро потухла, но на камне теперь видны следы. Они горячие, от них шёл дым.
— Это я сделал? — Ян шагнул к стене и прижался к ней спиной. — Я не знал. Я никогда так не пробовал!
— Расслабься, — сказал я. — Значит, у тебя что-то другое. Моих цепей тоже нет ни у одного известного Небожителя. Значит, были другие, кого мы забыли. В общем, пока есть время, нам нужно поработать с этим. У нас меньше получаса. Ян, давай-ка свой огонь! Кидай, не бойся!
Скоро здесь было так жарко, будто мы затопили баню. Хорошо, что здесь всё из камня, но даже он иногда вспыхивал. Горел камень, пылали красные искры. Потом стало холодно, когда Громова призвала метель.
Стены заиндевели, а Катерина дышала на побелевшие пальцы и встряхивала их.
— Как бы их не отморозить, — пожаловалась она. — Там холодно, а здесь ещё холоднее. Больше так делать не буду.
— Время! — объявил я, когда Ян уклонился от моего броска, оставив очередную огненную дорожку. — Послезавтра после обеда. Я читал, как Небожители прошлого могли обрушать огонь с небес. Если мы сможем так же, нам будет проще.
— Рома, кстати, я хотела с тобой кое о чём поговорить, — шепнула Громова мне на ухо, подходя ближе. — Насчёт эвакуации.
— Да, давай обсудим по дороге.
Мы вышли в коридор, где нас ждала её охрана. Но кроме них был ещё один человек. Военный в форме полковника армии Огрании, который пытался к нам прорваться. Здоровяки в чёрных нагрудниках стояли на его пути.
— Срочное донесение! — выкрикнул он. — А эти меня не пускают!
— Что такое?
— На том берегу показалась Печать Огня.
— Я уже в курсе.
Исполин Рэгварда всё равно держится далеко, чтобы не оказаться в зоне досягаемости пушек Ищейки. До начала штурма города он ближе не подойдёт.
— А ещё наши разведчики вступили в бой на их стороне границы, — продолжил полковник. — Они смогли захватить одно их оружие и привезти сюда. Маршал настаивает, что вы должны это увидеть как можно скорее.
— Понял, иду, — сказал я. — Что там вообще?
— Для нас ничего хорошего, — полковник нахмурился.
Глава 4
Чтобы увидеть, что там нашли наши разведчики, пришлось ехать за пределы города, на двадцать километров к югу. Там возводили очередную линию укреплений.
Среди спешно устанавливаемых орудийных башен, которые должны заставить шагоходы врага держаться подальше, стояли бетонные и каменные надолбы, пара десятков рядов. Между ними натянуты ряды колючей проволоки.
Часть укреплений — это совсем старые, их ставили ещё инженеры Великого Дома Накамура, когда заморские захватчики оккупировали Мардаград лет семьдесят назад.
Ещё часть — ставили уже Варга во время войны между Великими Домами. За двадцать лет мира про них подзабыли, но сейчас спешно и очень быстро восстанавливали.
Но основа укреплений — пушки. Против Исполинов бесполезны, но обычным шагоходам могут прописать по первое число.
Дороги пока не перекрыты укреплениями. Захваченное оружие не стали доставлять в город, оставили на первой линии обороны.
Здесь же собрались генералы, которые на морозе сбились в кучку. По разговорам слышно, что они вспоминают старые времена своей молодости, и как велись войны тогда.
Рядом с ними стоял обычный гусеничный панцирник с грубой восьмиугольной башней. Корпус — уродливая бронированная коробка, разве что лобовая броня установлена под уголом. Машина выкрашена в чёрный с красными полосами. Номер 112 тоже красный.
В такие цвета красят технику Мидлии. И зря, для панцирников, учитывая их малые размеры, не помешал бы белый маскировочный камуфляж. Но нам же проще, пусть сверкают всеми цветами радуги на снегу.
— Что вы там захватили? — спросил я, вылезая из машины, и захлопывая дверь.
Из кучи генералов вышел маршал Юрий Дерайга, с трудом опирающийся на клюку. На него была надета толстая и лохматая чёрная шуба, на которую была нашита эмблема в виде копья его старинного рода.
— Вот это опасное оружие, — проговорил он. — И подлое.
Он показал на панцирник. Туда уже забрался один из стрелков в белом маскировочном халате и копался рядом с пушкой. Судя по виду, это 75 миллиметров, не больше, хотя какая-то странная форма. Для ригги пушка не опасна, разве что попадёт в открытый смотровой лючок. Но это почти нереально.
Только я ошибся. Эта штука оказалась очень смертоносна.
Стрелок взялся за дуло и без труда его сдёрнул. Это была толстая картонная трубка, выкрашенная в чёрный, а не ствол орудия. А под ним совсем другая пушка.
Она стеклянная и прозрачная, с обмотанными проволокой стержнями внутри. Я видел такую в том бою в порту, когда познакомился с Марком и Яном. И подобная пушка была на Паладине, который обстрелял нас после отступления из Академии. Игниумовое Копьё.
— Видите? Они поставили Копья на танки! — маршал Дерайга сжал кулак.
Он использовал слово танк, как называли панцирники за морем. Я подошёл к бронированной машине и начал забираться наверх, ставя ноги на катки. Стрелок подал мне руку, затаскивая наверх.
Осмотрел эту опасную пушку ближе. На первый взгляд кажется, что это простое стекло. Но помню его принцип, Артур объяснял на уроках, а Марк дополнял. Копьё нагревалось и бросало вперёд раскалённый кусочек игниума.
С такой высокой скоростью и температурой оно прожигало лобовую броню шагохода навылет. Помню, что тогда стало с пилотами, которые оказались на пути. Валентин тогда остался без ног, а вот друга Яна сожгло выше пояса.
И теперь такие пушки ставят на обычные панцирники, которые раньше даже не считались серьёзной угрозой для ригг.
Я сел на холодную башню. До этого тактический принцип был прост. Ригги уничтожали панцирники, панцирники истребляли пехоту, а подобравшаяся к риггам пехота могла повредить или захватить шагающую машину.
А теперь всё может круто измениться.
Генералы смотрели на меня. Сильный хиус, холодный ветер с севера, трепал полы пальто и едва не сдувал с них фуражки. Мою куртку он продувал насквозь, но я сидел, раздумывая над увиденным.