Самаэль (СИ)
— Ева, открой, — прошу ее.
— Нет.
Постоял, подумал и решил дать ей время. Все проходит в этом мире…, и она успокоиться.
Поплакала, порыдала, да и уснула. Просыпаюсь, как от резкого толчка. Подпрыгиваю на диване, а никого нет. Ночь, или уже раннее утро, не знаю. Тянусь к телефону, на часах начало пятого. Встала и поплелась умываться. Со стороны ресторана тишина, как тогда, когда я заснула здесь. Переоделась и решила идти домой.
Вышла на улицу. Легкий прохладный ветер немного освежил, пробежали мурашки по коже. Я обхватила себя руками и поплелась в сторону дома. Голова чумная и чугунная, спать не хочу, хочу таблетку от головной боли. Плетусь по инерции, как на автомате, в голове ветер, на сердце печаль. Сворачиваю на дорогу, которая проходит между двумя строящимися домами. Везде тишина, даже стройка спит в пятом часу. Слышу шум, поднимаю голову и вижу, как в проёме будущего окна стоят два человека. Они о чем-то говорят, мне не слышно, высоко. Один делает шаг и толкает второго, который с криком вываливается в большой, незаложенный проем. И я стою, как на витрине. Проследила взглядом за полетом падающего, как он приземлился мне не видно, забор, но глухой удар дал понять, что он мертв. Поднимаю глаза и вижу, как первый смотрит в упор на меня. Поворачивает голову в сторону и кому-то свистит, указывает рукой в мою сторону. Поворачиваю голову, в конце забора появляются еще пару мужчин в черный, как и первый, костюмах. Нас разделяют метров сто… Резкий поворот и от моего старта полетели камни из-под кед.
Бегу что есть силы. Адреналин прибавляет сил. Страх. Такого страха я не испытывала никогда. Раннее утро, улицы пусты. Даже если будет идти прохожий, я знаю, что не остановлюсь, не подставлю под удар невинного человека.
Бегу, бегу… Сердце выскакивает из груди отбивая фантастическое количество ударов, а пульс долби в висок, но слова Стоп нет. Если остановлюсь, мне — смерть. Я не должна была видеть то, что видела. Свидетель — смерть.
Слышу крик сзади: “Стой!”
Ага… сейчас. Ищи дуру. Хотя зачем ее искать, вот я уже здесь, бегу и волосы по ветру. Нет, чтоб пройти лишних двести метров, срезала через стройку и выиграла, что? Ага, а теперь: “беги Форрест, беги!”
Единственный способ спастись, добежать до клуба, который я только что покинула. Центральный вход уже закрыт, надежда на черный, а там затеряться в коридорах и вылезти через окно.
Вот оно — спасительное здание. Забегаю за угол. Лёгкие горят…, в глазах темнеет… ну, последний рывок. Смотрю только под ноги, чтоб не споткнуться и не пропахать носом асфальт. Врезаюсь в стену, как же больно, мой бедный лоб.
А стена берет меня за шиворот и перетаскивает за себя.
Никогда не думала, что человек, которого я не просто опасаюсь, а можно сказать, что даже боюсь, станет единственным шансом на мое спасение.
Глава 18
Постоял еще пару минут под дверью кабинета Евы и решил пойти в свой. Она не откроет… Да, и что ей сказать? Не переживай? Глупо… Если б ей было наплевать на папашку, она б и бровью не повела в его сторону. Сразу видно, что здесь история, уходящая глубоко в детство…
А что мое детство? Лично я, своего отца вспоминаю только в страшных снах. Нет-нет, да и явится ко мне с того света, как напоминание о моей старой жизни и двойственной сущности. Ева права, мне методично и ежечасно внушали, как бы зомбируя и записывая на подкорку головного мозга, что я — демон, избранный «правителем». Эгрегор зла, то есть нефизическая информационно-энергетическая сущность, созданная биополем людей, объединенных общей идеей, а так как идеи были далеки от божественных заповедей, то моя сущность должна была объединить умерших или живущих злых людей, не важно, а также их желания и мысли. Но что-то пошло не так, раз отец решил меня убить. Либо сущность оказалась не той, либо сильнее его, что не могло не ранить его и так психически расстроенную личность.
И, за этими размышлениями, я провалился в сон. Просыпаюсь резко… как будто кто толкнул, а в голове стучит набатом слово «опасность». Вскакиваю с дивана и мчусь в кабинет к Еве. Толкаю дверь, не заперто, но и Евы нет. Провел рукой по волосам…, и что дальше? Куда бежать? Где спасать? Бреду по коридору в сторону выхода. Давно не курил, но вот сейчас, я чувствую, самое время начинать. Стал возле машины и думаю, что делать.
Не прошло и минуты, как из-за угла здания, в прямом смысле этого слова, летит Ева. Куда же ты влипла мышка? А, вот и те, кто гоняться за ней… Да, люди Ворона просто так бегать не будут.
Ева, не тормозя, влетает в меня и лбом бьется об мою грудь. А я, не теряя времени, переставляю ее за свою спину, складываю руки под грудью и жду, когда добегут остальные участники благотворительного марафона.
Первым добежал Кит, он правая рука Ворона, и если б Ева попалась ему, то быстро бы пожалела, что вообще родилась. Хочу заметить, что Ворон, а точнее уже известный Еве Воронов Константин Игоревич, имея смазливую внешность, обладает скверным характером садиста. И парни, которые работают на него, тоже не отличаются добрым нравом и светлой душой.
— Самаэль, — отдышавшись говорит Кит, — девчонка пойдет с нами.
— Нет, — мои решения не обговариваются.
Чувствую, что Ева притулилась лбом к моей спине и пытается привести дыхание в норму, но сразу замирает и перестает дышать, как только начинается разговор.
— Самаэль, — давит на меня Кит, — она видела то, что никто не должен был видеть. Ворон нам не простит того, что мы оставили свидетеля…
— А чтобы сделал Ворон, узнай, что это я стал свидетелем и видел то, что видела она? И чтобы мне сделал ты?
— Ничего…, - отвечает Кит, — тебе я бы ничего не сделал… Но? — начинает потирать лоб, — С тобой Ворон бы договаривался и разговаривал, — продолжил он.
— Значит, считай так… я видел все то, что видела она…. Девчонка — моя, живет со мной и за нее все решаю Я. Свободны.
Потоптавшись еще пару секунд, Кит разворачивается и махнув рукой остальным уходит туда, откуда прибежали.
Поворачиваю голову к Еве.
— Дыши, мышка…
Она поднимает на меня глаза, а там вся боль человечества.
— Поехали.
Открываю ей дверь машины и помогаю забраться в салон. Сам обхожу машину и сажусь за руль. Мне кажется, она уменьшилась в размере, как будто вся тяжесть мира легла грузом на ее плечи. Но не плачет… Уже плюс, с плачущими барышнями я не знаю, что делать.
— И, вы не спросите, что я видела? — через какое-то время спрашиваю Его.
— Ничего хорошего, — отвечаю, почесав отросшую бороду. — Тут и гадать нет смысла о том, что ты могла увидеть в начале пятого утра, да еще, небось, на стройке, так?
— Так, — подтверждаю.
— Люди Ворона просто так бегать по утрам, ради спортивного интереса, не будут.
— А кто это — Ворон…, - спрашиваю я.
— Так это твой новый преданный воздыхатель — Воронов Константин Игоревич, — сообщая Еве. — Или ты думала, что он директор магазина детских игрушек? Милый, добрый, помогает детским домам и роддомам, меценат и благодетель?
— Да, я вообще, о нем не думала и думать не собиралась.
Дальше едим молча. Ева хмурая, нахохлилась как воробей и молчит. Ну, помолчу и я.
Заезжаем на территорию подземной стоянки охраняемого многоэтажного дома.
— Выходи, — говорю Еве. Одно радует, делает все, что я ей говорю….
Заходим в лифт и поднимаемся на самый последний этаж, на котором расположена всего одна квартира — моя.
Лифт оповестил о прибытии. Ева так и стоит молча, глаза в пол. Ох уж эти творческие ранимые натуры.
— Пошли.
Подходим к двери. Достаю ключи и открываю дверь. Пропускаю Еву и захожу сам. Скидываю обувь и не останавливаясь иду дальше. Я был уверен, что она идем за мной, повернулся, а ее нет. Возвращаюсь в прихожую.
— Чего стоим, кого ждем?
— Может я домой поеду, как-то не удобно мне оставаться у вас… и девушка ваша…
Глянул по сторонам. Лика сработала оперативно, вещей ее нигде не видно, а то раньше все валялось — расчески, заколки, помады, одежда, как будто метила территорию, а сейчас пусто, надо б еще ванную комнату проверить…