Самаэль (СИ)
Самаэль — Галина Кор
Пролог
Бегу что есть силы. Адреналин прибавляет сил. Страх. Такого страха я не испытывала никогда. Раннее утро, улицы пусты. Даже если будет идти прохожий, я знаю, что не остановлюсь, не подставлю под удар невинного человека.
Бегу, бегу… Сердце выскакивает из груди отбивая фантастическое количество ударов, а пульс долби в висок, но слова Стоп нет. Если остановлюсь, мне — смерть. Я не должна была видеть то, что видела. Свидетель — смерть.
Слышу крик сзади: “Стой!”
Ага… сейчас. Ищи дуру. Хотя зачем ее искать, вот я уже здесь, бегу и волосы по ветру. Нет, чтоб пройти лишних двести метров, срезала через стройку и выиграла, что? Ага, а теперь: “беги Форрест, беги!”
Единственный способ спастись, добежать до клуба, который я только что покинула. Центральный вход уже закрыт, надежда на черный, а там затеряться в коридорах и вылезти через окно.
Вот оно — спасительное здание. Забегаю за угол. Лёгкие горят… в глазах темнеет… ну, последний рывок. Смотрю только под ноги, чтоб не споткнуться и не пропахать носом асфальт. Врезаюсь в стену, как же больно, мой бедный лоб.
А стена берет меня за шиворот и перетаскивает за себя.
Никогда не думала, что человек, которого я не просто опасаюсь, а можно сказать, что даже боюсь, станет единственным шансом на мое спасение.
Глава 1
Дождь льет как из ведра. Город прощается со мной, ему тоже грустно. Но здесь, меня больше никто не ждет. Все обязательства выполнены: университет я окончила, документы забрала, мамину могилу благоустроила, квартиру сдала.
По залу ожидания разносится голос женщины, которая сообщает о том, что мой поезд прибывает на второй путь главного направления. Стандартные фразы о нумерации вагонов и времени стоянки, и вот, я уже реально понимаю, что пути назад нет.
Именно сейчас, я осознаю, что сегодня я уезжаю из этого города навсегда. Меня уже никто не ждёт в месте, которое раньше называлось “домом”. Уже прошел год со дня смерти матери, близких у меня больше нет …, а другие люди для меня, просто прохожие. А там, куда я еду, есть перспектива получить работу и начать проживать свою историю.
Открываю зонт, подхватываю сумки и бегу к своему вагону. Почти вежливая проводница пропускает меня и уже внутри вагона я отдаю ей свой билет, в котором указано “Челябинск — Сочи” … Да, именно там в Сочи у меня была семья, а здесь, в Челябинске — только мама. Сейчас мне двадцать один год, из них я не видела отца шестнадцать лет. И за все эти годы, он ни разу не изъявил желание, узнать о том, что со мной, как я живу. Если у них с матерью были какие-то разногласия, и она была хотя бы в курсе, того, что не так, то мне никто ничего не объяснял. В один день, мы собрали вещи, сели на поезд и вот так, как я сейчас, поехали в никуда.
Прохожу в свое купе. Я очень рада, что со мной едет женщина с детьми, а не мужики. Может эта проблема из детства, но я им не доверяю и отношусь настороженно. В силу моей профессии мне приходится работать, взаимодействовать и контактировать с ними, но личные отношения мне очень тяжело даются, да, а интимные — так вообще. За все время у меня был всего один парень, но в какой-то момент, мы просто расстались. Я пахала и нарабатывала себе базу, как танцор и, главное хореограф, а он — мнил себя великим музыкантом.
Укладываю вещи в багажное отделение. И присаживаюсь на свое место. Женщине сложнее, ее непоседливые дети лет десяти и пяти не дают ей и секунды времени на то, чтобы уложить вещи и нормально разместиться. Ее суета, заставляет меня улыбнуться. Я зову этих дружков и включаю им в телефоне свои постановочные выступления. Женщина, смотрит на меня с благодарностью.
— Меня зовут Наташа, — говорит она, — мы едим в Сочи к бабушке на лето.
— А меня зовут Ева, я на работу. И очень рада, что именно с вами, я буду ехать эти два дня и одиннадцать часов, — говорю с улыбкой.
За то время, пока дети смотрят и восхищаются невероятными трюками, которые делают танцоры, Наташа успевает разложить вещи и отдохнуть пару минут.
Скрип колес и поезд начинает свое движение. Наша проводница, заглядывая в каждое купе, предлагает чай и постель. Мы с моими попутчиками на все соглашаемся. Не успел поезд проехать и пяти минут, как мальчишки проголодались, и начали требовать и есть, и пить сразу, поэтому Наташе пришлось быстро выкладывать продукты. Дети, всегда — дети.
Я очень благодарна матери, что она отдала меня на танцы и я всегда посещала спортивные кружки. Это очень дисциплинирует по жизни. Смотрю сейчас на старшего Наташиного мальчика и понимаю, что в десять лет, я с коллективом, изъездила уже всю область и, чтоб вот так, мы требовали от тренера попить, поесть и разное всякое, полностью исключено. Родители редко сопровождали нас в силу занятости на работе, но каждый знал четко, что если мы с Тамарой Львовной, то шаг в право, шаг в лево — расстрел. Поэтому, наверное, мы и занимали призовые места. А ее наставления по поводу нашего нытья, что тяжело, лень и т. д., я запомнила навсегда: «Если хочешь остаться безликой тенью, работай вполсилы, а если хочешь добиться результата — паши. Иначе, вести тебе в детском саду утренники или в ДК новогодние праздники устраивать в роли Снегурочки, с пьяным Дедом Морозом». Почему именно с пьяным, наверное — это из личного опыта.
Без танцев я не представляю свою жизнь. Как художник, воспринимает мир через цвета на своих картинах, так и я переношу все свои эмоции и мироощущение, трансформируя их в движения рук, ног, головы. И я показываю свое видение мира именно через движения. Поэтому, закончив школу, я помчалась поступать на хореографа, так как достойное подобное заведение у нас в городе одно, Челябинский государственный институт культуры, то выбор пал на него, а специальность «Хореографическое искусство» после четырех лет обучения, была моя.
Хорошо, что по расписанию поезд выезжает с нашей станции поздно вечером, поэтому подкрепившись, умывшись и переодевшись, дети были уложены спать.
— У тебя, там кто-то живет? — Интересуется Наташа.
— Вообще, я родилась в Сочи, но много лет назад мы с мамой переехали в Челябинск, и я практически ничего не помню о городе. Да, и он за это время изменился.
— Да, я тоже из Сочи, но у меня муж военный, поэтому скитаюсь за ним по городам нашей необъятной родины… А вот наступило лето и решили детей отправить к бабушке, у нее небольшой домик в пригороде. Тебе есть где остановиться? Если, что давай я дам тебе адрес, — начинает рыться в сумке и достает небольшую визитку с номерами телефонов, — у матери на участке небольшие комнаты построены, сдает отдыхающим, но тебя так поселит, если что. Сразу видно, ты человек хороший, а мы — нормальные люди, должны друг другу помогать.
— Мне должна была снять квартиру знакомая, — беру визитку, мало ли, — так что, я вроде как с жильем. Но, если, что — спасибо.
— А мать твоя, в Челябинске осталась?
— Мама умерла в прошлом году, так что меня никто и нигде не ждет.
— Извини…
— Ничего. Всю боль я уже пережила вместе с ней… У нее выявили рак головного мозга, на последней неоперабельной стадии, поэтому смерть для нее была, как освобождение от постоянной головной боли.
— А что, до этого ничего не беспокоило?
— Она все время была в движении. Некогда было обращать внимание на мелкие недомогания. Работа на первом месте. Она была главным экономистом на заводе. Много ответственности, нервов…, старалась для меня, чтоб закончила институт, занималась любимым делом… Поэтому, когда в один день, она не смогла встать с кровати от головной боли, мы забили тревогу, но было уже поздно. За полгода она сгорела. Из цветущей сорока пятилетней женщины, превратилась в больную старуху… Я видела, как ее убивает не только рак, но и она сама себя съедает…
— Я даже не знаю, что тебе сказать…
— Да ничего и не надо… Может будем спать?