Буду твоей Верой (СИ)

Смотрю в след скрывающейся в метро спортивной спине, и тут в моей голове вспыхивает осознание того, что мы с моим парнем не придумали историю наших вдруг возникших отношений, и не решили, как представим целому потоку нашу сомнительную пару.
Эх, да мы даже телефонами не успели обменяться…
Гадство!
  
12
 
Добрую половину ночи я промучилась, терзая себя вопросами, как достовернее провернуть наше с Бестужевым дело. В голове выстраивались объемные графики, диаграммы, будущий менеджер во мне применил все изученные на парах виды управленческих решений. Они безостановочно вращались друг за другом каруселью, вызывая досадное головокружение.
Мой мозг закипал.
Я бросалась из крайности в крайность, и даже приняла решение аннулировать нашу сделку и понести умственные затраты, а в качестве компенсации — написать за Рональдо Бестужева злосчастный проект.
Но тут же сознание подкидывало картинку идеального лица Чернышова и мерзопакостного — Карины. И тогда еще с большим желанием я хотела воплотить в реал придуманный мною план.
Изнывая от распирающих мыслей, я решила действовать самым правильным и проверенным веками способом: в любой непонятной ситуации — идти спать.
И пошла.
Мне снился совершенно невероятный сон: мы шли по осеннему скверу за руку с Артемом Чернышовым. Сухие ветки и мокрые листья приятно скрипели под ногами. Осеннее ласковое солнышко сладко поглаживало ветви голых деревьев, пожухлую траву и нежную кожу Артема. Под солнечными лучами она излучала сияние и блеск, ослепляя своей красотой. Я смотрела и любовалась парнем, идущим рядом со мной. В воздухе приятно пахло бодрящей сыростью и романтичной печалью.
Всё в этом моменте было волшебно.
Не в силах сдерживать эмоции, я остановилась, повернулась к парню и сказала:
— Артем, ты такой красивый. Твои волосы, твое лицо, твой благоухающий океанским бризом аромат…- смущаясь, призналась я парню.
— Тебе правда нравится? — встрепенулся Артемка и снял с плеча рюкзак.
— Очень, — зарделась я и улыбнулась.
Артем озадаченно начал изучать содержимое своего рюкзака, и что-то выискивать в нем. Мне хотелось думать, что сейчас нравящийся мне парень достанет шоколадный батончик и мы разделим его пополам, или большое сочное яблоко, и мы будем откусывать по очереди и смущенно смеяться.
— Ну тогда ознакомься с нашей продукцией, — Чернышов протянул мне глянцевый буклет, на котором огромными буквами было написано «Oriflame»*. — Я вот этим средством пользуюсь, — ткнул пальцем в разворот страницы, где был изображен смеющийся парень с чистой ухоженной кожей, а в руках у него была очищающая пенка-мусс.
Я стояла с открытым ртом, не дыша.
Очки съехали на нос, а в небе прокричала карга противное «Кааарррр». Резко набежали хмурые, свинцовые тучи, заслонившие теплое солнце. Ошарашенно смотрела на парня, лицо которого больше не выглядело идеальным: толстый слой тонального крема жирно поблескивал и расходился паутинкой в некоторых неровных местах.
— А вот здесь потри, — опустила глаза на руки Артема, усиленно натирающего страницу запястьем. — Чувствуешь? — ткнул прямо в нос.
От резкого запаха я чихнула и проснулась.
* * *
Утро в Институте показало, что все мои полуночные метания о том, каким образом мы представимся парой, были напрасны.
Потому что мой фиктивный парень в универ не пришел.
Он не пришел ни к первой, ни ко второй и даже ни к третьей паре.
Ууух, как же я зла на него!
Где-то я читала, что по статистике, как правило, первый парень оказывается козлом.
Внутри прямо кипит от негодования и принятия того факта, что именно я и попала в ту самую статистику неудачниц. Хотя Рональдо Бестужев ведь не настоящий парень, значит, у меня еще есть шанс доказать, что Артем Чернышов — тот самый первый и единственный некозел.
Последней четвертой парой у нас физкультура.
Из всей нашей группы физрой занимаемся я, Дивеева и ее подпевалка Альбина.
У всех остальных освобождение.
 
Причем эти болезные, в кавычках, курят, как работяги за корпусом, едят в столовке, как с голодного Поволжья и выглядят здоровее самого физрука.
Я физической подготовкой не блещу, но у меня освобождения нет, зато есть спец группа по зрению, без сдачи нормативов.
А вот Дивеева Карина у нас не только местная красавица, но и спортсменка! Классика жанра! Она входит в состав сборной Университета по легкой атлетики и имеет потрясающее атлетически сложенное спортивное тело.
Это наглядно доказывает залитый слюнями пол спортзала, где скоро начнется игра в волейбол между нашей первой группой и второй, в которой учится Чернышов.
Парни из двух групп жадно провожают глазами вызывающе укомплектованное в обтягивающие лосины заднее место Дивеевой. Карина плывет по резиновому покрытию точно Бригантина на плавных волнах, гордо неся свою королевскую грудь в тоненькой маечке.
Смотрю на свои капри и широкую растянутую футболку с пончиковым принтом.
— Что ищешь, Илюхина? Грудь потеряла? — каким-то невероятным образом возникает рядом Альбина.
— Да что там было терять, если изначально ничего и не было?! — поддакивает Карина, и обе начинают мерзко смеяться.
Гиены проклятые!
— А моему парню нравится, — ой, мамочки!
Ну вот кто меня за язык тянул?
По залу раздается неприятный звук скрипучей кровати, но это не звонок на пару, а смех Карины.
— Какому? Вымышленному? — чуть ли не хватаясь за живот, давится смехом Альбина.
— Самому настоящему, — если начала врать, то ври до конца. А потом беги.
— Ну и где же он? В твоих снах? — издевается Дивеева, складывая руки на груди, отчего ее королевская грудь машет ручкой из маечки. — Привет, Бес! — подбирается Карина и втягивает и без того впуклый живот.
Оборачиваюсь, и моему изумлению нет предела.
Мой фиктивный парень в спортивных шортах и футболке без рукавов нагло крутит на пальце волейбольный мяч, и как ни в чем не бывало болтает с Артемом.
Вот же олень лесной!
На профильные дисциплины значит мы не ходим, а на физкультуру притащил свою спортивную тушу!
— А вот и он! — пальцем указываю на Бестужева и со всей дури несусь к женишку.
Лица Альбины и Карины сначала каменеют, а потом расплываются неверующей гримасой, граничащей с отрицанием.
Моя самоуверенная наглость пугает даже меня, но на войне все средства хороши и мне ничего не остаётся делать, как позориться до конца.
— Привет, мальчики! — представляю себя популярной блондинкой из зарубежных сериалов для подростков: наматываю прядь из хвоста на палец и пережевываю вместо жвачки собственный язык. Кажется, в фильмах это выглядит сексуально.
Как на самом деле это выглядит у меня, мне страшно подумать, потому что мальчики прекращают свой явно скучный диалог и смотрят, не моргая.
Думается мне, что не от восторга.
Меня слегка потряхивает, потому что так близко я еще никогда не стояла рядом с Артемом.
У меня захватывает дух, потому что это первый раз, когда Артём Чернышов на меня смотрит.
У меня подгибаются ноги, когда Артем Чернышов мне первый раз говорит:
— Привет.
Кажется, я в раю.
Прыгаю по мягким пушистым облачкам, любуюсь разноцветной радугой, а розовые слоны поливают из хоботов леденцовую поляну ягодным киселем!
— Слышишь, Бес, эта блаженная говорит, что ты ее парень, — из мира сладких фантазий меня выдергивает приторный голос Карины.
Эта цапля уже успела подобраться и закинуть свою тощую жердь на плечо моего Артема.
Смотрю на Бестужева и мысленно молюсь: «Давай же, глупая спортивная голова, не подведи!».
И тут же вспоминаю кричалку с матча: «Красно-синие вперед, вас Егор не подведет!».
Давай, отрабатывай потраченные за билеты на игру деньги!
Но парень упорно сверлит меня взглядом и молчит.
От любви, наверное, дар речи потерял!