Todo negro (сборник) (СИ)
— Тут интернет-то есть вообще? — Витёк не утруждал себя предварительным изучением места работ.
— Ну как сказать, интернет… Радиоканал у них до областного центра. На локалках все сидят, а из мобильного если только GPRS стабилен. Насчёт EDGE сомневаюсь, разве что на пригорках или верхних этажах. Билайновцы здесь шаманили в этом направлении… подробностей не знаю.
— Капец, первобытные…
— Ага. Ваше-то поколение не видало таких технологий. Начало века! — гордо вступил Саныч. — Я эти радиоканалы ставил, как щас помню, ещё на первом сроке Путина… Народ кипятком писался: наконец-то ВОЛС! Все ж тогда на ADSL сидели, а кто и на простом диал-апе. Цельными районами!
Да уж, были времена! Воротов сам мысленно предался ностальгии. А жителям Северска повезло: с таких пещерных технологий — сразу в цифровые блага 6G. Дело же не только в развлечениях: без нормальной связи на удалёнке не поработаешь. А нынче, после коронавируса, это важно… Скоростной социальный лифт из любого подъезда. Даже самого обоссанного.
Шестое поколение мобильной связи лихо шагало по просторам матушки России: вот и до края Кольского полуострова добралось. Прогресс не может остановить даже Полярный круг.
***
Северное лето — как рок-звезда. Срок ему отпущен недолгий, но каждый день преисполнен жизнью. Солнце не покидает небосвод ни на секунду, день и ночь сливаются воедино. С особенной силой в эти дни хочется дышать, любить и находить красоту во всем. Изрезанные трещинами и испещренные выбоинами дороги, тротуары, взбугренные корнями тополей, теплотрассы с торчащими клоками изоляции — все это кажется не следами нищеты, а проявлением особого единения человека с природой.
Простые житейские радости летом обретают особый вкус. Для Семёна Дранникова это был вкус пива «Кольское классическое». Конечно, «Кольское» — продукт не сезонный, но именно летом его можно распивать на лавочках возле дома. Когда весь двор собирается вместе, а пускаемая по кругу полторашечка становится символом дружбы и братства. Тяга к ближним в эти дни так сильна, что противиться ей решительно невозможно! Семён и не собирался. Облачившись в парадный белый NIKE, молодой человек решил направиться в магазин «МАГАЗИН» за пивом.
Для Семёна это лето было последним свободным и безмятежным. Учебный год в колледже закончился, а устраиваться на Завод предстояло только в следующем. Именно Завод, с заглавной буквы. Градообразующее предприятие в Северске было сродни местному верховному божеству. Как таковому и полагается, близость с Заводом ощущалась только под куполом цеха. А вне его сердцу человеческому ближе оказывались сущности совсем другие, помельче. «Кольское», например.
Впрочем, пиво являлось отнюдь не единственной скрепой, превращающей двор в большую семью — многодетную, небогатую, пьющую, но очень дружную и любящую. Возможно, даже и не главной скрепой: по крайней мере, для последних поколений северчан…
Город был усеян деревянными двухэтажками, где отцы-основатели Северска жили ещё в 30-х годах прошлого века. Такие дома можно встретить по всей России. Но если в иных местах это осколки прошлого, то в Северске они составляли действительность: нескончаемую, как солнечный свет северным летом. Да и внутреннее убранство — сплошь традиции, славное неувядающее прошлое. Величественные антикварные брежневские шифоньеры, помнящие прадедов ковры на полу и стенах. Из красного угла смотрят на жильцов Маркс, Ленин и примкнувший к ним в лихие 90-е Иисус. История!
Но в эту седую древность неприметно вошел прогресс. Каждый дворик Северска был связан своей локальной сетью, что связывала местных не хуже «Кольского классического», белых ночей и серого моря.
Поэтому, прежде чем выйти в «МАГАЗИН», Сема поставил на закачку новый сезон популярного сериала и стукнул в чатик:
@ SEMEN- [email protected]: го по пиву Я создам)
@ SEMEN- [email protected]: диман, ноут во двор зацепи, третий сезон поставил качаться на флэху
Ответы можно было и не читать: чат запестрил сообщениями солидарности и одобрения. У самой двери дорогу Семёну преградила бабушка Тамара.
— И кудый намылился?
— Мы пивка с ребятами попьем. Ну и Машка будет. Светка. Вечером сериал глянем, музыку послушаем…
— Сериал он глянет! Какая лбина вымохала, а ума не нажил! Ты для Сетевика-то стопочку у монитора оставил?
Семён молча потупил взгляд.
— То-то! Сетевика не уважишь — кинчик неделю качаться будет, да небось с ошибкой. Эх, молодежь! Сетевик-то обидчивый. У Маринки Васька сейгод тоже так гулять пошел: закачку поставил, стопку нет. Думали, пронесло. А его потом из-за лагов неделю на перо в «Контр-страйке» ентом вашем сажали. Маринка людям в глаза смотреть стыдилась… Дурень! В серванте, вон, дедова «морошка».
— Прости! — крикнул Семён уже из комнаты: то ли бабуле, то ли Сетевику.
Стопку парень наполнил от души, а «Морошка»-то у деда была изумительной! Закачка сразу прибавила семь процентов. Однако бабуля все еще серчала.
— Мел возьми! Ежели в клуб решите…
— Да не собирались мы, ба…
— Ты от тюрьмы да от клуба-то не зарекайся. — бабушка протянула Семену белый мел. — Мелок покроши, в туалете Клубнику дорожку сделай. А то как голову закружит — проснешься со шмарой жуткой… Не лыбься, ишь харю растянул! Это пьяному все едино, а на утро… Ванька-то Наташкин, двадцатый годок только пошел: а уже и с сединой, и с триппером!
Парень взял мелок и сунул в карман, но бабушка по-прежнему преграждала выход.
— Еще пятихаточку возьми. В моцике оставь: Каретника давно не уваживали. А то движок барахлить будет…
Семён нежно чмокнул бабушку в морщинистую щеку и поспешил в «МАГАЗИН».
***
— Пацан, ты с какого сегмента?
— Он вообще из локалки?
Вопросы, которые двое молодых рабочих градообразующего предприятия задали невзрачному пареньку, повисли в воздухе. Отчего-то парни в модных белых тришках вдруг полностью утратили интерес к незнакомцу. Тот смущённо пожал плечами и засеменил прочь: никто во дворе не эту сцену внимания не обратил.
А двор-то был полон народу: погода выдалась прекрасная, что в Северске умели ценить. Диман, лучший друг Семёна, уже восседал на самой козырной лавочке между Машкой и Светкой. Те, похоже, относительно продолжения вечера в клубе не сомневались: натянули парадные леопардовые лосины и накрасились ярче индианок из кино.
— Ноут не забыл?
— А ты пивас?
— Всё есть! — Семён помахал пакетом из «МАГАЗИНА».
Старшие рассказывали, что когда-то местное общество делилось по дворам и районам, но Семён с Диманом такого не помнили. При их сознательной жизни каждый житель Северска относился уже к какому-то из сегментов местной локальной сети, коих всего было пять штук: со своими хабами DC++ и игровыми серверами. Обычно все пили и гуляли вместе, но иногда «двушники» ходили драться с «пятёриками» — отношения между этими сегментами исторически сложились несколько напряжёнными.
Сегодня во дворе хватало пацанов с третьего и четвёртого сегментов, но это нормально. Они все ровные, правильные.
Семён повернул крышку, бутылка «Кольского» приятно зашипела. Полторашка пошла по кругу.
— «Пятёрики», слыхал, «КаЭс Гоу» себе поставили. Мол, «Контра один-шесть» не для пацанов тема. Устарела, типа.
— Чо, серьёзно? Во мудаки!
— Ага. Дед Макар сказал.
Восьмидесятилетний Макар пользовался уважением во всех сегментах: самый бывалый геймер Северска. Во двор он выбирался редко — не то здоровье, зато в чате локалки каждый день травил байки о своих похождениях на «классике» World of Warcraft. У него и ник был соответствующий: «Ветеран WoW».
— Флэху-то взял?
— Так качается сериал, говорю. Как зальётся, бабка флэшку с окна скинет.
— Ну добро.
Парни выпили ещё, Диман по-хозяйски приобнял Машку. Подтянулись другие пацаны и пяток мелких — один из них не упустил возможность приложиться и баклахе «Кольского». Беседа потекла обычным чередом.