Чревоугодник (СИ)

Правда оказалась короткой.
Буквально в одно предложение.
Потому что обо всём другом мне уже было известно, а самого менталиста в глубинные дела не посвящали.
В общем… большелобый нанял (хотя это громко сказано — его просто заставили силой) менталиста для того, чтобы он вытащил из моей головы одну очень интересную информацию.
Информацию… которой в моей голове нет!
Да-да. Как бы я не копался в памяти реципиента — а у меня уже был стопроцентный доступ к ней, не выходило отыскать нужное. Всё потому, что Жене Баринову не было известно то, что от него хотели!
Вот вообще. Дедушка как-то не удосужился поделиться.
Ах да, причём тут дедушка?
Всё дело в том, от меня хотели узнать, какой секретный ингредиент он добавляет в борщ.
…
…
Да, буквально это.
Поначалу я тоже удивился, не поверив словам менталиста. Но тот, я это видел по его лицу — не врал.
За что купил, за то и продаёт, так сказать.
От большелобого он получил абсолютно конкретное задание — вытащить из моей головы данные о секретном ингредиенте.
От этого факта Виктор Баринов ещё больше вырос в моих глазах. Да, он действительно готовит просто превосходный борщ. И я ощутил это на себе. Вот кто-кто, а я в подобных делах уж точно разбираюсь.
Он нисколько не лукавил, когда говорил, что борщ, приготовленный в «Барском столе» — самый лучший в стране.
Подтверждаю.
И другие, в том числе и злопыхатели, тоже об этом знали. Знали, и завидовали. Хотели во что бы то ни стало докопаться до истины, узнать, что такого он добавляет в борщ, отчего тот становится просто волшебным.
Что не конкретно большелобому нужна была эта информация, по-моему, очевидно. Он ведь школьник, и, насколько я знаю, к готовке не имеет никакого отношения.
Значит, кто-то попросил его узнать об этом у меня, а тот, в свою очередь, подключил для этого целую команду. Вот только кто именно? Это мне ещё предстоит узнать позже.
Ситуация, конечно, забавная.
И в том числе потому, что я правда не в курсе о секретном ингредиенте. А значит, что все эти продуманные попытки вырубить меня — были тщетны.
Но большелобому об этом пока что неизвестно.
И он готовится к тому, чтобы продолжать.
Поэтому надо сдаться с поличным, дабы избежать неожиданных последствий. В чём смысл драки, если награды за неё не будет? Вот и я не знаю.
Я заранее продумал, кому и сколько времени уделю на переменах. Для лысого вымогателя — большая, а для большелобого с компанией — маленькая.
Поэтому, как только закончился первый урок, я подошёл к Климу и пригласил его на разговор.
— Чтобы вы раз и навсегда от меня отстали, пойдём и поговорим прямо сейчас, — сходу выпалил я, чем смутил большелобого.
— Что ты имеешь в виду? — машинально включил он дурачка.
Бровастая, что сидела на парте спереди, как только я подошёл — тут же занервничала. Пыталась делать вид, будто занята покраской ногтей, но то и дело роняла тюбик с краской, мазала мимо, пытаясь подсмотреть за мной.
— То самое. Думаю, все мы устали с этими засадами, — покосился на бровастую, отчего та дёрнулась и разлила краску по парте. — И раз вам так не терпится, предлагаю разобраться со всем прямо сейчас. На верхнем этаже.
Лицо паладина Семёна воссияло от радости, когда он услышал, что я предложил «разобраться».
Вот только идиот, наверное, решил, что снова придётся драться. Поэтому я уточнил.
— Под разборками я имею в виду, что сам выдам вам желанную информацию. Драться не придётся, — улыбнулся.
— Э-э-э… — замычал Семён и снова начал то сжимать, то разжимать свои здоровенные кулаки.
Мд-е-е, Клим, ну и придурошных друзей ты себе нашёл.
Сам ведь — умный парень, а работает с клиническими идиотами. Даже жалко его, как он вообще терпит?
— Ну, раз больше нет смысла скрываться, пойдём, — ответил большелобый и поднялся из-за парты. — Вы тоже! — уточнил он для особо одарённых.
Юля же, что всё это время сидела неподалёку и, очевидно, всё слышала, продолжила сидеть на месте.
Впрочем, это и правильно.
Все всё поняли, зачем тогда лишний раз воздух сотрясать?
 
Мы поднялись на последний этаж, где нас уже ждал менталист, рядом с которым сидел Игорь.
Игоря заранее попросил подняться сюда — для подстраховки. Вдруг паладин, всё-таки, захочет драться, а тут я буду не один. Подумает лишний раз, стоит ли начинать.
— Стоп, какого хрена… — увидев менталиста, произнёс большелобый. — Ах ты крыса… — прошипел он. До того момента стоявший рядом со мной, большелобый отступил в сторону. — Так вот в чём был подвох. А я думаю, с какой стати ты пришёл сдаваться к нам так просто. А вы с этим ублюдком сговорились.
— Да не пори горячку, — воскликнул я. — Парень не виноват, у него выбора не было.
— Выбора у него не было… — щерился Клим. — Крыса натуральная.
Менталист же всё это время слегка смущенно глядел на нас и просто молчал. Игорь, сидящий рядом с ним, скучающе глядел на деревья за окном.
— Считай как хочешь, вот только никакого смысла во всех ваших действиях не было изначально. Мне неизвестно о секретном ингредиенте, который вы так старательно пытались из меня вытащить.
Секунду подумав, большелобый ответил:
— Ха, и с какой стати я должен тебе верить? Ты ведь запугал этого крысёныша, а значит вы заранее могли сговориться об этой лжи.
— Резонно… — почесал я затылок.
И действительно. Со стороны Клима всё выглядит ровно таким образом.
Вот только… как теперь доказать обратное?
А сделать это надо, чтобы детишки отстали от меня раз и навсегда. Хочется целовать Юлю просто так, а не по той причине, что её заставили сделать это ради плана. Ой.
— Всё просто, — подал голос менталист, и поглядел на большелобого. — Я покажу тебе воспоминания вчерашнего дня, а конкретно наш разговор с Бариновым.
— Ну, дерзай, — дал согласие Клим и менталист поднялся с лавки. Обошёл большелобого сзади и… положил ему руки прямо на лоб.
Глаза обоих вдруг заволокло туманом, и они застыли на месте с открытыми ртами.
Таким образом прошло минуты две, и только тогда они разморозились.
— Ну как? — спросил я Клима, когда тот, слегка пошатываясь, опустился на лавку.
— Всё так, как ты и сказал… вот только — где гарантия, что этот крысёныш не скорректировал воспоминания и не показал мне то, что нужно вам?
— Да ё-ё-ё-мое…
— Фома неверующий, — произнёс вдруг Игорь, не отрываясь от разглядывания природы за окном.
— Ну, во-первых, — начал отвечать менталист. — Я не настолько силён, чтобы создавать такие правдоподобные иллюзии, а во-вторых… сам ты крысёныш, достал уже! Если тебе огурец к горлу приставят, я посмотрю, как ты запоёшь…
— Чего…
— Какие ещё огурцы…
— Дурдом!
— Слушай, Клим, — устало вздохнул я. — Тебе предоставили все доказательства, а теперь можешь идти к чёрту. Ни о каком секретном ингредиенте мне неизвестно, а если ещё раз кто-то из вашей компашки попытается ко мне приблизиться… сожру!
— Ладно-ладно, — поднял ладони кверху большелобый. — Мы тебя услышали. Пока что расходимся, — он медленно поднялся с лавки и пошагал к бровастой, что всё это время грызла в сторонке ногти. — Но только пока.
— В смысле⁈ — возмущённо воскликнул Семён. — И это всё⁈ А может, всё-таки…
— Идиот, ты собрался дуэль прямо в школе устраивать? — закатил глаза большелобый.
—…
— А ты чего залипаешь? Пойдём, — обратился к Насте.
— Да-да, — нервно улыбаясь, ответила та.
— А ты… — повернулся напоследок к менталисту. — Только попробуй мне на глаза теперь попасться.
— Да я тебя вообще неделю назад первый раз увидел… — пробубнил менталист, когда большелобый с компанией уже спускались по лестнице. Поднялся со скамейки и побрёл в ту же сторону.
— Секретные ингредиенты, засады, проникновение в голову, убийственные огурцы… — подал голос Игорь. — Мне иногда кажется, что я не в школе учусь, а какой-то шизофренический сон вижу.