А отличники сдохли первыми - 2: летние каникулы 4 (СИ)
Ну, короч, вроде и с области тогда ещё к ним заезжали со всякой хавкой — с теплиц и элеваторов. Ну и мы тоже иногда кое-чего брали по старой памяти. Хоть отсюда и далеко, но к концу весны уже больше негде было нормального бенза достать. Лис тогда ещё свои коптильни не наладил толком. А на тех заправках, которые уцелели — бодяга какая-то, а не горючка. Не знаю почему...
— Потому что бензин недостаточно просто так налить и хранить годами. Он окисляется, испаряет присадки, расслаивается на фракции, выделяет смолы... Так а что же с ними случилось, с этими мафиози? К маю их уже вряд ли их кто-то штурмовать стал в полный рост, если уж раньше не смогли.
— Раньше пробовали да, но это всегда себе дороже было. А чё с ними случилось... Да вот хрен его знает. Разное говорят. Не то все их боссы и капо жорами стали — прям все сразу, почти одновременно. И младшие без них вроде как перегрызлись. Как говорится, слово за слово, хуем по столу... Кто-то психанул и устроил пальбу возле склада с керосином...
— А я слышал, что на них жоры напали. — Поделился другой версией один из подручных крюков. Он тоже шептал, из-за чего его история приобрела дополнительный зловещий антураж. — И не просто бродяги, а какие-то прям мутанты. На людей вообще не похожи. И когда пацаны отбиться не смогли, то последние выжившие рванули свой склад нахрен, вместе со всеми этими мутантами. Типа уж лучше так было сдохнуть... Чем то, что эти твари с людьми делали...
— А чё именно делали? — Эта версия заинтересовала Киру гораздо больше банальных пацанских разборок.
— Да просто мочили всех без разбора. Но как-то так... Как сказать... Необычно. — Охранник крюков продолжил свой зловещий щёпот, радуясь интересу девчонки. — То оторвут чё-нибудь, да так подыхать и оставят. И не просто там шею свернут или руки-ноги переломают... А так, чтобы побольней как-нибудь. Или вообще собственными кишками задушат...
— Ага! Одному, говорят, челюсть вырвали и обломок в глаз воткнули! — Поделился слухами один из подручных Роба и Грома. — По крайней мере на пожарище такой череп нашли.
— Или шланг от огнетушителя в горло запихали и газовали, пока пузо не треснуло! — Ещё один крюк вспомнил что-то из пацанских страшилок.
— А это точно жоры были? — Недоверчиво нахмурилась Кира. — Чё-то я не видела, что бы они огнетушителями пользовались.
— А вот мне как раз рассказывали, что это не просто жоры... Точнее... Не только жоры. — Неожиданно подал голос Роб. — Это их кто-то так конкретно наказал за то, что чернуху начали творить. Там у них с апреля босс сменился. И беспредел пошёл творить. Пиздюков щемил, девчонок пиздил... Может, конечно, просто совпало...
— А так когда, говорите, это было? — При вопросе Кира покосилась в мою сторону. Явно думает о том же самом, о ком и я. Да и все остальные тоже. Просто, подчиняясь детским суевериям, это имя все старались лишний раз не называть. — В конце мая?
— Ну или в начале июня. С того времени эта их крепость нахер никому не нужна. До сих пор там одни кости обгоревшие валяются. Разные... — Гром осторожно переместился поближе к берегу и кивнул в сторону пляжа на котором расположилась толпа в красно-жёлтых доспехах. — А это чё там за петушня тусит? Тоже наши?
— Не, это не наши. Это те самые, из-за жадности которых всех остальных, возможно, ждёт судьба капотненской мафии. Если мы их сегодня не разъясним.
— А... Так это и есть те самые «рыцари» что ли? — Крюк скривился и презрительно сплюнул сквозь щель между зубов. — А разговоров-то было... Сколько их тут? Человек двадцать?
— Почти тридцать. И это ещё далеко не все, кого мы сегодня ждём. Скоро будет гораздо больше.
— Гораздо? — В глазах крюков промелькнула лёгкая тревога. — А чё нас тогда так мало-то? Остальных наших сколько вообще?
— Не ссы, нам хватит. Если всё пойдёт по плану, то эти рыцари и без нас найдут чем заняться. У нас тут совсем другая цель.
Парень продолжал озадаченно разглядывать возню на том берегу озерца:
— А чё они там ваще делают? В песочек играют что ли?
На небольшом пляже развернулись самые настоящие раскопки. И чем больше пустых ям было выкопано в грязном песке, тем более громкие и гневные выкрики Змея долетали до нашего мыса.
— Прикоп ищут. — Усмехнулась Кира, используя понятные крюкам термины. — Только у них пока что жёсткий ненаход.
— Варщики же больше своё дерьмо не делают. Чё за прикоп?
— Мы скормили им дезу о том, что для их короля здесь оставили выкуп за пленников. Большую партию лекарства от жорской хвори.
— Так... — Гром нахмурился и обменялся встревоженными взглядом с Робом. — Я чё-то не понял... В смысле «дезу»? Оно вообще есть или нет? А то чё мы тут тогда делаем...
— Есть. У их короля. Но большинство его так называемых рыцарей думают, что он умеет лечить молодых жор какой-то магией. Поэтому и остаются ему верны. Там у них практически секта какая-то сложилась, почти как у шмелей.
— Не хера понял. А у него лекарство откуда? Это он из кадет Саратова что ли?
— Лекарство у него из Саратова. А сам король вроде местный. Кинул саратовцев и теперь ждёт от них новую партию в обмен на пленников.
— Так ты ж говоришь, что это деза! — Крюк продолжал напряжённо хмурить брови. — Я чё-то ваще запутался...
— Да чё ты тупишь-то! — Вступила в наш диалог девчонка. — Короч! Из всего этого дурацкогокоролевства про то, что нет никакой магии, точно знают так называемые «герцоги». Самый первый уровень вассалов...
— Типа этих капо из Капотни. — Я тоже поспешил говорить на языке, более понятному нашему приятелю, чтобы тот окончательно не потерял нить.
И это вроде бы помогло:
— Ага... Ну и чё дальше?
— Так вот дезу про прикоп мы так или иначе скормили этим герцогам. Кому-то рассказал якобы сбежавший от саратовцев пленник. Кому-то, якобы, посчастливилось найти другие следы. Или подслушать переговоры саратовских пацанов по радио. И, судя по тому, как они среагировали, в отличие от остальных подданных, они и сами не прочь занять местный трон.
— У него чё, в натуре прям трон?
— Фигурально выражаясь... Прикол в том, что никто из них не поделился этой дезой ни с другими герцогами, ни со своим королём. Каждый теперь надеется урвать партию единолично. Потому что все прекрасно понимают, что тогда как минимум сравняются по влиянию со своим боссом.
— И чё они все тут сейчас будут? Сколько их?
— Мы знаем про пятерых. Но дезу слили только троим. Тем, кто держит основные маршруты между Рязанью и Муромом. Остальные, которые кроют пути до Тулы — слишком далеко. Да и если этих троих ослабить — жругие сами окуклятся. С ними эта огнестрельная триада уже без нас свои проблемы с доставкой порешает. Но это не наша основная цель.
— А какая?
— Какие. Их несколько. В каждом замке этих трёх герцогов сейчас живёт спящая ячейка мятежников. Саратовцы и бывшие местные рабы... Они называют их пеонами. И как только до них дойдут новости о сегодняшних событиях — там поднимутся бунты против оставшихся гарнизонов. Весьма немногочисленных. На помощь к ним уже некому будет прийти, чтобы подавить мятеж. Это раз...
— Так этот король их же потом поодиночке всё равно выстегнет, если он такой понтовый, как я понял. — Гром аргументировал свои доводы лёгкой распальцовкой. — Разве нет? Я бы так и сделал.
Я покачал головой и продолжил:
— Цель номер два как раз связана с лекарством и королём. Нам нужно освободить его саратовских заложников. Это подорвёт защиту короля от внешнего влияния. И волжане смогут полноценно помочь восставшим рабам — и с самообороной и с хозяйством. И когда тут станет безопасно — «антижорин» будут поставлять оптом для всех желающих бесплатно.
— А это тогда как сделать? — Гром глянул на Роба и тот тоже кивнул, подтверждая своё непонимание. — Ну, заложников освободить. Как ваша деза этому поможет? Не вкурю чё-то...
— Всё просто. Сюда сегодня и сам король припрётся. Всё тот же выкуп ему тут должны вручить лично. В обмен на пленников. Для этого мы тут с вами и нужны. Чтобы проконтролировать их вызволение.