Золотая кровь 3

— Значит, никакого бессмертия он не даёт? — спросил Виго и усмехнулся. — И всё дело оказалось в неправильном переводе? Тогда понятно, почему он не помог моему отцу. Но в чём тогда его ценность? И откуда он вообще взялся?
— Откуда он взялся не ясно, но бессмертия он точно не даёт. А вот, что он даёт, это вопрос. Это написано в первой части исследования графа, там история его появления. А здесь лишь есть указание, что камень откроет путь.
— Откроет путь? Какой путь? И кому? — спросил Виго, глядя на герцога.
— Не кому, а чему. Свету божественного отца, источнику, который свяжет с ним снова его детей, — ответил Дельгадо, показывая на рисунок с пирамидой и солнцем над ней.
— «Ключ к чему — то большему»… — пробормотал Виго, потирая лоб. — Так вот что это означало! Эмбер сказала, что слышала именно такую трактовку от Тощего Люка, когда спросила его, зачем всем нужен этот камень. Этот камень — ключ к чему — то большему. То есть это в полном смысле слова ключ! Ключ к источнику. Но где этот источник, и что именно должен открыть этот ключ? Если есть ключ, должна быть и дверь!
— Здесь написано, что камень откроет путь, и что проводником будет священная птица Кетсаль. Она знает, куда вести. Вы же знаете, что эта птица у ольтеков занимает отдельное место рядом с божествами? Она проводник эфира. Божественного замысла. Вот её предназначение — принести этот камень в нужное место, — ответил герцог.
— И что это за место? — спросил Виго.
— Тут не написано, но по отдельным моментам, я могу предположить, что это место — храм Богини Эйф — аль.
— То есть Цитадель?
— Верно, — кивнул герцог.
— Остаётся вопрос, это настоящая птица или опять какая — то загадка? И как птица должна это сделать?
— Это тоже пока не ясно. Возможно — это метафора… Ольтеки очень во многих местах выражаются иносказательно. И многое из их понятий не имеет аналогов в нашей речи. Но самое неприятное в этой истории то, что, если предсказание ольтеков правдиво, то времени у нас почти не осталось.
— Почему? — спросил Виго.
Герцог Дельгадо открыл последнюю часть документа и повернул к Виго.
— Прочтите. Здесь написано, что Бог Нруку поглотит солнце. Если смотреть, как это интерпретировал граф, то «наступит мгла» и «поглотит солнце» — это затмение. А точнее полное солнечное затмение, причём оно явно указано в Календаре времён, вот видите, — герцог взял с полки золотой диск, испещрённый символами, и поставил на стол перед Виго, — это крылатый змей с раскрытой пастью, который пытается проглотить солнце. Пернатый змей — это Бог Нруку. Расчёты ольтеков, в этом плане совпадают с расчётами наших астрономов, я сам проверял. Это будет действительно полное солнечное затмение, и случится оно в этот день…
Герцог взял лист с календарём, положил рядом с золотым диском и, обведя дату карандашом, посмотрел на Виго.
— Так скоро? Но… у нас же почти не осталось времени, — произнёс Виго глядя на календарь.
— К нашему несчастью, Боги ольтеков забыли предупредить нас о своих планах заранее, — усмехнулся герцог и развёл руками. — Это хотел сделать граф Вальярдо, но ему не дали.
Виго посмотрел на страницу с описанием конца света и перевернул страницу. На следующем листе он увидел рисунок, и почувствовал, как похолодели пальцы. На рисунке была изображена женщина в длинной одежде, она стояла, обхватив себя руками, а позади неё раскинулись огромные крылья. В правом верхнем углу была изображена пирамида и над ней солнце с глазом посередине, а в левом — птица кестасль, которая держала в лапах камень.
— А это что такое? — спросил Виго, подняв взгляд на своего собеседника.
— Это, я бы сказал, примерный план спасения, — иронично ответил герцог. — Конечно, нужно прочитать весь труд графа полностью, переосмыслить, но как я понял, это основные ингредиенты спасения. Птица— проводник, ключ — камень, солнце с глазом это, скорее всего, храм. И Сирена.
— И что это за Сирена? — спросил Виго, внимательно вглядываясь в лицо герцога.
— В этой части исследования графа Вальярдо говорится о Сирене — человеке способном призвать всех эйфайров. Это женщина, голос которой вызывает особые колебания эфира, неслышимые для обычных людей. Чтобы объединить всех эйфайров, и связать их снова с божественным источником, нужно найти Сирену и заставить её петь. Её пение пробудит связи внутри плеяд. И эйфайры начнут находить друг друга и объединяться с источником. Это позволит остановить злого Бога Нруку. Примерно так.
 
— А вы знали, что ровно такую картину нарисовала моя мать перед смертью? Сирену? — спросил Виго, указывая на рисунок. — Там только не было птицы и храма, была только женщина. И эту картину она назвала «Плач Сирены». Значит, она знала… Эта картина висит в Вилла Бланко, в галерее. А ещё…
Он вспомнил то, что сегодня сказала Изабель о премьере оперы и арии «Плач Сирены».
«…Уникальность её в том, что сеньора Кармона может петь в диапазоне пяти октав, а эту арию она обещала спеть в шестой октаве, и это не удавалось до неё никому…»
Значит и Оливия тоже знала об этом. Оливия написала либретто для этой оперы, Луиза Кармона обещала спеть эту арию в шестой октаве. Шестая октава — особые колебания эфира, неслышимые для других людей…
— И теперь я, кажется, знаю, кто такая эта Сирена. Но что-то мне подсказывает, что и вы сеньор Алваро, тоже знаете, кто она? — он посмотрел на герцога и понял — тот знает. — Значит, всё это… правда? Конец света действительно наступит? Ну если, конечно, мы не найдём эту птицу, камень, храм, не заставим Сирену петь или что там ещё нужно сделать?
— Кое — что из этого у нас есть, осталось дело за малым, — усмехнулся герцог. — Найти первую часть бумаг Вальярдо и понять, как найти проводника.
— Хорошо, я займусь этим. Но если вдруг, у нас не получится, — Виго достал из кармана бумаги, которые передала ему Изабель, и протянул их герцогу, — если нас всё — таки настигнет тьма, думаю, вам стоит это прочесть. Здесь дневник моей матери и ваши письма. Правильнее будет отдать их вам.
Герцог отошёл к окну, и какое-то время читал, а Виго занялся второй частью исследования, жадно перелистывая страницу за страницей. И внезапно вспомнил, что в шкатулке, оставшейся в его сейфе, вместе с украшениями графа Вальярдо лежал и кулон в виде золотого солнца с янтарным глазом внутри. Нужно посмотреть этот кулон.
В его голове картина почти сложилась. Оставалось добавить пару пазлов.
— Так, где же может быть первая часть исследования? У вас есть предположения? — произнёс Виго вслух, когда закончил чтение.
— К сожалению, я не знаю, — ответил герцог.
Виго взглянул на него и увидел, что тот расстроен чтением дневника Мелинды и поэтому решил оставить его наедине с воспоминаниями, пообещав заехать завтра, чтобы продолжить обсуждение. К тому же он вспомнил, что оставил у себя в комнате непрочитанной ещё и записную книжку графа Вальярдо. Вчера он посмотрел в ней несколько страниц, но там были в основном путевые заметки, и он отложил их. Но теперь, в свете того, что открылось, стоило изучить все бумаги полностью.
  
Глава 29. Волшебные бобы
 
Когда Виго вернулся в особняк, его уже поджидал мейстер Вандерхайнер и ворох записок от всех, кто был задействован в поисках Оливии и Эмбер. Правда ничего обнадёживающего в них не оказалось — никаких следов исчезнувших девушек обнаружить не удалось. Виго смял записки и пригласил финансиста в кабинет.
Мейстер Вандерхайнер вытер платком лоб и долго сетовал на то, как мало времени у него было на то, чтобы найти нужную информацию. Но Виго не стал его успокаивать, а указал рукой на крафтовую папку, которую финансист достал из портфеля и спросил:
— Ну что-то же вы нашли? Давайте уже сюда, не тяните.
— Итак, — мейстер Вандерхайнер поправил золотые очки и, достав из папки несколько документов, разложил перед собой, совсем как крупье за карточным столом, — я проследил путь жемчужины «Глаз ночи» до момента её появления, так сказать, на рынке жемчужин. Я имею ввиду вообще оборот драгоценных камней. Как вы вероятно слышали Торговый дом «Эстрелла дель мар» имеет особый королевский патент на добычу жемчуга по всему акадийскому побережью. И это касается чёрного и розового жемчуга, в первую очередь. Но, по сути, Торговый дом «Эстрелла дель мар» скупает весь добытый на побережье жемчуг у свободных добытчиков, и при этом ещё и имеет собственных ловцов. Все жемчужины, добытые за день, вечером регистрируются в специальном журнале в конторе и там же ловцам выдаются деньги. Мне удалось поговорить кое с кем, и посмотреть эти журналы. Конечно, это обошлось в некоторую сумму, но вы сказали узнать любыми средствами… — мейстер Вандерхайнер поправил на шее батистовый платок, как будто сожалея о том, что за информацию пришлось заплатить.