Ренни (ЛП)

— У меня нет врагов, чувак, — сказал Сайрус, одарив его веселой улыбкой. — Никто не захочет испортить такое милое лицо, как у меня.
— Ло, Ренни, — сказал Рейн, вставая и кивнув головой в сторону двери в гараж.
Ло хлопнула рукой по бедру Кэша, затем встал с его колен, чтобы последовать за ним. Войдя в гараж, я услышал, как Ло разговаривает.
— Согласна, — кивнула она.
— Просто чтобы прикрыть базы.
— Вот именно.
— Они видят вещи по-другому, — добавил он.
— И это единственный способ объяснить ее присутствие здесь, — добавила Ло. — Теперь ты, — сказала она, когда дверь за мной закрылась.
— Я? — спросил я, покачиваясь на каблуках. — А что я?
— Ты не будешь с ней придурком, — сказала она мне, бросив на меня тяжелый взгляд. — Я знаю, что ты хочешь ее, и я знаю, что это прекрасная возможность для тебя сделать шаг, но ты должен иметь в виду, что она не подписывается на это. Это ее работа. Она должна это сделать. Не заставляй ее чувствовать себя неловко. Не загоняй ее в угол. Не заставляй ее…
— Ло, — оборвал я ее, качая головой. — Я знаю, ты хочешь защитить свою девушку, но не оскорбляй меня. У меня нет никаких намерений пытаться заставить ее трахаться с кем-либо.
— Хорошо, — кивнула Ло. — Я знаю, что ты хороший парень, Ренни. Но я также знаю, что у тебя есть стремление проникнуть кому-то под кожу. Я просто хочу убедиться, что ты не сдерешь с нее шкуру, ладно?
— Понял, — согласился я.
— Сейчас меня больше всего интересует Рив, — сказал Рейн. — Сайрус довольно откровенен. Мы уже провели некоторое время с Лазом, так что у нас есть немного доверия к нему. Рив молчалив, поэтому я хочу сосредоточиться на нем. Но все они в приоритете. Ты можешь трахаться с Миной, пока твое сердце не остановится, но это должно быть твоим главным приоритетом.
— Понял, — сказал я, кивая. — А теперь, если вы меня извините, мне нужно кое-что привести в порядок в номере для новобрачных, — усмехнулся я, поворачиваясь и направляясь обратно в клуб, а затем по коридору в свою комнату.
Это было не совсем уютное пространство. Ни в одной из комнат его не было. Но это был дом. У меня было четыре темно-зеленых стены и отдельная ванная комната с душем, ванной и двойным туалетным столиком. Моя кровать была королевской, потому что мне нравилось иметь немного места по бокам, как и у большинства других парней. Простыни были сброшены, и все нуждалось в свежей стирке, если она собиралась остаться, поэтому я разобрал кровать.
Затем я сделал то, что сделал бы любой член МК.
Я вызвал кандидатов и заставил их постирать белье, вымыть ванную, подмести полы и протереть все поверхности.
Я забыл, как приятно, когда рядом есть кандидаты. Конечно, не так давно я забыл, каково это — быть самым низким человеком на тотемном столбе. Но я сделал это еще тогда, когда вокруг было с полдюжины гребаных придурков еще со времен отца Рейна в качестве президента, которые придумывали самые дерьмовые, самые унизительные задачи, чтобы попытаться сломить нас. Эти новые ребята, им было легче. И трудная работа напомнила бы им, что у них есть люди, перед которыми они должны отчитываться, что они больше не являются личностями, полностью ответственными за свою собственную жизнь. Они были частью братства, и существовала иерархия, и они должны были уважать это. Нет лучшего способа узнать это, чем стирать гребаное нижнее белье своего начальника.
Через пару минут в мою дверь негромко постучали. — Заходи, блондиночка, — позвал я, зная, что во всем комплексе был только один человек, который стучал в дверь, как родитель, знающий, что у их дочери-подростка есть мальчик без разрешения. Или, так же часто, входил вообще без стука.
— Привет, Ренни, — сказала Пенни, одарив меня улыбкой, когда заглянула в ванную и увидела Сайруса, стоящего в моей душевой кабинке с бутылкой отбеливателя и щеткой. — Ты уже заставил их работать? — спросила она, качая головой. — Знаешь, я могла бы помочь тебе привести комнату в порядок…
— Это их работа, — пожал я плечами, присаживаясь в изножье кровати.
 
— Им за это не платят, — возразила она. — И с ними обращаются как с собаками, которые не могут перестать грызть мебель, будучи запертыми, когда хозяев нет дома.
— Они знали, на что подписываются, Пен. Кроме того, мы с Дюком и Мейз прошли через гораздо худшее, чем им предстоит. Все хорошо. Что привело тебя в мою глушь?
Она направилась к ванной, закрыв дверь. — Мне нравится Мина, — странно начала она.
— Мне тоже нравится Мина, — согласился я, улыбаясь, похлопывая по кровати, чтобы она села, и мы могли поговорить более спокойно.
— Итак, я хотела сказать — не отпугивай ее.
— Стараюсь этого не делать. Учитывая, что это работает против моей конечной цели, дорогая.
— А какая у тебя конечная цель? — спросила она. — Только переспать с ней? Или просто посмотреть, что заводит ее, а затем выбросить ее в мусорное ведро, разорванную на части? Ты хочешь, чтобы из этого вышло что-то серьезное?
Это были хорошие вопросы. Особенно учитывая, что в прошлом я точно не был Мистером Отношения. Что я мог сказать? Я был моложе большинства парней в клубе, и мне все еще нравилось выходить и сеять свой овес. Я не был придурком и не давал обещаний, но мне нравилось общество многих женщин на временной основе.
Но большинство женщин просто не вызывали у меня интереса. Я обнаружил, что их легко читать, понимать, указывать пальцем. И, честно говоря, мне слишком быстро стало скучно, чтобы думать о чем-то большем, чем короткая интрижка.
Мина не была скучной. Она была далека от реальности. И крошечные кусочки, которые я выудил из нее, только заставили меня захотеть узнать больше. Но настанет день, когда искать будет нечего. Что тогда? Будет ли мне скучно и захочется ли двигаться дальше? Или к тому времени я так глубоко увязну, что пути назад уже не будет?
Я был не из тех, кого пугает эта идея. Отношения могут и должны быть здоровой частью опыта большинства людей. Они были важны. Вы узнавали кое-что о себе в отношениях. Значит, идея отказаться от блуда и наслаждаться возвращением домой к одной и той же женщине? Да, это было привлекательно во многих отношениях. Но это должна быть правильная женщина.
— Не могу сказать, что у меня есть кольцо на депозите и я собираюсь жениться на ней, Пенни. Но и поиметь ее я тоже не собираюсь.
— Хорошо. Это лучшее, что ты можешь предложить прямо сейчас, — сказала она, улыбнувшись мне. — О, освободи для нее ящик и примерно две трети своего шкафа, — сказала она мне, направляясь к двери. — И ящика, три или четыре в ванной. Поверь мне, — добавила она, выходя.
И тогда я так и сделал.
И я пошел спать.
А потом я стал ждать, когда приедет моя старушка.
Улыбаясь все это гребаное время.
  
Глава 8
 
Мина
— Я не одеваюсь как шлюха, Эш, — усмехнулась я, когда она села на свою койку, стоявшую в одном ряду от моей, и отвергла всю одежду, которую я достала из своего сундука.
— Я не говорила «шлюха». Я просто говорю, что ты не можешь болтаться на территории комплекса, одетая так, будто собираешься копать колодец или проводить секретные операции.
— Ло все время тусуется там в брюках-карго и майках, — возразила я.
— Да, но Ло есть Ло, — она пожала плечами. — Ты — это ты. Тебе это не идет.
— Ну и дела, спасибо, — сказала я, закатывая глаза. — Я одеваюсь так почти каждый день в течение многих лет. Приятно теперь узнать, что это мне не подходит, — я плюхнулась на свою койку поверх огромной кучи одежды и тяжело выдохнула. — Это вся моя одежда, Эш. Поскольку ты уже сказала, что я не могу носить одежду, которую ношу в командировках.
— Никто не поверит Приспешнику, живущему с женщиной в гребаном брючном костюме, Мина, — рассмеялась она, качая головой. — У тебя что, нет джинсов, девчачьих футболок или маек?
У меня была одна пара джинсов. На поясе все еще висела бирка из магазина.