Хорошая девочка

— То, что произошло, я потерял контроль... — начинаю я, но она тянется к моей руке.
— Нет, не говори так. Я не жалею об этом.
Она колеблется и прикусывает свою прелестную нижнюю губку, от прикосновения к которой я бы точно умер.
— Просто я подумала, что мы даже не целовались.
Когда я открываю рот, чтобы что-то сказать, она закрывает лицо обеими руками.
— О боже, это так глупо. Просто забудь, что я сказала нечто подобное.
— Ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя.
Это не вопрос, а скорее шокированное утверждение. Я не думал, что такая девушка, как она, захочет, чтобы такой мужчина, как я, прикасался к ее идеальному телу. Вот почему я подумал, что мог бы провести это время с ней в машине и сохранить его в своей памяти навсегда. Я хотел украсть все, что мог, не пятная ее своими грязными прикосновениями.
Она медленно убирает руки от лица и пожимает плечами.
— Да, я думаю, что да.
— Иди сюда.
Я говорю ей, что делать, но даже отдавая приказ, я сажаю Надю на переднее пассажирское сиденье.
Нас разделяет переключатель передач и приборная панель, но, может быть, это и хорошо. Мне нужно держаться от неё на расстоянии, потому что я знаю, что сокровище, которое у нее между ног, девственно крепкое. Она еще не готова оседлать мой член.
 Но я мог бы научить её. 
Эта мысль приходит мне в голову, и я должен отогнать её. Я не могу думать об этом, не сейчас, когда она такая податливо сексуальная, и смотрит на меня так, словно я повесил луну на гвоздь. Руками обхватываю лицо Нади, когда притягиваю её ближе, и глаза Нади расширяются от волнения.
— Закрой глаза, цветочек. — Она делает, как я приказываю, и мой член пульсирует от удовольствия. — Приоткрой рот, чтобы я мог лизнуть твой язык.
Ее полные вишнево-розовые губы приоткрываются, и я медленно приближаю свои губы к ее губам. Надя одновременно делает вдох, и я чувствую, как между нами проносится разряд тока, как никогда раньше. Я хмыкаю, когда эти прелестные губки раздвигаются и впускают меня внутрь. Я провожу своим языком по её, и Надя нетерпеливо делает то же самое. Мы проделываем то же самое по очереди, пока я не чувствую её руки на своей груди. Она притягивает меня ближе.
На вкус она как сахарный блеск для губ и невинность, и все, что я хочу сделать, это погрузиться в нее. Прежде чем я могу остановить себя, я сажаю Надю к себе на колени и раздвигаю её ноги, чтобы она оседлала меня. Её юбка задирается так высоко, что обнажает задницу. Ухватившись за нее, я прижимаю Надю вплотную к своему члену, а затем продолжаю целовать её.
— Скажи мне остановиться, — умоляю я, натягивая её трусики на задницу, чтобы я мог схватиться за её голые ягодицы. — Прикажи мне оставить тебя в покое, Надя, потому что я не знаю, смогу ли я сделать это.
Она не делает ни того, ни другого, а вместо этого прижимается ко мне, пока мы целуемся, как будто это наш единственный шанс. Может быть, так оно и будет. После сегодняшнего она могла бы возненавидеть меня и никогда больше не захотеть, чтобы я с ней разговаривал. Я бы не стал её винить за это, но я не уверен, что позволил бы ей сделать такое. Черт, я ни за что не смогу отпустить Надю теперь, когда попробовал на вкус.
— Во сколько ты утром идешь в школу? — спрашиваю я, просовывая руку под её белую рубашку поло.
— Первый урок у меня по расписанию в восемь.
— Я заеду за тобой в семь. Придумай оправдание для сестры. Я хочу отведать твою киску, прежде чем ты отправишься в школу.
Мои пальцы находят её лифчик и стягивают чашечку вниз, прежде чем я щипаю Надю за сосок. Нуждаясь в большем, я задираю её рубашку и наклоняю голову, чтобы пососать его. Черт, её соски такие же розовые, как и её киска, и я жадно сосу сначала один, потом другой.
— Да, сэр, — стонет она, покачиваясь на моей длине и потирая клитор, ища облегчения.
— Только не надевай трусики. Не хочу терять драгоценное время.
— О боже, Уолш! – выкрикивает она, кончая от сухого траха со мной.
Я прижимаю Надю к себе и нежно целую, помогая ей оправиться от накатившего удовольствия. Как только оно проходит, я целую ее в лоб и позволяю ей прижаться ко мне.
 
— Ты такая хорошая девочка.
Она издает тихий смешок, а затем смотрит на меня.
— Серьезно? Потому что это казалось плохим.
— Напиши своему водителю и узнай, дома ли он еще. Как бы сильно я ни хотел пригласить тебя к себе домой, мне нужно, чтобы это, — я протягиваю руку между нами и провожу рукой по ее промокшим трусикам, — находилось от меня на безопасном расстоянии.
— Что, если я не хочу, чтобы расстояние было безопасным?
— Терпение, маленький цветочек. Терпение.
Я заправляю её волосы за уши и нежно целую в губы, прежде чем посадить Надю обратно на пассажирское сиденье.
На обратном пути к ней домой я все время держу свою руку между её ног в собственническом захвате. Возможно, она еще не знает об этом, но это принадлежит мне. Я просто не уверен, что заслуживаю этого.
 ГЛАВА СЕДЬМАЯ 
  Надя  
 
 
Сегодня утром я не опоздала в школу. На самом деле, я пришла в такую рань, что это просто смешно. Прошлой ночью мне потребовалась целая вечность, чтобы уснуть, потому что все, о чем я могла думать, был Уолш. Мне все еще трудно поверить в то, что мы сделали.
Однако была одна серьезная проблема, и это все текстовые сообщения, которые мне отправлял Кайл. Он написал, что ему жаль, что он был придурком, и что он сейчас вынужден проходить через некоторые вещи в его жизни. Он также сказал, что хочет загладить свою вину передо мной, но я ни на одно из них не отреагировала. Что я должна была ему сказать? Извини, ты мне никогда по-настоящему не нравился, но я действительно влюблена в твоего отца? Что само по себе является совершенно иной вещью.
Уолш – отец. Я знаю, Кайл упоминал, что они с его мамой не ладили, поэтому он приехал сюда, чтобы остаться. Он больше ничего не сказал, кроме этого, но теперь я жалею, что не капнула глубже. Кто мама Кайла и был ли Уолш женат на ней? Почему это не сработало? Все эти вещи должны быть в самом низу моего списка вопросов и забот, но ревность преследует меня по какой-то безумной причине.
То, что происходит с Уолшем, – это какая-то интрижка, верно? Мы просто два человека, которые немного развлекаются, потому что это никак не может перерасти во что-то большее. Я не уверена, сколько Уолшу лет, но если у него есть ребенок, то он, скорее всего, вдвое старше меня.
Я точно знаю, что не буду спрашивать Уолша о его бывшей. Последнее, что я хочу сделать, – это показаться прилипчивой или собственницей. Он мужчина постарше, и я должна вести себя хладнокровно. Я уверена, что у женщин, с которыми он встречается, есть всевозможный опыт, пока я здесь прошу поцелуя. Я такая отстойная. Однако он подарил мне его, и это не обесценило ожидания моего первого поцелуя. Даже если я вела себя как дурочка.
Сморщив губы перед зеркалом, я решаю нанести немного гигиенической помады с клубничным вкусом, чтобы придать им блеск. Это может привлечь его внимание, и тогда, может быть, он поцелует меня еще раз. Хотя Уолш сказал, что собирается поцеловать меня сегодня в другом месте.
Мои бедра сжимаются, потому что мне нужно какое-то облегчение. Я была возбуждена с тех пор, как оделась, не надев при этом привычных трусиков. Странно, что они не надеты у меня под юбкой, и это заставляет меня чувствовать себя непослушной. Я перебираю свои волосы, прежде чем надеть повязку на голову, чтобы они не падали на лицо, а остальные оставляю распущенными. Последнее, что я делаю, это достаю из ящика свои дурацкие контактные линзы.
Мне требуется почти десять минут, чтобы надеть их, и я знаю, что никогда не продержусь с ними весь день. Они начнут сводить меня с ума, поэтому я кладу очки и футляр для контактных линз вместе с парой трусиков в сумку. Я ни за что не буду ходить по школе весь день без белья. Я не знаю почему, но я не думаю, что Уолш тоже был бы не против этого.