Святая Мечей: Линарис (СИ)

— Удовольствие, — прошептала Марина и мужчина кивнул.
— Твой Огненный Ветер — это техника второго порядка. Чтобы обуздать ее — тебе нужно выковать новый меч Воздуха, что подойдет для Танца Бури или Шторма. Меч Огня подходит, хотя на мой взгляд — они все одинаковые, — усмехнулся Николас, глядя на свой клинок Огня. Даже внешне он напоминал диковинную "катану", как и Цинтилла.
— Не думаю, что у нас будет время, чтобы выковать мне подходящий меч, — невесело покачала головой Марина.
— Конечно не сейчас, но в скоро будущем, думаю, тебе предоставится такая возможность. Мы прибудем к воротам, в Стинлир и потом сможем насладиться заслуженным отдыхом. Неплохо звучит, не правда ли?
— С того самого момента, как попала сюда, я думала о том, что неплохо было бы отдохнуть. Вот только Путь Меча, похоже, такой роскошью не располагает.
— Нет, конечно же нет, — рассмеялся Николас. — Пока не располагает. Но если нам повезет — совсем скоро это изменится, — заговорчески прошептал Николас, приближаясь к девушке. Неожиданно прислонился к ней слишком сильно, обнимая ее, как будто Учитель, что хочет похлопать по спине способного Ученика. Вот только в этом жесте не было радости, а скорее опасность и тревога. Первый меч Лиловых Небес прошептал: — Берегись Альзара и Тьери. Не доверяй им. И следи за Линарис. Ведь твоя клятва все еще действует? — Марина аккуратно кивнула, — Хорошо. Следующие несколько дней будут очень напряженными. Постарайся выжить, Марина Щербинина.
Николас Крингот отстранил от себя девушку, какое-то время держа ее за руки и рассматривая. Весело кивнул и развернулся, направляясь обратно, в поселение.
— Ты отлично справилась. Я горжусь тобой, мечница из другого мира. Кровавая монета в твоих руках не случайно. Я признаю тебя мечником Лиловых Небес, — он выкрикнул это нарочито громко, так, чтобы отголоски слов долетели до любопытных ушей, что пытались схватить каждое слово, которое доносил им ветер.
Марина ничего не ответила. В голове роились сотни, тысячи мыслей. Она старалась понять, о чем предупреждал ее Николас. Рука сама собой взмахнула привычным жестом, захватывая между пальцев аккуратную монету Лиловых Небес. Дит'ир Менко. Тот самый мечник, которого убил Альзар, защищая Марину в их первую встречу. Он был частью Лиловых Небес. Альзар сразился со своим учителем, Фергюсоном и забрал его кровавую монету и место в организации. Тьери Гринтиир проигравший Фергюсону свою честь и отдавший меч, но сохранивший при этом место в Лиловых Небесах? Чем больше она пыталась понять цепочку этих событий, тем слабее представляла себе, что именно происходит. А еще была она сама, Марина Щербинина. Посланная в этот мир, чтобы стать жертвой демона, отдать свою душу и превратиться в бездумное оружие, связанное клятвой.
"Защитить Линарис". Но от кого? От Короля Перфруна? От таинственного Императора? Или же от Лиловых Небес? Кем был для нее Альзар Эттери? Другом и защитником, или же просто хищником, что ждал удобного момента для нападения? Марина покачала головой. Во всей этой истории не хватало нескольких деталей и чтобы заполучить их — ей придется выпытывать ответы у, пожалуй, одного из самых опасных участников.
Альзар Эттери.
Все началось с этого мечника и только он знал ответы на все вопросы. Так думала Марина Щербинина. Так считал Николас Крингот. И оба ошибались.
Девушка постояла еще немного, любуясь заходом дневных светил, и пустилась по горной тропинке обратно, в поселение. Где ее ждала Линарис, все еще взмахивающая своим "деревянным мечом".
  
Глава 7 ч3
 
Линарис спала рядом с Мариной, закутавшись в одеяло и свернувшись клубком. Марине нравилось разглаживать волосы девочки, аккуратно проводя рукой по серебрянной шевелюре. Они издавали легкий, почти незаметный звук, похожий на тот шелест, что возникает, когда перебираешь ворох гитарных струн. Линарис тихо посапывала, уставшая после длительной тренировки.
Когда Марина вернулась в лагерь и увидела, что девочка закончила со взмахами, а Тьери отчитался о том, что "задание выполнено", Марина придумала еще несколько упражнений, нацеленных на повторение базовых фигур и форм меча. У Линарис уже не было сил, но она все равно не отказалась от тренировки, целеустремленно повторяя все, что показывала Марина. В этом они были с ней похожи. Марина тоже никогда не отступала. Потому что ей было просто некуда. Как и маленькой девочке с серыми волосами.
 
Мастер Меча услышала странный, тихий и спокойный звук. Он то нарастал, то затихал, растекаясь волнами повсюду. Завлекая к себе, заставляя задуматься, искать источник этого звука. Песня. Да, это была песня, теперь Марине удалось различить отдельные слова. Она не знала этого языка, но безошибочно угадала владельца этого невероятного голоса. Роланда пела свою ночную колыбельную, ту, что когда-то напевала ей мама. Таких подробностей, Марина, конечно же, не знала. Зато могла почувствовать боль утраты, грусть и бесконечное желание увидеть свет в этой незнакомой, непонятной песне. Она осторожно поднялась с кровати, чтобы не разбудить Линарис, и бесшумно вышла на улицу.
Тьери так и сидел в стуле, закутавшись в плед. Видимо никто не хотел передвигать его, а эльф и не просил. Марина видела, как по всему поселению, в разных местах, расселись мечники Лиловых Небес. Никто не спал, почтительно выйдя из своих укрытий и слушая песню Роланды. Только старик Реджинальд исчез. Видимо отправился спать, устав сидеть весь день у костра. Марина села рядом с Тьери прямо на землю. Эльф сделал вид, что проснулся, хотя девушка была уверена, что он и не спал.
— Красивая песня, — очень тихо сказал он.
— Вот только грустная.
— Подходит для сегодняшней ночи.
— Мы не проиграем.
— Мы? Нет никаких мы, Марина. Здесь каждый сам за себя. Таковы Лиловые Небеса. Они вместе, пока преследуют одну цель. Но стоит чьим-то амбициям проявиться — все будет мгновенно уничтожено.
— Например твоим? — парировала Марина, любуясь ночными светилами. В них было что-то манящее, почти магнитное, заставляющее смотреть, напряженно вглядываясь и стараясь подметить даже самые мелкие детали этих небесных исполинов.
— Моим амбициям не суждено было сбыться, — Тьери легко стукнул себя по тому месту, где когда-то была рука. — Теперь я просто свидетель историй других людей. Твоей, например. С нетерпением жду завершения той каши, что ты заварила, Марина Щербинина!
— Разве Венера не может вылечить тебя?
— Могла бы, если бы мои руки и ноги были отрублены обычным мечом. Но нет, эти раны нанес совсем не обычный меч.
— Оникс?
— Легендарный черный меч. Ключ, способный разделить свет и тьму. Великое оружие, одно в своем роде. Клинок, которому суждено оказаться в руках Линарис. Ты попала в историю, Марина. Знаешь?
— Когда успела? — мягко улыбнулась девушка.
— В тот самый момент, когда вложила Оникс в руки девочки. Теперь это ее меч. Он не станет слушаться другого Мастера Меча. Их судьбы сплетены. Навсегда.
— Мама бы мной гордилась.
— Ты скучаешь по ним?
— По родителям? — Тьери кивнул. — Не было времени. И сил, если честно. Для того, чтобы горевать — нужны долгие одинокие часы и по-настоящему любящее сердце. Но с каждым днем, проведенным тут, мое сердце черствело, закалялось. Пришлось отбросить многое, чтобы ступить по Пути Меча. И я сделала это.
— Не жалеешь?
— Все мы о чем-то сожалеем, Учитель. Вот ты — о потерянных конечностях. Я — о жизни в Гидграде. Но все что у нас есть — это песнь Роланды и путешествие, которое приведет нас в Стинлир.
— Альзар бы гордился твоей целеустремленностью.
— Он опасен, ты в курсе? — Тьери хохотнул так, что ему пришлось закрыть рот рукой, чтобы не отвлечь Роланду и не привлекать внимание других мечников.
— Серьезно? — сдавленно проговорил эльф. — Никогда бы не подумал.
— Я не про его силу, — отмахнулась Марина.
— Тогда о чем ты?